Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

«Ага, сейчас! — скрестив руки на груди, ехидно ухмыляется Теодор. — Можешь даже не мечтать о таком после того, как ты обосрался по полной программе!»

Хелен пару секунд молча над чем-то думает, склонив голову, до того, как она переводит грустный взгляд на Питера и спокойно говорит:

— По крайней мере я попробую. Попробую закрыть глаза на твои поступки, если ты в них искренне раскаешься и извинишься перед теми, кого незаслуженно обидел.

— Ради тебя я хоть в лепешку расшибусь, — шмыгнув носом и приподняв голову, гораздо увереннее говорит Питер.

— Нет, ты должен сделать это не ради меня или кого-то еще, а ради самого себя. Потому что ты сожалеешь. Потому что хочешь вернуть доверие ребят. Потому что ты точно знаешь, что не хочешь терять друзей.

— Можешь прибить меня, если я этого не сделаю. Можешь сделать со мной все что хочешь. Можешь причинить мне любого рода боль. Боль, которую я заслуживаю.

— Просто больше не делай все эти глупости – и все будет хорошо. Не причиняй человеку боль, которая рано или поздно может вернуться тебе бумерангом. Если однажды ты предашь кого-то, то настанет тот день, когда кто-то предаст тебя.

— Обещаю, Хелен, я больше никого не разочарую. Никого, слышишь! Особенно тебя! Тебе не придется больше краснеть за меня, страдать и жалеть о нашей встрече.

— Хорошо-хорошо, Питер, хорошо, — мягко отвечает Хелен, погладив Питера по щеке. — Я тебе верю. Верю.

— Ты же не бросишь меня, да? — Питер шмыгает носом, слезным взглядом смотря на Хелен. — Прошу, скажи, что мы все еще вместе. Я не смогу жить, если ты меня бросишь. Ты самое важное, что есть в моей жизни. Я не могу тебя потерять, не могу! Могу остаться голодным и в одних трусах на улице, но только не без тебя. Нет, только это… Только не это!

— Тише-тише, мой хороший, тише…

Хелен заключает Питера в нежные объятия и гладит его по голове и плечу, пока тот нетерпеливо прижимает ее к себе, положив руки ей на лопатки, уткнувшись носом в плечо девушки и продолжив горько рыдать как маленький ребенок, которого сильно обидел плохой человек.

— Все-все, успокойся, пожалуйста… — Хелен целует Питера в висок. — Я рядом, рядом. Никуда не ухожу, остаюсь с тобой. Все хорошо… Все хорошо…

— Ты нужна мне… — дрожащим низким голосом произносит Питер, сжав пальцами джинсовый жилет Хелен на спине. — Пожалуйста, Хелен, не оставляй меня… Умоляю! Я сделаю все, что ты скажешь! Только не уходи! Не отдавай меня на растерзание этому жестокому миру! Прошу тебя…

— Тише-тише, Пит, все хорошо. Успокойся, пожалуйста…

— Я не хочу быть один. Не хочу терять самое ценное, что у меня есть. Умоляю, любимая, не уходи… Не уходи! Молю!

— Пожалуйста, перестань плакать, — дрожащим шепотом произносит Хелен и несколько раз моргает глазами, на которых появляются слезы. — Не рви мне сердце…

— Я не могу! — всхлипывает Питер и еще крепче обнимает Хелен, положив руку ей на затылок. — Не могу остановиться! Потому что мне плохо…

— Прошу тебя, Питер, прекрати…

В какой-то момент Хелен также поддается желанию горько разрыдаться и еще ближе прижаться к груди Питера, который не сдерживает эмоций не только из-за чувства стыда и одиночества, но еще и из-за неверия в том, что он действительно сейчас обнимает свою любимую девушку. Что она не погибла и осталась жива. Что это все никакой не сон, который обязательно закончится чем-то ужасным. Как это было каждый раз, когда все-таки приходила к нему по ночам, если ему удавалось ненадолго заснуть.

«Ой-ой, ну за что мокрые сопли пошли… — морщится Теодор, отвернувшись в сторону и приподняв руки. — Ну да, давайте порыдаем в три ручья все вместе! Сейчас и я к вам присоединюсь, подождите… Устроим тройничок!»

— Хелен… — дрожащим от волнения голосом произносит Питер. — Хелен, девочка моя… Малышка…

— Я здесь, любимый, здесь, — уверяет Хелен и гладит Питера по голове. — Никуда не ухожу…

— Черт… Я… Я чуть рехнулся, пока пытался тебя найти… Пока тебе приходилось страдать из-за этих ублюдков.

— Я так тебя ждала… Так ждала… До последнего верила, что ты придешь… — Хелен шмыгает носом. — Что однажды в том месте откроется дверь, а на пороге покажется на Маркус или его дружки, а ты.

— Прости меня, маленькая… — с жалостью во взгляде извиняется Питер, гладит Хелен по голове и дрожащими губами целует ее в висок. — Прости, что не смог… Что не смог тебя спасти… Я облажался… Крупно облажался…

— Мне так хотелось послать тебе хоть какой-то сигнал. Дать понять, где меня искать. Но я не могла. Я находилась слишком далеко. Без средств связи. Никак не могла сбежать. Я не могла. И не знала как.

— Меня бросало в дрожь каждый раз, когда я думал о том, где ты и что с тобой делают эти твари.

— Лучше тебе не знать… — Хелен издает громкий всхлип, пальцами крепко вцепившись в кожаную жилетку Питера. — Не знать, что они делали. Не только морили голодом и избивали…

— Я знаю… — низким голосом произносит Питер. — Маркус прислал мне фотографии.

— Что? — широко распахивает глаза Хелен, почувствовав неприятное покалывание в сердце. — Ф-фотографии?

— Этот ублюдок каждый день присылал мне снимки, на которых ты представала во всей красе. И как эти уроды…

— П-п-питер…

— Я был готов растерзать этих сук в тот момент! Растерзать тех мудаков, которые смели трогать тебя даже пальцем. Смели посягать на то, что принадлежит мне.

— Прости меня…

Хелен отстраняется от Питера и, прикрыв рот рукой, начинает громко и безутешно рыдать.

— Пожалуйста, Питер, прости меня… — отчаянно извиняется Хелен. — Клянусь, я этого не хотела! Я… Я пыталась сопротивляться! Пыталась этого не допустить! Но… Но их было много… А я была одна… Была слаба! Я… Я…

— Эй-эй, не волнуйся, дорогая, все хорошо, — успокаивает Питер, взяв лицо Хелен в руки. — Все хорошо, не переживай.

— Мне было не сколько противно от того, что меня насиловали, сколько от того, что я фактически предавала тебя. В тот момент я думала только о том, как мне стыдно перед тобой.