Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

мысли, что ему здесь ничего не знакомо. Лишь на пару мгновений вспышки молнии могут зажечь свет в том месте, где царит зловещая, непроглядная темнота. А один единственный удар молнии за считанные секунды валит гигантский дуб, что вспыхивает ярким пламенем, которое, однако быстро тушит дождь. Слезы скапливаются в глазах бледного Питера и скатываются по щекам, а страх парализует его ледяное тело, которое едва удерживают его подкашивающиеся ноги. Каждый раскат грома словно насмешка. Попытка позлорадствовать над его страданиями. Вселить еще больший ужас в человека, который не может более выносить весь этот бесконечный кошмар. Он один. В самом центре хаоса. Хаоса, из которого ему теперь не выбраться, поскольку кругом одни лишь огромные деревья, давящая темнота.

После нескольких неуверенных шагов ноги Питера резко подкашиваются, а он обессиленно падает на колени, не думая о том, как мороз пробирает его до самых костей. Изо рта вылетает дикий, нечеловеческий ор, что буквально сотрясает землю. Небо словно отвечает ему настолько мощным раскатом грома, что все мышцы Роуза напрягаются до боли. Кажется, что стихия намерена предпринять вторую попытку стереть его с лица земли и избавить этот мир от того, что он воспринимает как бельмо в глазу. И не сомневается – в этот раз все уж точно получится. Ведь рядом нет никого и ничего, что может снова спасти парня. Который продолжает горько рыдать, пока в паре метров от него сначала заваливается горящая невысокая елочка, а затем мощный электрический разряд бьет прямо в землю, оставляя на ней огромную трещину.

***

Сэмми тем временем поначалу громко лает на закрытую дверь, а затем проходит через маленький проем, предназначенный для животных, и, действуя решительно и бесстрашно, на всех порах бежит под проливным дождем вслед за Питером, чей след уже давно простыл. И приходит к тупику, когда добегает до ворот дома, через которые он не пройдет. Не сможет он и перепрыгнуть высокое ограждение, даже если разгонится. Поэтому ему остается лишь отчаянно лаять, теребить лапой закрытые ворота и жалобно скулить, будто чувствуя, что возлюбленный Хелен снова попадет в беду из-за того, что все решили оставить его одного. Девушки отправились наверх, чтобы найти сухую одежду, и при этом понадеялись на парней. Ну а сами парни просто не особо захотели за ним присматривать и ушли, не задумавшись о последствиях своего поступка, и вновь вспомнив о своих обидах на него после того как он все-таки вернулся к жизни.

Заскуливший после вспышки молнии Сэмми возвращается в дом и резко встряхивается у порога, чтобы привести в порядок свою мокрую шерстку. После чего он опечаленный ковыляет в гостиную и начинает громко лаять в надежде привлечь к себе чье-то внимание. И поджимает хвост, когда слышит раскат грома, испуганно посмотрев в сторону окна. Тихо скулит, когда на заднем дворе с грохотом что-то где-то падает. От жуткого страха песик даже залезает под лестницу, где располагается стол, и решает отсидеться здесь, одновременно боясь царящего на улице урагана и переживая за Питера, с которым может случиться что угодно, если все так и будут хлопать ушами.

Сэмми продолжает сидеть под лестницей, когда в какой-то момент на первый этаж по лестнице спускаются Хелен, Наталия, Ракель и Анна. Хоть у девушек все еще не конца высушенные волосы, забранные в хвост, теперь они одеты в сухую и чистую одежду, пока их вещи стираются. Осмотревшись вокруг и не заметив здесь никого из парней, девушки слегка хмурится и вопросительно переглядываются между собой.

— Не поняла… — задумчиво произносит Анна. — А где парни-то? Я думала, они тут!

— Странно… — качает головой Наталия. — Они что, все еще на заднем дворе?

— Нет, их вроде бы там нет… — растерянно отвечает Хелен, посмотрев в окно, открывающее обзор на происходящее на заднем дворе. — Да и на улице ливень начался.

— И где Сэмми? — недоумевает Ракель. — Он с ними?

— Сэмми! Сэмми, ты здесь?

Сэмми сразу же отзывается на голос Хелен, негромко подав голос, покинув свое убежище и подбежав к девушкам.

— Мальчик мой, ты здесь! — Хелен мягко гладит Сэмми по голове. — А почему ты здесь один? Где ребята?

— Они наверху? — уточняет Анна. — Пошли переодеваться в другую комнату?

Сэмми громко и жалобно начинает скулить, словно пытаясь объяснить девушкам, что Питер снова может оказаться в большой опасности.

— Господи, маленький ты наш! — тяжело вздыхает Наталия, опустившись на корточки, прижав Сэмми к себе и мило поцеловав его в носик. — Вон как испугался… Его всего трясет…

— Немудрено… — произносит Анна, осмотревшись вокруг. — Вон одно окно разбилось, а остальные открылись сами по себе. Некоторые вещи попадали, а кое-что разбилось…

— Солнышко, мы тоже очень испугались, — с грустью во взгляде добавляет Хелен, взяв мордочку Сэмми в руки. — Я была в ужасе от одной только мысли, что Питер погибнет.

— Девочки, надо срочно согреть Сэмми, — уверенно говорит Ракель, проводя рукой по шерстке Сэмми. — А то он бедненький дрожит весь от холода. Да еще и ураган никак не прекратится… Тоже боится сидит…

— Может, его накормить чем-то вкусненьким? — предлагает Анна. — Вдруг это его успокоит? Давайте я поищу что-нибудь в холодильнике?

— Да, милая, дай ему что-нибудь, — соглашается Хелен. — Это его точно хоть немного отвлечет.

— И полотенце захвати, чтобы вытереть его! — восклицает Наталия. — А лучше притащи фен из комнаты! И сами высушимся, и его согреем!

— Эй, так вот же оно! — восклицает Анна, указав на лежащие на диване два полотенца. — Да сразу два!

Анна быстрым шагом подходит к дивану, берет одно из полотенец и собирается отдать его девушкам, чтобы те тщательно обтерли им дрожащего и скулящего Сэмми. Но ей достаточно сделать всего два шага, чтобы затем резко остановиться, еще раз посмотреть на диван и заподозрить что-то неладное.

— Стоп… — неуверенно произносит Анна. — А это разве не те полотенца, которыми мы укрыли Питера?

— Они самые… — широко распахивает глаза Ракель.

— О, господи… — начинает тяжело дышать Хелен, подойдя к дивану, взяв в руки второе и с ужасом во взгляде его осмотрев. — Это они… И это насквозь мокрое…

— Что-то мне все это не нравится, девочки… — прикладывает руку к сердцу Наталия, осматривается вокруг и находит третье полотенце в другом углу гостиной. — Эй, а