Унтерменш - Саша Сарагоса

Я помог ей, поднес зажигалку к ее сигарете.

— Выкинь из головы. Простушка… Хе! Ты тоже родилась не в королевском дворце. Забыла, как носила пиво морякам в своем Гамбурге?

Чарли отмахнулась и предложила пересесть на широкий итальянский диван с множеством подушек, под большое стеклянное солнце на стене.

— Лео, ты ничего не ел. Почему? — спросила она. К ней понемногу возвращалось самообладание. — Мой повар с такими высокими рекомендациями, что не стыдно подать его самого главным блюдом. С яблоком в зубах.

— Не голоден, извини, — ответил я. Аппетита в самом деле не было.

— А я было подумала, что ты злишься из-за того, что случилось на квартире у твоего друга. Фердинанд, кажется?

— Хельмут.

— Да, точно. Хельмут... Тогда все так получилось... Но это не значит, что мы с тобой...

— Чарли, пожалуйста, — перебил я. — Было и было. Тебе надо оправдываться не передо мной.

Она придвинулась ближе, положила мне подбородок на плечо, вздохнула:

— Рада, что ты пришел, Лео. Я стала забывать, как ты пахнешь. Купила такой же одеколон Кики, так он от него чихает! Олух.

— Бывает. Слушай, а что здесь делает барон? Думал, он уже в Вене.

— Так, добивает дела в Мюнхене перед переездом... Знаешь, он рассказывал про какую-то твою берлинскую подружку. Думала ты с ней придешь, хотела познакомиться. Как она в постели? Лучше меня?

— Нет. Не переживай.

Чарли довольно сощурила лисьи глаза и губами "укусила" за шею.

— Лео, скажи, а если бы... Ну так, чисто фантазия!.. Как думаешь, мы могли бы начать все сначала?.. — спросила она.

— Что ты имеешь ввиду?

— Конечно же не встречи на заднем сиденье! Свадьбу, семью...

— Свадьбу? Нет.

— Почему?

— Потому что я католик, я не могу жениться на разведенной.

— М-м-м, — выдохнула Чарли, — венчание, пузатый священник, и быть вместе в радости и в горе, пока смерть не разлучит нас... Помню-помню… А если бы Кристиана... не стало?

Усмехнулся уже я и покачал головой.

— Куда же ты его дела? Спрятала в коробку из-под шляпки?

— Отравила, удушила, не важно, — улыбалась Чарли. — Женился бы? Ведь жениться на вдове не противоречит католику. На очень богатой вдове.

— Не неси чушь. И потом, однажды я предложил тебе быть моей женой. Ты отказалась.

— Отказалась? Я была согласна выйти за тебя, но не согласна была рожать в шестнадцать! А ты меня бросил. Ты хоть представляешь, как мне было тяжело?! Если бы не Кристиан, не знаю, как преодолела бы такой удар в спину...

Чарли фыркнула, отодвинулась от меня. Потянулась за сигаретами.

— Ты убила в себе моего ребенка, — ответил я. — После такого я должен был носить тебя на руках?

— Я убила?! — вскочила Чарли и заметалась по комнате, как по клетке. — Я… убила!.. А что я должна была делать? Хорошо, я была готова стать женой военного. Болтаться по стране, жить на чемоданах. Но утонуть в пеленках и отказаться от мечты? О том, о чем я мечтала с детства! Что выберусь из этой чертовой нищеты! Что смогу купить то, что захочу! Что не надо будет перешивать платье, которое до тебя носили пять сестер!.. Что смогу наесться, просто наесться!..

Я молчал. Не думал, что старые скелеты вылезут из шкафа именно сейчас, и что это окажется настолько... мерзко. Но она снова села рядом, положила ладонь мне на руку.

— Лео, послушай. Я много думала в последнее время и поняла, что вот теперь я могу... нет, я хочу попробоваться себя в роли жены, матери семейства. Я рожу тебе детей. Только представь обложку, где мы на фоне нашего загородного домика в Альпах!.. В Берлине я могу получить не просто контракт, а контракт на пошив военной формы! Это огромные деньги!

Чарли села рядом, положила ладонь мне на руку, потом спустилась ниже:

— Милый, ну… — шептала она, поглаживая мой член через брюки, — Кто в прошлом не ошибался? Мы оба наделали много ошибок. Но я готова простить тебя...

— А я нет, — ответил я, сбросил ее руку. Сделал это вовремя, так как в дверях появилась прислуга.

— Фрау Линд, вам звонили из ателье. Там... — растерянно пролепетала девушка, покраснев. Чарли все еще полулежала на мне.

— Выйди! Не видишь, мы разговариваем? Идиотка!.. — вскипела она и запустила в прислугу турецким валиком. Но попала не в нее, а в проявившего Алекса.

— Хорошие дела, — опешив, он смотрел на подушку, которую чудом поймал. — Слушайте, кто-нибудь видел Алис? Или Кристиана? Оба как сквозь землю провалились.

— Кристиан ищет какую-то шахматную задачу, — ответил я. — Хотя прошло уже минут пятнадцать, не меньше.

— Хозяин и фройляйн в кабинете, — проблеяла прислуга. — Просили не беспокоить.

— В кабинете? — удивилась Чарли. — Что они там делают?

Девушка не смогла ответить и снова напомнила о звонке из ателье.

— Вот и мне интересно, что там происходит, — сказал Алекс. — Предлагаю подняться и узнать это. Харди, ты со мной?

* * *

Мы поднялись по винтовой лестнице на второй этаж. В паре метров от кабинета Алекс остановился и обратил внимание на медную египетскую цаплю, стоявшую рядом со стулом.

— Какая безвкусица, — сказал он, — как в отеле. Хорошо, что в Мюнхене у меня есть квартира. Ненавижу отели.

— Бывает. Надолго приехал?

— До следующей недели точно. В субботу аукцион. Да, решил пустить Вассерозе с молотка... Впрочем, буду откровенен. Я приехал не столько из-за дел, сколько из-за твоей кузины. Алис — мое важное дело в Мюнхене. Знаешь, когда она без каких-либо внятных объяснений отказалась от должности моего секретаря, я был разочарован. Не терплю такого легкомыслия: то согласилась, то отказалась. Но потом узнал, что незадолго то того, как отказать, Алис видели с тобой. Вы о чем-то говорили у озера. Мне показалось это странным, но не более того. И вот, приехав в Мюнхен я узнаю, что теперь Алис у тебя вроде прислуги. Стирает, готовит, выгуливает собаку.

— И что? — спросил я.

Алекс шагнул ближе, присмотрелся. Такой серьезный взгляд обычно предварял не менее серьезный вопрос. И он последовал.

— Вы с ней любовники? — спросил Алекс.

— Да, — солгал я, не задумавшись ни на секунду.

Алекс заиграл желваками. Посмотрел по сторонам, что-то обдумывая:

— Я подозревал… Хорошо. Тогда так... Я хочу, чтобы ты дал ей расчет. И готов заплатить. Тебе все еще нужны деньги?

— Деньги всегда нужны. Но не проще ли тебе договориться с Алис? Или опять не получилось? Ай-яй-яй! Кузину не заинтересовало даже предложение государственной важности! — уколол я. Но Алекс сохранял внешнее спокойствие.

— О, нет. Это