Грецкий орешек - Ната Вади

провели время в Питере с Ильей и его друзьями. Я же вещаю о нашем времяпрепровождении на даче с девочками. Всё мирно и чинно. Никаких щекотливых тем, перегибов или шуток про мою недавнюю полуобнажёнку.

— Я скучал, — вдруг припечатывает Мирослав, сверля меня тёмным взглядом.

Прячу глаза, делая большой глоток колы из трубочки. Ничего на это не отвечаю.

— И за прошлую неделю соскучился, и за все эти годы, — он подаётся чуть ближе и осторожно накрывает мою руку своей. — Знаешь, Иволгина, нихрена ничего не изменилось. Я по-прежнему в тебя по уши.

— Мир...

Тут его телефон издаёт пикающий знакомый звук, парень смотрит на него и чертыхается.

— Разрядился полностью. Наташ, у тебя ж такой же айфон, поделись зарядкой, а?

— Возьми в ящике в тумбочке у кровати, там ближе к окну.

Мирослав кивает и уходит в комнату. Откидываюсь на спинку стула, ойкаю от боли, а потом мне требуется секунд пять, чтобы понять, что конкретно я сейчас наделала и рвануть за ним в спальню.

Поздно.

Мир мониторит содержимое тумбочки взглядом, слава богу, ничего не доставая и не трогая. В ящике, помимо зарядки и всякой ерунды, расположились мои, кхм... друзья-помощники в очень пикантном вопросе. И они не для чужих глаз. Тем более горинских.

— Господи, да хватит на это пялиться! — не выдерживаю я.

— Ты сказала, что не возбуждаешься, — чуть глухо говорит Мир, не отрывая глаза от содержимого ящика.

Молчу.

— Ты сказала, что секс тебе не нравится. Что в этом вся проблема и сложность. Что мы друг другу не подходим.

— Это другое, — я подхожу ближе, резко закрываю ящик. Хотелось бы с хлопком, но на ящике стоят доводчики, поэтому м-м-м... игрушки пропадают из общего вида медленно и плавно.

Мир поднимает руки, чтобы взять меня за плечи, но быстро осекается, понимая, что этим причинит мне боль. Кожа слишком воспалена.

— Нет, это не другое, — упрямо мотает головой Мирослав. — Ты мне чуть ли не с пеной у рта доказывала, что... фригидная, — выплёвывает он последнее слово. — Только так не бывает, Наташ. Ты явно путаешь значения слов.

— Какая разница, если я не хочу секса! — почти кричу я.

— Ты его хочешь. Просто только с собой. Пока что.

— Да боже! — я всплескиваю руками, и пелена раздражения застилает мои глаза. — До чего ты самоуверен и повёрнут на том, что ты пуп земли, Горин! Думаешь, с тобой захочет даже та, кто считает себя асексуальной?!

— Нахрена ты это приплетаешь? Ты не асексуальная и не фригидная...

— Считаешь, что я всё это выдумала? — перебиваю я, вся пылая уже не только снаружи, но и изнутри — от злости.

— Нет, не считаю! Я хочу быть с тобой, и дело не в сексе, блять! Как ты этого не понимаешь?!

— Но это ты поднимаешь эту тему!

— Потому что для тебя это камень преткновения! — повышает голос Мирослав. — Потому что ты сказала, что в этом проблема и ты типа не сможешь дать, что я хочу... Но прикинь, Наташ, меня всегда в плане тебя интересовалаты, а не исключительно секс!

Мы оба тяжело дышим. Оба на пределе. Я не понимаю его, а он меня. Разве уж этого не достаточно, чтобы принять тот факт, что нам ничего не светит?!

Глава 34

Наташа

Мы с Миром не разговариваем. Снова. Уже два дня. Он не проявляет инициативу, я, соответственно, тоже делаю вид, что мне это и не надо. Скорее, даже убеждаю себя. Наверное, я всё-таки объективно переборщила, потому что если вдуматься и разложить все по полочкам, то Мир особо нигде не косячил. Ну приехал вместо Юльки, чтобы помочь, но давайте честно: меня всё устраивало. Если бы это было не так, Мир порог моей квартиры бы не переступил. Да и кто штаны добровольно с себя стягивал, чтобы жопу пантенолом забрызгали. Да, понятно, что всё сугубо в приличных целях, однако...

То, что он нашел в ящике... специально ему искать не пришлось. Так просто получилось, это я не подумала. В руки он ничего не брал, не разглядывал. У Горина тупо не схлопнулась в моменте картина мира. Я ведь говорила, что не возбуждаюсь, и да, обозначила проблему следующего характера: мы не можем быть вместе, и вопрос исключительно в физике.

Ну-у-у-у, давайте начнем с того, что с самой собой у меня не всегда получается. Мне нужно время, чтобы настроиться, и какое-то отвлечение разом сносит всё желание. Могу ли достичь разрядки? Чаще да, чем нет. Но это требует концентрации и комфорта. А комфортно мне только с собой…

Хотелось бы мне иначе, а точнее — с Мирославом? Ну, попробовать, в смысле. Думаю, да. Но объективно просто не потяну. Наверное, даже возбудиться не смогу толком.

Замкнутый круг. Он хочет, я тоже... ну... относительно. Он может, я — нет.

— Натали, повторяем? — вытягивает меня Ленка, университетская хорошая знакомая, у которой сегодня день рождения, и мы собрались чисто женской компанией, чтобы отметить. Тусим в известных всем «Сплетнях» — приятном месте с хорошим меню, живой музыкой и приличным контингентом.

Я не поклонница таких активностей, но Ленка хочет оторваться по максимуму, ибо они с мужем в ближайшее время собираются планировать бебика, а тут как бы уже не разгуляешься, даже в период, когда только пытаешься забеременеть. Потом будут анализы, режим.

— Да, — пытаюсь перекричать громкую музыку, — лонг ещё один.

Ленка кивает и передаёт наш очередной объёмный заказ официанту. Парень активно улыбается и записывает.

— Пошла по тяжёлой артиллерии? — интересуется Юлька, придвигаясь ближе и чуть ли не слепя меня отблеском хайлайтера на щеках.

— Всё остальное какое-то слишком сладкое.

Вообще от коктейлей я дурею. Не сразу, но дела обстоят хуже, чем, скажем так, с моно-алкоголем. А ещё не люблю сладкие крепкие напитки — сахар только всё портит. И финалочка: я не против напиться и забыться. Ибо слишком запуталась.

— У тебя точно всё нормально? — продолжает допытываться Ланскова в очередной за этот вечер раз.

— О господи, Юль! Более чем! — отмахиваюсь я.

— Ну-ну...

У меня практически нет секретов от Юльки, но в этот раз хочу оставить проблемы с моей головой, а также тем, что ниже пояса, и Миром при себе. Я и так бесконечно мусолю эту тему в башке, мне пока достаточно. Желаю просто побыть здесь, с девчонками, без необходимости что-то объяснять или оправдываться.

Вечер в самом разгаре. Несколько коктейлей позади, караоке, танцы, смех, девчонки. Свобода!

У меня же всё хорошо, если подумать, всё есть. Кроме, пожалуй...

Большой и чистой,