Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

— Уже помешали, — уголки губ леди Синтии дрогнули. Она явно не могла сопротивляться обаянию Бриана.

— Тогда я обязан искупить вину! Только не просите оставить вас одних! Это выше моих сил! — он предложил леди локоть и, когда она его приняла, Бриан, подмигнув мне, увлек ее вперед. Коня он вел в поводу, так что через минуту на тропинке остались только мы втроем. Я, Бладсворд и его конь.

Владетель молча протянул мне руку, предлагая присоединиться к нему в седле.

Немного помедлив, я вложила свои пальцы в его ладонь. В самом деле, не бежать е мне за его лошадью?

Райан свесившись подхватил меня и усадил перед собой.

— Вы наконец решили объясниться? — я терялась в догадках, отчего Бладсворд не стал дожидаться встречи в доме.

Но вместо объяснений я получила наставления.

— Энни, надеюсь, мне не надо объяснять, чтобы ты держалась подальше от Суинфорда и Хэмиша. Особенно, от Хэмиша. Ни при каких обстоятельствах не принимай ничего у него из рук. Он сильный проклятийник. Насколько сильный сказать не возьмусь, но кинжал должен быть всегда при тебе. Он сможет уберечь, если ты не наделаешь глупостей.

— Но ведь лорд Хэмиш целился именно в вас, не в меня, — я не собиралась спорить с Бладсвордом, но я все еще надеялась, что не являюсь мишенью для лорда. — Это все из-за «Соколиной башни», да? Может, мне стоит просто продать ее вам?

Джина, Освальд, а теперь еще и Хэмиш.

Слишком много для меня одной.

Окружили со всех сторон.

В такой ситуации мне уже было все равно, что отец не желал продавать поместье. Да, это звучало, как «я всучу вам «Соколиную башню», и пусть охотятся только на вас», но я очень хотела жить и жить, не оглядываясь и не опасаясь удара в спину.

— Ты несовершеннолетняя, Энни. Продать поместье может только Джина, но она не собирается этого делать, — покачал головой Райан.

— Да, мачеха считает его выгодной частью приданного… для союза с вами, — я облизнула губы. Мне впервые пришло в голову, а почему собственно владетель отказывается от этой сделки?

Как я поняла, мужчины семьи Бладсворд не склонны хранить верность своим избранницам. Думаю, Джина об этом знает и не рассчитывает, что будет единственной в жизни мужа. К тому же, ее не пришлось бы уговаривать поучаствовать в ритуале.

Почему опять я?

— Джина — дура, — просто ответил Райан. Это прозвучало не как оскорбление, а как констатация факта. — Она очень хитрая и расчетливая, но дура. Мне всегда нравились ее амбиции и умение добиваться своего, но ей не хватает самого главного — осознавать последствия.

— Вы про ее… — я запнулась, — … отношения с вашим отцом?

Бладсворд хмыкнул:

— И это тоже. Глупо было рассчитывать, что я заревную, и еще глупее было думать, что между своей леди и невоздержанной потаскушкой с задранным подолом лорд выберет вторую. Джина не из тех, кто поддается романтическим чувствам. То, что она спуталась с Суинфордом… Это не только благодаря его профилю, полученному от моего отца. Их связывает что-то еще. И если это то, о чем я думаю, Джина сама на волоске. То, что она этого не понимает, выйдет ей боком. В нынешней ситуации, твоя мачеха на последнем месте среди тех, кто может тебе навредить. Однако интересная троица. Хэмиш и Суинфорд уже много лет изображают неприязнь друг к другу. Зато теперь мне понятно, как Суинфорд смог получить своих жен. И даже догадываюсь, почему именно овдовел. И то, и другое не без помощи Хэмиша.

— Как это? — у меня даже дыхание перехватило.

— Недалеко от «Соколиной башни» есть заброшенные каменоломни. Я там играл еще мальчишкой, когда мы приезжали сюда из Бладсвордвилля. Уже тогда я пару раз натыкался на следы стоянок, находил утерянные инструменты, но думал, что это кто-то из местных решил таким образом сэкономить: вместо того, чтобы купить камень для собственного жилья или плиты на подъездную дорожку, просто натащить его оттуда. Став старше и узнав, что именно можно добыть, пробравшись в глубину шахт, я посмотрел на эту ситуацию по-другому.

— И что же там такое? — не дала я умолкнуть, прервавшемуся владетелю.

— Когда-то давно, задолго до рождения моего отца, там было обнаружено месторождения особенных кристаллов. Считалось, что он выработано полностью, но это не так. Может, для промышленной добычи и маловато, а вот для обогащения парочки подлых людей вполне. Я потратил не мало времени, чтобы вычислить, кто конечный получатель выгоды, Энни. Доказательств пока нет, но это Хэмиш. Думаю, что и Суинфорд греет на этом руки, иначе для чего ему домик на территории «Соколиной башни»?

— А что это за кристаллы?

— Магически емкий вид хрусталя с вкраплениями магической руды. Очень красивая порода. Знала бы ты, насколько потрясающи из него украшения. И насколько опасны.

— Опасны? Почему? — я никогда не слышала ни про какую-то там руду, ни про эти кристаллы. Хотя отец был ценителем драгоценных камней и ювелирных украшений. Все то, что он дарил когда-то моей матери, достойно любого музея, даже королевской сокровищницы. То-то Джина так злилась, что ей не наложить на это свою жадную лапу.

— При определенном воздействии магической руде можно придать свойства, лишающие человека магии или при непродолжительном воздействии — ослабить способности или лишить воли. А емкий кристалл вполне впитывает проклятье. Так что это очень опасная вещь, Энни. Я еще раз требую, чтобы ты ничего не принимала из рук Хэмиша. От проклятья кинжал защитит, от кристалла — не знаю, и не хочу проверять, не бросишься ли ты со скалы, как три жены Суинфорда.

За этим шокирующим разговором мы и доехали до ворот Бладсворд-холла, где нас поджидали Бриан и леди Синтия.

Прежде чем помочь покинуть седло, Райан внимательно посмотрел мне в глаза:

— Единственная рабочая защита от кристалла — та, что появится в результате ритуала. Выхода, правда, нет, Энни, — приговорил меня владетель и загадочно добавил: Ни у тебя, ни у меня.

Глава 52. Дикие традиции

Владетель обменял меня на Бриана, и эти двое ускакали своим загадочным делам, а мы с леди Синтией отправились готовиться к костюмированному ужину.

Торни уже дожидалась меня. Глаза ее горели нетерпением, ей явно хотелось со мной чем-то поделиться.

— Ну выкладывай, — поторопила я горничную.

— Вы же не запрещали мне отлучаться, правда, леди Энни?

— Нет, честно говоря, мне и в голову не приходило, что