Антагонизм - Натали Ният

через стенку. Я знакома с тётей Тоней: когда я прихожу к маме на работу, часто вижу её, когда проведываю бабулю. Это не очень красивая женщина, какая-то она неторопливая. Даже разговаривает медленно и очень тихо. Но вроде не злая, добрая.

Вообще-то я много с кем уже знакома по пансионату с маминой работы. Некоторые приезжают туда каждое лето, как и мы. Не всегда, правда, наши даты совпадают, но всё равно непременно встретишь кого-то из знакомых. Задолго перед нашим отъездом я начинаю готовиться и собирать вещи, и с нетерпением жду дедулю. Обычно это он нас отвозит в пансионат. Или папин водитель, но это очень редко. По-моему, он отвозил нас только один раз, тогда мамочка сильно поругалась с дедулей и была зла на него. Вот поэтому нас повёз дядя Садир. Скорее бы уже лето, скорее бы поехать в пансионат!

Глава 53

Глава 53

Наверное, Незнайка чем-то расстроен или у него что-то случилось. Иначе как еще объяснить его странное поведение? Он погрустнел, ничего не замечает из того, что происходит вокруг него. "Может быть, я преувеличиваю?" — задаю вопрос сама себе. Но нет, такое поведение не похоже на него. Подавленный, да, точно, наконец-то на ум пришло нужное слово. Но, конечно, я не решусь порасспрашивать о нём знакомых. Если только речь об этом не зайдёт сама по себе. Хотя и тогда вряд ли.

Он вроде бы учится неплохо, в школе, насколько мне известно, тоже всё хорошо. Значит, это что-то личное. Семейное? Что-то случилось? Ловлю себя на том, что снова возвращаюсь мыслями к Незнайке.

В школе уже или знают, или догадываются о том, что я нравлюсь Незнайке. А вот что касается меня, я просто делаю вид, что мы друзья, что ли, приятели. Ведь я же общаюсь с мальчиками из нашего класса? Общаюсь. И некоторые наши девочки общаются с мальчиками постарше. И это вовсе не значит, что они им нравятся. Хотя некоторым, да, возможно, и нравятся. Но другие общаются потому, что или соседи по двору, или знакомы их родители, да просто так получилось. Так что стараюсь не концентрировать внимание своих одноклассников на этом. Как будто всё происходит как и должно. Пару раз мальчики было вздумали пройтись по этому поводу:

— Линда, а когда Незнайка полетит на Луну?

— Линда, ты знаешь, о чём все говорят? Говорят о том, что Незнайка, кажется, стал что-то знать. Хи-хи.

Я никак не реагировала, и они потихоньку отстали. Главное — не реагировать. Иначе люди думают: раз человек злится или обижается, значит, задели его за живое. Но нет, от меня они такого не дождутся. Они знают, что я могу и треснуть любого по башке и обматерить, мало не покажется. Но не в этот раз. Тут надо быть умнее, как будто я не при делах. Ну Незнайка, ну общаемся, ну нравлюсь я ему, и что? Да и разговариваем мы с ним очень редко, иногда пересечемся на перемене, и то когда никого рядом не окажется. Ни его, ни моих одноклассников. Тогда им становится неинтересно. Они же как стая диких шакальчиков: ищут, на кого бы наброситься, позубоскалить, душу отвести. Если шикнуть или мимо пройти, они не тронут, а если начнешь бояться, смущаться, оправдываться, злиться — всё, пиши пропало! Будут шакалить снова и снова.

Хоть я и старалась не подавать виду, кажется, Катька заметила мое состояние. И любопытство. На большой перемене, когда мы стояли с ней у окна, а Незнайка в это время проходил по двору, она ни с того ни с сего заявила:

— У него с отцом проблемы.

— У кого? — не сразу поняла я, так как была занята своими мыслями.

— У Незнайки.

— Откуда ты знаешь?

— Алена сказала.

— Твоя соседка?

— Да. Аленина мама дружит с его теткой. Они как раз про него разговаривали позавчера у Алены дома. Она потом мне тоже рассказала. Я забыла тебе сразу сказать об этом, из головы вылетело.

— А что случилось? Отец заболел?

— Нет, здоровее некуда, — хмыкнула Катька. — Он вернулся к его матери.

— Разве это плохо? — спросила я Катьку, на самом деле мало что понимая. — А он уходил? Куда?

— К кому. К другой бабе.

— Не может быть! — искренне удивилась словам Катьки. — Я думала, что у него хорошая семья.

— Нет, не хорошая. Точнее, мама у него нормальная, а отец — козлина вонючая. Живет на две семьи, как мой дядька.

— И Ляпишев, — добавила я, тут же вспомнив о сыне-подростке Ляпишева и Лиличке.

— Да, — вздохнула Катька.

Катька знает про Ляпишева. Я ей почти сразу рассказала о нем, как только он появился в жизни Нади.

— А его мама? Она как? — спрашиваю подругу. — О ней они что-то сказали?

— Да, эта тетка сказала, что мама Незнайки всё прощает его отцу. Сначала она злится, когда он уходит к другой бабе, да он и не скрывает! Она говорит сыну: «Мол, всё, последний раз ушёл, больше не прощу». А потом, как он появляется, через месяц или два, она радуется. Незнайка его ненавидит, не хочет с ним даже разговаривать после этого. А мать его просит: «Мол, ради меня, сыночек любимый мой, единственный. Ради мамы поговори с ним, не груби ему», — и плачет. Ну, Незнайка ради мамы прощает его тоже. В этот раз, когда вернулся, говорит: «Семья, поедем летом в Сочи, я купил билеты». Мама Незнайки, конечно, на седьмом небе, а сынок её говорит: «Мол, не хочу никуда ехать с ним».

— Вот же сволочь! — не выдержала я.

— Сволочь, ещё какая!

— Кать, а что потом? Вот когда он возвращается, потом опять уходит? Его же жена прощает.

— Да, представь, поживет тоже месяц или около того, и поминай как звали. Тетка сказала, что его придурочный отец больше в той семье живёт. Хотя они не разошлись с мамой Незнайки. И приходит к ней, когда с той бабой разругаются. Вообще сумасшедший дом.

— Ужас!

Да, я была права, когда подумала, что Незнайка чем-то огорчён.

— На хер такой отец, да, Линда?

— Да.

— Неужели все такие?

— Не знаю, — ответила я, вспомнив папу и Татьяну Григорьевну.

— Интересно, если бы мой был жив, тоже гулял?

— Нет, у тебя хороший папа, — улыбаюсь.

— Потому что умер? — усмехается Катька.

— Кать, прекрати. Это невежливо.

— Я шучу.

Да, история, конечно, печальная. Но чем же я могу помочь Незнайке? Ничем. Абсолютно ничем. Если честно, ему уже никто не поможет, кроме его мамы. Но она не хочет. Мне представился лес