Любовник - Кристина Лин

Но и Жданов вел себя, как домашний котенок. Не лез ко мне с поцелуями, не лапал и не приставал. Неужели, понимает, что рядом моя дочь, которой не нужно всего этого видеть, хотя бы пока? Странно это. И совсем неожиданно от Жданова.

— Уже поздно, — говорю, когда на улице стемнело, — тебе, наверное, пора?

Жданов и бровью не повел.

— Я останусь здесь, я же говорил.

Серьезно? Вот так сразу? Ну, посмотрим, на сколько тебя хватит!

— В спальне ночует Алиса, я сплю на диване, мест нет, — заявляю безапелляционно.

— Не страшно, мне хватит и кресла, — сказал мужчина, устраиваясь поудобнее в массивном кресле.

Значит так, да? Ладно!

— Доброй ночи, — говорю, выключая свет. — И учти, беременные иногда храпят.

— Как-нибудь переживу, — отзывается он спокойно в темноте.

Надо же! Ничем не напугать этого мужика! Ну, я же помню, как он любит комфорт. Не может быть, чтобы он променял свою мягкую постель на кресло в маленькой гостиной. И, если ему уже сейчас станет трудно, то пусть уходит. Не потом, когда я привыкну к нему заново и поверю, что у нас все серьезно. А сейчас, пока я еще не совсем поверила в искренность его намерений.

— Лара, — позвал он вдруг тихо, — а кто у нас? Мальчик или девочка?

Вот теперь ты точно сбежишь, Жданов!

— У нас двойня, — говорю, ожидая его нервного вопля.

— Двойня, — повторяет он мечтательно, как сладкую мантру.

А я-то думала, ты испугаешься!

Вот же странный мужик!

Глава 43

Просыпаюсь от того, что мне слишком жарко. Не сразу понимаю причину такой внезапной Сахары в моей квартире. Но тяжесть мужской руки на моей раздавшейся талии мгновенно объясняет этот феномен.

Да уж! Наглости Жданову не занимать. А говорил, что согласен на кресло. Я же помню, что, когда засыпала, мужчина был в кресле и полностью одетый. И точно его утренний стояк не упирался мне в бедро.

Стоп! Утро! Сколько времени?

Выползаю из захвата и тянусь к мобильному телефону. Девять!

Черт! Проспала!

— Ты куда? — мычит мужчина, снова притягивая меня к себе.

— Пусти! — шикаю на него. — Нужно ребенка отвезти в школу. Мы проспали.

— Она уже там, — мурчит этот невозможный мужчина мне в ухо. — Мы не стали тебя будить, ты так сладко храпела.

Что? Храпела? А они, значит, завтракали под прекрасные звуки моего храпа? Ужас какой!

— Какой ужас! — вырвалось у меня.

Фантазия мигом подкинула веселую картину, как я храплю, пуская слюни на подушку, пока Жданов пытается делать вид, что ничего не слышит и не видит.

— Ты должен был меня разбудить, — шиплю на него, пытаясь вырываться, но безрезультатно.

— И помешать тебе выспаться? — усмехнулся мужчина. — Не-а.

Он прижался ко мне всем телом, уткнулся носом в волосы, а его рука по-хозяйски смяла мою попу.

— Я пошутил, — шепчет мне в ухо этот умник. В груди сладко екнуло, а тело вдруг вспомнило, что у меня давно не было мужчины. — А ты очень тихо и сладко спала.

Его рука скользнула по моему телу и ловко пробралась под ночную сорочку, которая задралась почти до груди. Под пальцами кожа, словно разгораясь, откликалась на эту невинную ласку. Я прикусила губу, чтобы не застонать, а он без помех добрался до груди и с силой ее сжал ладонью.

— Кажется, ты планировала спать в кресле, а не со мной, — вроде бы возразила, но голос сбился на шепот и все вместе прозвучало, как изысканное приглашение к подвигам.

— Кажется, ты не против, — прошептал он хрипло, одновременно запуская руку мне в трусики.

Я невольно застонала, когда пальцы уверенно коснулись сладкого местечка и начали его массировать. Колени задрожали, а я вцепилась ногтями в подушку.

Жданов ловко перевернул меня на спину и, откинув одеяло в сторону, стянул с меня трусики.

— Не надо, — прошелестела одними губами, чуть слышно.

Он наклонился к моему лицу и впился в губы страстным поцелуем, от которого связь с реальностью почти оборвалась. Как бы не боялась за свое маленькое сердечко, которое обязательно будет разбито этим ловеласом, мое тело откликалось на него, как верная и послушная жертва.

— Я немного поласкаю тебя, — сообщил мне Жданов, оторвавшись от моих губ. — Тебе понравится, расслабься.

Мужчина скользнул влажным языком по моей груди, запуская по телу дрожь. Я пыталась возразить, честно. Но тело отказывалось произносить слова, которые могут оттолкнуть мужчину. Оно предательски жаждало его внимания каждой клеточкой, надеясь на продолжение.

Жданов скользнул языком к животу, обвел его руками. Так нежно, словно это самая большая драгоценность в его жизни. От такой неприкрытой нежности к еще не рожденным малышам в груди что-то екнуло. Но я быстро забыла об этой слабости, когда его язык скользнул ниже.

Мужчина раздвинул мои ноги и устроился между ними. А потом провел языком по мокрым складкам, от чего я громко всхлипнула, выгнувшись в спине.

— Пиздец, ты сладкая, — прозвучало его хриплое признание.

Ответить я ничего не успела, потому что мужчина принялся вылизывать меня с таким усердием, от которого остатки сознания уплыли куда-то далеко, а перед глазами засияли звезды. Волнами удовольствие разливается по телу, нарастая с каждой секундой. Хотелось прекратить эту пытку и закричать, чтобы не смел останавливаться. Но вместо внятного ответа, мой рот выдавал только громкие стоны, от звука которых мне в любой другой ситуации стало бы стыдно. Оргазм взорвался блаженной истомой и пронесся по телу, заставляя меня дрожать и сводить ноги, которые мужчина плотно обхватил руками, не давая их свести.

Тело горит, а внизу живота приятно сводит. Жданов ласково провел по внутренней стороне бедра, а меня, словно кипятком, обдало жаром.

— Хочу тебя, — сорвалось с губ как-то само по себе.

И, только, когда он склонился надо мной, в голове что-то прояснилось.

— Но не думай, что это что-то значит, — предупреждаю его хриплым голосом.

— И не подумаю, — заявляет он самоуверенно, толкаясь вперед, сразу на всю длину.

Он замирает, стоило мне вскрикнуть.

— Больно? — спрашивает тихо.

— Нет, — с трудом отвечаю, — так хорошо.

Жданов выдыхает, начинает двигаться, медленно, словно боясь повредить хрупкую и особо ценную добычу. Раньше он всегда вел себя более резко. А сейчас не узнать господина «я тебя все равно трахну». Он постепенно ускоряется, но мне и не надо много. Я взрываюсь, подаваясь вперед и не помня себя от удовольствия. Почти тут же чувствую, как он замирает, изливаясь в меня.

Мужчина аккуратно опускается рядом со мной, не забыв положить руку мне на живот. Так по-собственнически