Мой пленный генерал - Лия Шах

Не могу судить о его росте, но на лицо он был довольно молод. Я бы сказала: не старше тридцати. Но вот глаза выдавали в нем сущность куда более древнюю.

— …похоже, генерал опять меня обманул, — растерянно пробормотала я, не обращая внимания на проплывающие мимо по воздуху валуны. Магия хорошо справлялась, и у меня было достаточно времени побеседовать с новым знакомым.

— Что? — удивленно переспросил блондин, подавшись ближе к экрану. — Ты что-то сказала?

— Не важно, — усмехнулась я, рассматривая лицо вполне себе молодого и здорового бога. — Лайзерг, как я понимаю? Чем обязана такой чести? Не ожидала, что ты там решишь со мной связаться.

— Ага, привет. А я вот не ожидал, что ты все еще живая будешь, — сразу перешел к делу бог Смерти моей галактики.

— Почему бы мне не быть живой? Тебя же нет, — произнесла с улыбкой, которая не была улыбкой на самом деле.

— А я здесь причем? — опешил бог, а у меня стали закрадываться сомнения.

— Ну как же… — начала немного растерянно, — всем известно, что ты перебил богов и ушел. Теперь вот я появилась. Сказать по правде, мы тут уже какое-то время ждем твоего визита, а ты все не торопишься.

— Перебил богов? — переспросил Лайзерг, а его лицо несколько раз комично дернулось. — Я что, похож на психопата? Ладно, пофиг на сплетни. Я чего звоню-то? Совет добрый дать хочу: вали из галактики на первой космической скорости. Улетай так быстро, как только можешь.

Я нахмурилась:

— Что это значит?

Лайзерг закатил глаза и раздраженно выдохнул:

— Это значит, что к гибели богов я не имею никакого отношения. На галактике проклятие лежит. А его эпицентр как раз в Арс-9. Ты ведь там обосновалась? Хотя бы планету смени, если улетать не хочешь. Но это не сильно поможет, только отсрочит действие чар. Остались у вас там звездолеты какие-нибудь? Можешь прилететь сюда к нам, император добро дал. Только сначала оборви связь с Источником, потом здесь закрепишься.

Отодвинув все странности в сторону, начну с главного. Маги Крови — больше прочих творений Хаоса подвержены территориальному инстинкту. Место, которое они назовут своим домом, не может быть больше отдано. Тем более невозможно стерпеть, если кто-то угрожает их дому.

Бог Смерти еще не закончил говорить, а я уже вскипела, воинственно сжимая кулаки.

— В твой дом пришел враг, и ты просто сбежал? Мужчина ли ты после этого? — прошипела в гневе.

Лайзергу на мое осуждение было плевать. От обидных слов он отмахнулся, как взрослый от лепета ребенка, продолжая усердно втолковывать свою философию:

— Из Кольца Смерти ты сделать ничего не сможешь. Повторяю, прилетай сюда. Не думай, что я просто сбежал и ничего не делаю. Но в одиночку, даже вдвоем, если мы объединимся, то с этой силой все равно не справимся. Нам нужна поддержка старших сущностей и не только. Сколько дней ты уже на галактике? Не заметила в себе никаких изменений? Сон стал дольше, сны ярче, а прошлые желания и цели постепенно меркнут. Жизнь теряет краски, и усталость берет свое. Поначалу это не сильно заметно, но со временем бороться с этим станет сложнее. Сама не заметишь, как безропотно погибнешь.

За свою не самую долгую жизнь мне с разными тварями приходилось сталкиваться, но то, о чем говорит этот парень, звучит слишком зловеще и немного недостоверно. Нет, я, конечно, заметила, что сон стал доставлять больше удовольствия, но я грешила на матрас. Очень уж у них тут в Порядке кровати хороши, да климат мягок. Пространство, опять-таки, никуда не исчезает, как у нас в Хаосе. Тишь да благодать, как говорится. Спи — не хочу.

Сны мне тоже снятся, но в основном про генерала. Кошмары. Но этому тоже есть простое объяснение, он просто заколебал меня. Лезет и лезет.

Что касается целей и желаний, то с ними все в порядке. Ну разве что депрессия иногда накатывает, но меня тоже понять можно: столько трудов приложила, и все впустую. Каждый раз что-то идет не так. Тут любой взвоет.

Но прежние боги куда-то все ж таки делись, а значит, в словах Лайзерга может быть здравое зерно.

— Что это за чары такие? — спросила с любопытством. — Знаешь, я неплохо умею обращать чужие заклинания вспять. Если расскажешь поподробнее, что-то может и придумаю.

Нити работали не покладая кончиков, так что к тому моменту, как мы с богом дошли до сути, проход был практически расчищен. Задерживаться здесь ни на минуту не хотелось, так что я, поглощенная разговором с Лайзергом, только под ноги смотрела, переступая невидимую черту, отделяющую коридор от единственной в подземелье комнаты.

Под землей не могло быть других источников света, кроме слабого мерцания от голоэкрана, но вдруг пространство озарила теплая яркая вспышка. Я на мгновенье отшатнулась, прикрывая привыкшие к темноте глаза рукой. Пространство наполнил звук людских голосов, торопливых шагов, смеха и недовольного ворчания. Десятки людей проходили мимо, а на плечо вдруг легла большая теплая ладонь.

— Детка, что случилось? Иди скорее, мы загораживаем путь.

Я отвела руку в сторону и увидела, что нахожусь в проходе салона самолета. Точно, мы же в Новосибирск летели. Папа получил повышение, и теперь мы переезжаем.

— Не называй меня деткой, я уже в третьем классе! — возмутилась я, с гордостью проходи на место у окна.

Сзади раздался добродушный смех отца:

— Точно, а я чуть не забыл. Совсем взрослая уже.

— Да! — уверенно подтвердила я. — Мне уже девять лет!

Важно рассевшись в кресле, я немного поерзала, чтобы расстегнуть пуховик. Свитер пару раз ударил током, но я стоически терпела, как взрослый человек. Рядом сел папа, и улыбка на его лице постепенно сменилась нервным выражением. Он сцепил руки перед собой и какое-то время не знал, как начать разговор.

— Детка… — вздохнул он, но наткнулся на мой неодобрительный взгляд и быстро исправился: — Лида! Лида, милая, мне нужно тебе кое-что сказать…

— Что? — склонив голову набок, удивилась я. Пара длинных косичек покачнулась из стороны в сторону.

— Ну… как бы это… вот, ты же уже взрослая, да? Скоро совсем вырастешь, и у тебя будет своя семья. Замуж выйдешь, дети будут. Это же хорошо, да?

— Конечно, — уверенно кивнула я, поджав губы. — У меня будет большая семья.

— Ну и вот, — с небольшим облегчением улыбнулся отец. — Большая семья — это всегда хорошо. Я бы тоже, ну знаешь… хотел большую семью. Что ты скажешь, если я…