Альфа волк - Кэролайн Пекхам

— Я не знаю, с чего начать знакомство, котенок, — поддразнил он, но в его глазах было такое выражение, что я почти хотела назвать это уязвимостью, если бы это не было полным безумием.

— Ну, давай начнем со свидания за ужином, а там посмотрим.

Син открыл рот, чтобы ответить, но внезапно Кейн протиснулся между нами.

— Я здесь не для того, чтобы следить за тем, как вы двое строите планы на романтические отношения, — прорычал он. — Идем, Восемьдесят Восемь, я позабочусь о том, чтобы ты поскорее вернулся в свою камеру. — Он толкнул Сина в сторону лестницы с такой силой, что Инкуб чуть не упал со ступенек.

— Ревнуешь, офицер? — насмехался он, разворачиваясь и убегая от разъяренного лица Кейна. Вампир с яростным рыком бросился за ним, а я ухмыльнулась про себя, когда до меня донеслись раскаты смеха Сина, который продолжал бежать.

— Не останавливайся, Двенадцать, — сказал Гастингс, оказавшись рядом со мной, и я с широкой улыбкой повернулась к нему, припадая к его плечу.

— Вы пришли, чтобы отвести меня в мою постель, офицер? — спросила я дразнящим тоном, и уголок его губ дернулся от удовольствия, прежде чем он овладел своим выражением лица.

Он шел в хвосте группы, но других офицеров поблизости не было, так что я знала, что при правильном подходе смогу его расколоть.

— У тебя следующее рабочее задание, — напомнил он мне.

— Да нет, — возразила я с легким вздохом. — С тех пор как я выбралась из ямы, мне не давали ничего делать.

— А разве Кейн не перепоручил тебе какую-нибудь работу? — с любопытством спросил он.

— Нет, — ответила я, пожав плечами и придвинувшись к нему чуть ближе, так что моя рука коснулась его руки. — Думаю, в последнее время на него сильно давит Начальница Пайк, поэтому мне не хотелось поднимать шум. И я не знала, с кем еще об этом поговорить.

Я замедлила шаг, так что другие заключенные потянулись вперед, и через несколько лестничных пролетов мы оказались практически одни.

— Ну… если офицер Кейн еще не успел назначить тебе работу, я могу это сделать для тебя. В конце концов, я помощник и не против взять на себя несколько заданий, чтобы облегчить ему нагрузку, — предложил Гастингс, и я запела песню победы исключительно в своей голове.

— Правда, ragazzo del coro?35 — спросила я, положив ладонь на его руку и на мгновение прикрыв глаза ресницами. — Я готова на все.

— Э-э… — Гастингс прочистил горло, и я убрала свою руку, продолжая спускаться по лестнице, стараясь не навязчиво флиртовать и не выглядеть так, будто я делаю ему предложение. — Есть ли что-то, что тебе особенно нравится?

— О, я не знаю… никто никогда не спрашивал меня об этом раньше. Мой papa всегда заставлял меня делать ту работу, которую он ненавидел, и, наверное, у меня никогда не было возможности выбрать что-то, в чем я была бы хороша, понимаешь? Единственное, что я по-настоящему любила, — это читать. Но я не думаю, что это работа, — пренебрежительно рассмеялась я, и Гастингс ухмыльнулся про себя.

— Мне кажется, у меня есть отличная идея, — сказал он. — На следующей неделе начинается новая работа, которая может оказаться как раз кстати. Но прежде чем утверждать ее, я должен обсудить ее с Кейном.

Мы поднялись на четвертый этаж, где располагались камеры, и я взволнованно улыбнулась ему.

— Уверена, что, что бы это ни было, мне не придется сидеть в камере и в сотый раз пересчитывать кирпичи. Спасибо, ragazzo del coro.

Легкий румянец окрасил щеки Гастингса, и я прикусила губу, прежде чем снова отвести от него взгляд. Пока мы шли по коридору к блоку D, мы вели светскую беседу о питболе, и я обязательно отметила, что его широкие плечи должны были сделать его почти неуязвимым в защите, возможно, намекая на то, что он мог бы опробовать свой захват на мне, если бы у нас однажды появился шанс. Совершенно невинно — если только он по какой-то причине не захочет истолковать это по-другому.

Как только мы подошли к дверям в мой блок, Кейн снова появился и потащил меня прочь от Гастингса.

— Не забудь о завтрашнем сеансе групповой терапии, Двенадцать, — прорычал он, ведя меня к дверям камеры. — Я буду там наблюдать, так что постарайся вести себя как можно лучше.

— Пожалуйста, скажи мне, что это просто кучка заключенных, болтающих о всякой ерунде, и нам не придется ничего читать, — простонала я, позволяя ему протащить меня через мост в мой блок.

— Чем тебе не нравится чтение? — спросил он, нахмурившись, и я пожала плечами, словно не хотела говорить, но все равно ответила ему.

— Нет ничего хуже, чем рыться в куче старых пыльных книг, — пробормотала я. — Ты уверен, что я не могу пройти какой-нибудь более физический курс коррекции?

— Суть коррекции твоего поведения в том, что мы хотим внести изменения в твои поступки. Так что нет, более физического курса ты пройти не сможешь, и если ты снова будешь оспаривать мое мнение о том, что тебе полезно, я выпишу тебе нарушение. И, возможно, если ты так ненавидишь старые пыльные книги, мне стоит подумать о том, в каких курсах их больше всего? Если, конечно, ты не хочешь рассказать мне больше о том, чем ты занималась в ту ночь, когда я бросил тебя в яму? — спросил Кейн, и вена на его виске ожила специально для меня.

— Нет, сэр, — мило ответила я.

— Хорошо. Может, ты наконец-то усвоила свое место.

Он повернулся и выстрелил в сторону от меня, чтобы убедиться, что последнее слово осталось за ним, а я с ухмылкой на лице наблюдала, как мост убирается и двери плотно закрываются.

Если я не сильно ошибаюсь, я только что обеспечила себе работу по пополнению запасов библиотеки. Один балл — Розали, ноль — офицеру Stronzo.

Глава 13

Кейн

Начальнице тюрьмы Пайк пришло в голову сделать мою жизнь еще более адской, решив, что я должен сопровождать Двенадцать на сеансах групповой терапии, чтобы я мог глубже понять ее для своего отчета. Никогда прежде мне не приходилось тратить столько времени на преследование заключенного. Но со всеми новыми правилами, которые она вводила, новым заключенным уделялось особое внимание, чтобы попытаться поставить их на путь реабилитации в обществе.

Лично я не считал, что монстров можно перевоспитать, они рождались, размножались или создавались так же, как и я. Я не мог бы вырезать