Академия моров. Поиски отца - Макселла Блэкфар

Менять ход времени запрещено всем без исключения! Наказание за это во сто крат хуже смерти! Однако это многое объясняет, теперь понятно, почему я ничего не помню и всегда считала, что отец погиб раньше, чем исчез на самом деле.

Обычно действие изменение хода времени покрывает какую-то небольшую территорию, и это строго отслеживается специальным контролем, который тут же снимает его действие. Это какой же силой нужно обладать, чтобы наложить изменения на всю страну? Хотя столь большую аномалию тут же заметили бы… Неужели изменено течение времени всего мира⁈

Неожиданно ход моих мыслей прерывает голос декана.

— Я знаю, как она дорога тебе, Силь, и мне жаль, что приходится поступать так.

— Всё нормально, кстати, как она, обжилась на новом месте? — отстранённо спрашивает ректор. На мгновение кажется, что я действительно волную Эсильвара. Здесь же прогоняю эти мысли.

— Нормально, стала даже выходить в гостиную, сначала только в комнате сидела, сейчас и на кухни встретить можно, правда, редко, — хмыкает декан.

— А Пентори? — перед глазами встаёт образ тётки Аглаи, после потери магии она навсегда останется в теле старухи, да и «всегда» теперь имеет свой срок. Бессмертие покинуло её вместе с магией.

— А что Пентори? Она сразу знала, что у нас с ней ничего серьёзного и её это устраивало, — что же, видимо, Ник не сильно расстроится, раз не увидит ведьму больше.

— Утром она уволилась, сказала, что у неё возникли семейные обстоятельства, не терпящие отлагательств, — сухо произносит Силь.

— Надо же, жаль. Надо признать, что в Артоле полно женщин, которых прельщают непродолжительные интрижки, — спокойно отвечает Ник, весть о ведьме его не трогает.

— Ищи себе подружек не на территории академии, — в голосе ректора слышно угроза.

— Да брось, разумеется, никаких отношений с адептками, но профессора женщины взрослые!

— Наслышан о парочке твоих интрижек с профессорами ведьмами, — Эсильвар недоволен вольностью Николаса.

— Не всем же быть такими правильными, как ты. Эсильвар Соэнцио никогда не отличался огромным количеством романов, но в последние пару лет я не слышал ни об одном. А всё же ты разбил сердца многим женщинам империи.

Только не говори, что причина твоего целибата — адептка на факультете боевой магии.

— Моя личная жизнь тебя не касается, — Эсильвар звякает чашкой громче, чем следует. — Лучше бы тебе смотреть за собой.

— Не понимаю, чем тебя так цепляет моя жизнь?

— Теперь ты женат, — с иронией произносит Эсильвар. Ему ещё и смешно! — Твоё поведение не должно вредить Вивьен, или её репутации.

— Да-а-а и знаешь, ведьмы мстительны, недавно нашёл несколько ведьмовских мешочков под крыльцом, ничего серьёзного так: сыпь, облысение, полнота, — декан делает паузу, — и смерть. К счастью, я вовремя их заметил, и Вивьен не пострадала.

Декан Пентори хотела меня убить⁈ Вздор, теперь я точно знаю, что нет, тогда кто? Эсильвар говорил о ведьмах-профессорах, они? Конечно, вся академия судачит о браке с Николасом, но это же не повод убивать! Какой ужас, Святые небеса, скольких женщин в академии успел охмурить этот мужчина⁈

— Я разберусь, — от тона ректора я вздрагиваю, вновь скрипит кресло, должно быть, Эсильвар направляется на выход.

— Подожди. Я всё уладил, больше она даже не посмотрит в сторону Ви, — о, как он прав, правда, в его сторону тоже, ректор их просто прибьёт.

— Не разделяю твоего спокойствия

— Просто я мыслю более трезво, для меня Вивьен просто девушка, которую я оберегаю, для тебя же она жена.

Оберегать меня нужно лишь от ректора! Да и самого Ника вместе с Ирилианом. К сожалению, только Николас Соэнцио может спасти меня от кошмара в лице ректора.

— Вообще-то, она и твоя жена тоже, — Эсильвар вновь хмыкает.

— Да брось, весь этот фарс с метками это просто очередная шутка Тьмы, мы оба знаем, что Ви предназначена тебе, ибо такая кара может ожидать лишь Эсильвара Соэнцио!

От возмущения хмыкаю и тут же прикрываю рот ладонью.

— Кажется, мы не одни, — раздаётся голос Эсильвара.

Святые небеса, за что мне это⁈

Глава 41

— Кажется, мы не одни, — слышится голос Эсильвара и раздаётся звук приближающихся шагов.

Пячусь назад, намереваясь сбежать, но тут же чувствую открытие портала и упираюсь спиной во что-то твёрдое.

— И кто это у нас здесь? — беззлобно интересуется Николас, в тот момент, когда в прихожую выходит ректор. — И как много ты слышала?

Ректор, как всегда, безупречен. Волосы уложены назад, свежая рубашка, чёрный жилет из эльфийского сукна и такие же брюки — всё по последнему слову моды. Он такой же, как всегда, а вот я нет. Моё сердце больше не замирает при виде этого мужчины, а мысли не разбегаются в разные стороны. Я не тону в его глазах, напротив, взгляд ректора для меня вроде накинутой на шею петли, также душит.

Когда-то я тайно мечтала завладеть его сердцем, теперь же, я знаю, что у ректора его просто нет. Как-то резко я перестала быть хрупкой, наивной девочкой, теперь я огонь, и моё возмездие будет жестоким.

— О, я слышала, что из-за твоих, — делаю паузу, подбирая цензурные слова, — женщин, моей жизни угрожает опасность! — тычок пальцем декану в грудь.

— Ай, больно же! Вот приходится терпеть произвол Халордов каждый день! О, а может, ты ревнуешь? — передразнивает меня декан.

— Да катитесь вы! — гордо вскинув подбородок, прохожу мимо братьев Соэнцио и скрываюсь в отведённой мне комнате.

Конечно, ревную предателей, которые удерживают моего отца! Бегло обвожу взглядом комнату. К моему счастью, Бублик уже собрал все наши вещи, и мне остаётся лишь забрать сумку и с гордо поднятой головой направиться на выход. Кстати, а где сам фамильяр? Хотя возможно, он проводит время с Фелицией или где-то ещё.

— Куда это ты? — впервые заговорил со мной Эсильвар, окрикивая в спину. От неожиданности я запинаюсь и едва не падаю на пол. Святые небеса, какая же я неуклюжая!