Любовник - Кристина Лин

Она глаза таращит на меня удивленно, рот открывает. Так и тянет поцеловать, языком в нее толкнуться. Но пока нельзя.

— Но… она мне так сказала, — говорит Лара, снова хмурясь. Соображает, что Ленка ее просто обманула.

А вот для меня это новость, что Лена с ней говорила. Прибить бы суку за это. Уверен, что этот разговор стал не последним доводом, чтобы Лара «уехала» от меня в другой город.

— К тебе Лена приходила? Когда? — спрашиваю чуть резче, чем хотел бы.

Меня накрывает волной гнева, но я не даю себе сорваться.

— Давно, — говорит, — когда я у тебя работала еще.

Вот же сучка! Уверен, что это она придумала после того, как я сказал ей о разводе. Решила отомстить мне? Или просто не смогла пережить, что я буду счастлив без нее? Почему-то мне кажется, что скорее второе.

— И поэтому ты сказала, что уезжаешь? — спрашиваю. Голос срывается от волнения. Сердце колотится, как сумасшедшее.

Она кивает.

— Не только поэтому, — признается. — Я не планировала уходить от мужа тогда.

— Понятно, — говорю.

Мы можем нормально общаться, она не вырывается из моих объятий — а это уже прогресс.

— Почему не сказала мне, что к тебе Лена приходила? — спрашиваю.

— А зачем? — искренне недоумевает Лара.

В этом она вся. Привыкла все на себе тащить, ни у кого не спрашивая и не советуясь ни с кем. И так и продолжает делать дальше. Но ничего, я отучу ее от этой дурацкой привычки.

Пальцы ей в волосы запускаю, чуть массажирую на макушке голову. Лара глаза закрывает, так ей нравится, я помню. Пока она не очнулась, в губы ее целую. Хочется ей еще приятнее сделать, только сам улетаю. Такой желанный поцелуй, как нектар ее пью. Будто сто лет не целовал. Впору зарубками на кровати помечать, сколько дней без этих губ провел.

Она вздрагивает, в рот мне стонет, сама ко мне тянется.

Моя ты хорошая. А еще говоришь, что не хочешь. Так и поверил тебе, ага.

Где тут спальня, далеко?

Нет, рано еще, пусть сама захочет. В паху жаром обдает, член больно в ширинку упирается. Мало мне ее, ой, как мало! Прямо тут разложить ее готов. С трудом поцелуй разрываю. В глазах темные пятна пляшут. Дышу, как астматик, на грани. Но так надо, она упрямая у меня. Пусть привыкнет ко мне немного сначала. Оказывается, я терпеливым могу быть. Пиздец, сколько с ней открытий!

Лара шумно выдыхает, по инерции ко мне тянется.

— Тише, милая, — смеюсь, — сожру тебя так.

Лара разочарованно так на меня смотрит. Точно не хочешь ничего, милая? Вот не верю! Теперь совсем не верю!

— Ну и ладно! — заявляет упрямо, оттолкнувшись от меня и вздернув подбородок. А потом подходит к столу, усаживается перед компьютером.

Типа, разговор окончен, да?

— Мне надо работать, Жданов! Ты не мог бы уйти, — заявляет она упрямо.

Вот же характер. Охренеть, как меня это заводит. Трахну ведь, Ларочка, напросишься. Тебе понравится, мне тоже. А остальное — вообще не имеет значения.

— Хорошо, — говорю, поворачивая к двери.

— И можешь не возвращаться! — летит мне в спину.

Я чуть не заржал, ей-Богу! Вот же упертая! Самостоятельная ты моя, хрен я тебя отпущу теперь.

— Я все же вернусь, — говорю перед тем, как выйти из квартиры.

Глава 42

Лариса.

Сказать, что я удивлена появлению Жданова, — ничего не сказать. Я просто в шоке!

Не понимаю, как он узнал о том, что я не уехала?! Мой расчет был на то, что Жданов будет слишком обижен моим решением и не станет искать. Поэтому мне и в голову не приходило как-то прятаться. Единственное — не попадаться ему на глаза. Ну а для приятных встреч он быстро найдет другую, более сговорчивую, женщину.

И я поверила его жене, когда она сказала мне, что ждет ребенка! Потому, что была уверена, — у мужчины крепкая семья, в которой мне нет места. Поэтому я никогда, даже в самые жаркие наши ночи, не смотрела на мужчину, как на спутника жизни. Максимум, как на временное увлечение и возможность карьерного роста. Да, я использовала его, как соломинку, за которую можно ухватиться, чтобы вскарабкаться наверх. Может, это и низко, но я ни о чем не жалею.

Теперь же вообще ничего не понимаю. Мужчина ушел, а я сижу перед ноутбуком, не в силах сосредоточиться на финансовых документах.

И как он меня разыскал?

Впрочем, если он смог даже тест на отцовство провести без моего ведома, то уж разыскать бывшую любовницу в квартире, которую сам же и подарил когда-то, для него не проблема.

И что теперь? Он сказал, что вернется… Но он же не станет приходить сюда ночевать? Хотя обещал так и с делать, да.

Черт! Я совсем этого не планировала!

Конечно, иногда меня посещали мысли, что, возможно, я не права, скрывая от мужчины беременность. Но я быстро отмахивалась от этой минутной слабости, понимая, что не хочу для себя роли вечной любовницы на содержании. А ведь именно такой представляла себе нашу дальнейшую судьбу. А тут новость о его разводе… Он не говорил, что планирует разводиться. Да и я не спрашивала. Зачем тогда его бывшая жена сказала, что беременна? Зачем врать в таком вопросе, ведь это легко проверить?!

От всех этих новостей кружится голова. Как и от его поцелуя, который до сих пор помнят мои губы.

Вот же я дура! Он такой наглый мерзавец, думает только о себе, а я все равно по нему скучала. Просто дико, чего уж скрывать? Стоило мужчине появиться, как я почти сдалась. А, если он сделает, как обещал? Если захочет жить вместе? Даже не знаю, хочу ли я этого…

Сердцем очень хочу. Но мне же не пятнадцать, чтобы жить только эмоциями! У меня дочь и куча обязательств. Я уже как-то свыклась с перспективой стать матерью-одиночкой, а тут он… Сможет ли он стать хорошим отцом? А когда я растолстею окончательно, он не передумает жить с нами? Ведь тогда одними слезами не отделаться, придется объяснять дочери, куда делся этот дядя.

Нет, Жданов может планировать что угодно, но я не готова вот так сразу… в омут с головой. Нужно подготовить почву, поговорить с Алисой, купить еще один диван, в конце концов. Ему же надо где-то спать. Я отдала спальню Алисе, и сама ночую на диване в гостиной. Вряд ли избалованный комфортом Жданов обрадуется перспективе ночевать в кресле, хоть он и