Голос извне - Саяна Кошкина

от касаний оставались короткие светящиеся шлейфы в воздухе. Ещё один, самый молодой, был погружён в голографический кокон, внутри которого по его телу бежали потоки символов — видимо, инопланетная биометрическая тренировка. И сложилось впечатление, что все кхарцы не просто качали мышцы. Они синхронизировались с чем-то — с энергией, с технологией, с ритмом корабля. Это был не фитнес. Это был ритуал поддержания боевой формы на уровне, недоступном человеческому пониманию.

Как же я устала… бояться, — промелькнула мысль. Я сделала уверенный шаг вперед, глазами выискивала наиболее удобное место для разминки. У правой стены как раз было свободное пространство, а свет приглушен. Идеально!

Я выпрямила спину и гордо зашагала между всевозможными тренажерами, стараясь не обращать на кхарцев внимание. Это было сложно, ведь чем ближе я подходила к инопланетянам, тем ярче загорались их неоновые линии на теле. А еще очень отвлекали их накаченные оголенные торсы, крепкие руки, упругие задницы и массивные ноги. Если бы не линии и цвет кожи — они бы походили на людей. Хотя… я отметила, что меня привлекают и кхарцы.

И да, меня заметили. Кто-то прекращал тренировку, кто-то сбивался с ритма, кто-то просто отворачивался или опускал голову. Я разозлилась, ибо такое внимание было… нездоровым. Они смотрели на меня не с обожанием, а с растерянностью, словно я дикарка, зашедшая в их храм. Их чёткий, отлаженный ритуал тренировки дал сбой из-за одного моего присутствия. И мне от этого стало ещё более неловко и одиноко. Эта смесь вынужденного поклонения и навязанного уважения скорее раздражала, чем подкупала и тешила самолюбия. Для меня, землянки, такое поведение было дикостью.

Я прошла к намеченному месту, скинула кардиган, и услышала несколько ошеломленных вздохов. Ну а что вы хотели, дорогие мои? У меня из одежды только это. Не голой же мне заниматься? Сложила кардиган в углу, а сама приступила к занятиям.

Прикрыла глаза, стараясь отгородиться ото всех. Начала с дыхания: глубокий вдох, медленный выдох — как меня учил тренер по йоге за бешеные деньги, которые я тогда считала нормой. Потом медленные наклоны головы. Я чувствовала, как хрустят позвонки, зажатые неделями стресса. Круги плечами, стараясь размять одеревеневшие мышцы. Наклоны в стороны, чувствуя непривычную слабость в корпусе — тело, пережившее наркотическое отравление, стресс и невесомость, было далеко от прежней формы. Простые махи ногами, растяжка на квадрицепсы, уперевшись рукой в стену. Каждое мое движение было медленным, осознанным. Словно попыткой через физическое ощущение вернуться в своё тело, отвоевать его у страха и невесомости. Я не ставила рекордов. Я вслушивалась в себя: где болит, где ноет, где остались следы от лежания в фиксе. Это был не спорт. Это была инвентаризация ущерба.

Делая элементарные упражнения на разминку, я буквально кожей чувствовала чужие взгляды. Хотелось рявкнуть на них, чтобы не пялились, а занимались своим делом, но… это моя новая реальность. Стоит привыкнуть к подобному, ведь я не только их батарейка, а еще и представительница неизвестной расы. Внимание неизбежно, как и заинтересованные взгляды. Надо просто представить, что они все мои подписчики, а я веду очередной стрим.

Итак, а сейчас мы завершаем нашу легкую разминку, и идем на поиски беговой дорожки! — проговаривала я про себя, словно записываю видео. — Если вам интересно, какие тренажёры есть на космическом корабле, ставьте лайк и не забывайте подписаться на мой канал. Дальше — больше! — мысль оборвалась, ударившись о внутреннюю тишину. Никаких лайков. Никаких подписчиков. Мой канал был мёртв. А я говорила с призраками своей прошлой жизни. От этой мысли стало так холодно, что даже бег не мог согреть.

Ох, Юлька, сума сходишь от нехуй делать, — пронеслась в голове любимая фраза Мишки. Как же я по нему скучаю!

— Вам помочь, госпожа? — спросил меня самый смелый или самый внимательный кхарец, увидев, что я ищу нечто по залу взглядом.

— Да, пожалуйста, — стало приятно, что ко мне обратились первым. — Мне бы побегать. У вас есть беговые дорожки? Или климбер? Что-то для ходьбы или бега…

— Конечно, госпожа, — кивнул кхарец, засияв своими линиями ярче. Жрет меня, гад такой! — Прошу.

Я проследовала за кхарцем и увидела то, на что он указывал. Просто свободное пространство пола, расчерченное квадратами. Это больше напоминало татами, но точно не тренажер.

— А как?.. — я махнула руками в воздухе, даже не понимая, как задать вопрос.

— Выбираете квадрат, прыгаете и начинаете идти. Лента подстроится сама, — пояснил кхарец, за что получил взгляд полный непонимания и шока. Он издевается?

— Эм, спасибо, — поблагодарила и пошла на квадрат. Пол под ногами был мягче, словно из резинового покрытия. Неплохо.

Так… прыгнуть и идти, прыгнуть и идти. Надеюсь, что это не шутка, иначе выглядеть и чувствовать себя я буду полной дурой!

Я подпрыгнула и пол под ногами завибрировал. Сделал шаг и квадрат пришел в движение. И вовсе не квадрат, а лента беговой дорожки, просто без опор и управления. Непривычно, но я осмелела и начала ускоряться. Лента подстраивалась сама, словно чувствуя мои желания. Постепенно я перешла с ходьбы на бег. Прикрыла глаза, доверяя комическому тренажеру и наслаждаясь движением своего тела.

Мне вспомнилось, как мы с Мишкой бежали на поезд. Это было в Нижнем Новгороде. После съемок у нас оставалось полно времени до отправления поезда, и мы решили подкрепиться, отдохнуть и пропустить по стаканчику. Ох, как было вкусно, как сладко! Авторские коктейли были превосходны, атмосфера бара пьянила, поднимая веселье выше и выше. Мы даже сняли несколько роликов, где надо было захватить шот губами и выпить содержимое без рук. Дураки такие! А когда я случайно бросила взгляд на телефон, обнаружила, что поезд отправляется через полчаса. Мишка побежал оплачивать счет, я дрожащими пальцами вызывала такси, а сама едва сдерживала смех.

На поезд мы запрыгнули буквально в последний вагон. Нерасторопный таксист даже за доплату не хотел нарушать правила дорожного движения, вокзал был заполнен людьми, а после мы перепутали перроны. Мы бежали как сумасшедшие с рюкзаками на плечах, потные, пьяные, молодые и веселые. Мишка успевал поддевать меня и мою выносливость, а я плевалась волосами, что липли к губной помаде и лезли в глаза. Успели, залетая в последний вагон. Ох, каким взглядом одарила нашу пару проводница, словами не передать!

Я не открывала глаз, бежала и уже чувствовала, как начинает колоть в боку. Мое дыхание сбилось, я вспотела, а один из проводов сканера начал натирать мне бок. Но я не останавливалась, питаясь собственными воспоминаниями о той жизни, где была свободна и счастлива, где мир был