Тайное пристанище - Кэтрин Коулc

У Кая дернулся уголок челюсти.

— Ладно. Тогда я отвезу тебя, а после смены Фэл или я тебя заберем.

— Я могу на автобусе, — упрямо сказала Хейден. — Я так каждый день целый год ездила.

Пальцы Кая побелели от напряжения.

— Есть много вещей, которые ты делала раньше, но теперь можешь не делать, если не хочешь. И хотя я дам тебе решать почти все самой, когда дело касается твоей безопасности — тут уж мне придется взять поводья.

Хейден метнула в него злой взгляд:

— Как скажешь.

Я выдохнула и села рядом с Грейси. Все могло закончиться куда хуже. Мы ели молча, но Клем то и дело косилась на Кая. Губы приоткрывались, будто она собиралась что-то сказать, но потом закрывались снова.

Кай не торопил ее. Просто ел, терпеливо дожидаясь, пока она соберется с мыслями.

Наконец она решилась:

— Можно мне как-нибудь прийти к тебе в зал?

Брови Кая поползли вверх.

— Хочешь в Haven?

Клем кивнула, прикусив губу.

— Было бы круто научиться драться.

Кай широко улыбнулся:

— С удовольствием возьму тебя.

— И меня? — спросила Грейси, уже более бодрая после еды.

— Конечно, — ответил он. — Хотите, пойдем сегодня после школы.

— Да! — вскрикнула Грейси. — Мне нравятся твои картинки на стене снаружи!

— Это называется мурал, — поправила Клем.

Грейси нахмурилась:

— Я знаю.

— Не знала бы — не сказала бы, — парировала Клем.

— Клементина, — предупредила Хейден.

Клем мгновенно захлопнула рот.

— Мне очень понравилось рисовать эти картинки, — сказал Кай, специально используя слово Грейси, чтобы она не чувствовала себя глупо.

— Рисовать — это классно. Ты иногда рисуешь с мисс Арден? Она самая-самая, — почтительно сказала Грейси.

— Мы с ней иногда рисовали, когда были младше. Это помогало справляться, если что-то было трудно.

Сердце болезненно дернулось — я вспомнила те темные времена, когда Кай позволял своим демонам вырываться наружу, и единственным способом выпустить их было драться или рисовать.

Грейси внимательно посмотрела на него:

— Можно нарисовать то, что в голове.

— Верно, — кивнул Кай. — Может, как-нибудь порисуем вместе?

Грейси засияла во весь рот:

— Я бы очень хотела.

Телефон пискнул, и я взяла его с прилавка. Ноа спрашивал, смогу ли я заехать к детям, которых временно определили к бабушке, — он хотел убедиться, что все готово к слушанию об усыновлении.

— Все в порядке? — спросил Кай.

Я слезла со стула.

— Всё хорошо. Просто сегодня немного больше дел.

Кай нахмурился.

— Но ведь они знают, что ты пока работаешь неполный день?

— Знают. Просто Ноа попросил помочь с кое-чем.

При упоминании его имени лицо Кая потемнело.

— Передай Ноа, что он может сделать свою работу сам.

Я закатила глаза.

— Успокойся. Это то, что я действительно должна сделать. Всё нормально. — Я заглянула в сумку и убрала туда телефон. — Нужно взять зарядку для машины. Сейчас вернусь.

— Мы разберемся с посудой, — крикнул Кай мне вслед.

Я махнула рукой и пошла к двери. Отперла, вышла и сразу врезалась в ледяную стену воздуха. Выругавшись, я добежала до машины и вытащила зарядку. Пришлось признать — обогрев сидений в новом внедорожнике, который Кай недавно купил, оказался бы сейчас настоящим спасением.

Возвращаясь к дому, я заметила на ступеньке вспышку цвета. Нахмурилась. Когда выходила, ничего там не было — видимо, лежало под ковриком. Полароид. И вчера его точно не было.

Может, выпал из сумки Элли или Саттон. Хотя странная вещь, чтобы просто уронить.

Я наклонилась и вытащила снимок. Выпрямилась — и изображение полностью открылось. Но мне понадобилась секунда, чтобы осознать, что я вижу: мужчина лежит на земле, выхваченный вспышкой старой камеры. Глаза открыты, неподвижны. Белая рубашка под кожаным жилетом пропитана кровью.

Мертв.

Он был мертв.

А внизу снимка, размашистыми квадратными буквами, было выведено:

ДВОЕ ГОТОВЫ. КТО СЛЕДУЮЩИЙ?

28 Кай

Я смотрел на снимок Полароида в центре стола — теперь он лежал в прозрачном пакете с крупной черной надписью: «ВЕЩДОК». Горло сжалось так сильно, что я едва мог дышать.

Моя рука обхватила ладонь Фэллон, пальцы сплелись с ее пальцами — крепко, намертво. Мне было плевать на правила и показную сдержанность. Мне нужно было одно — знать, что с ней всё в порядке.

— Ты должна была сказать мне сразу, — сказал я тихо, пока несколько офицеров — среди них был и Трейс — осматривали гостиную и прихожую.

Темно-синие глаза Фэллон метнулись ко мне.

— Я не могла. Ты же знаешь, почему.

Она не произнесла ни слова о самом жутком снимке, что я когда-либо видел, когда вернулась в дом за зарядкой — фотографии, которую кто-то оставил прямо у нас на пороге. Просто сказала, что её планы на день изменились, а позвонила уже после того, как я отвез девочек, — сказала, что мне нужно вернуться. Когда я приехал, Трейс и его заместитель Габриэль уже были на месте.

Я сжал её руку сильнее.

— Могла хотя бы отвести меня в сторону и сказать, что происходит. И уж точно не стоило оставаться одной после того, как кто-то подкинул эту дрянь к нам под дверь.

Во мне вскипела новая волна злости. Нет, не просто злости — ярости. Но не на Фэллон. На себя. Всё это происходило из-за меня.

— Я заперла все двери, — возразила Фэллон.

— Фэл, — вмешался Трейс, подходя ближе. В голосе звучало предупреждение. — Я понимаю, ты хочешь защитить девочек от всего, что может их напугать или травмировать. Но ты не можешь рисковать собой ради этого.

В глазах Фэллон вспыхнул вызов и от этого я только сильнее ее любил. Потому что видел: она правда заботится о моих сестрах. И это пугало меня до чертиков.

Я снова сжал её руку, заставив посмотреть на меня.

— Я не говорю, что ты не должна их защищать. Просто давай делать это вместе, ладно?

Она выдохнула, и напряжение в её теле чуть спало. Она прижалась ко мне, как делала уже столько раз, будто я был её единственным безопасным местом в мире.

— Ладно.

Господи, это доверие было подарком, которого я не заслуживал. Но от этого я только сильнее держался за него.

Я поднял взгляд на Трейса.

— Есть что-нибудь?

— Мы отправили снимок судебному эксперту. Она говорит, что выглядит реально, но со спецэффектами сейчас, сам знаешь, всё возможно.

Я стиснул челюсти.

— Сложновато, наверное, делать спецэффекты на Полароид.

— Согласен, — кивнул Трейс, и на его лице дернулся мускул. — Габриэль ведет это дело. У него к тебе несколько вопросов.

Я напрягся. Против Габриэля я ничего не имел — он был хорошим парнем, надежным