В безопасности, обещаю - Нора Томас

— Не дразни меня, малышка. Мне это нравится куда сильнее, чем тебе бы, наверное, хотелось, — бурчит он, резко двигая бедрами, подчеркивая, как сильно его заводит игра.

Прежде чем я успеваю что-то ответить, он запускает пальцы под край моих шорт, отодвигает в сторону трусики, и его указательный палец медленно проходит по моей влажной щелочке. Его грудь сотрясает темный, грязный смешок, он чувствует, какая я мокрая, и это его чертовски заводит.

— Это все для меня, детка?

Кончиком пальца он едва касается моего клитора, водит по кругу, и я прикусываю губу, сдерживая стон.

— Да, сэр.

Я чувствую, как он ухмыляется, уткнувшись в мои волосы, а потом медленно погружает в меня два пальца, тут же согнув их, чтобы надавить в самую точку. Я поворачиваю голову, прижимаюсь лицом к его шее и впиваюсь зубами в кожу, пока он доводит меня до безумия своими чертовски умелыми движениями.

Я чередую поцелуи, легкие покусывания и влажные посасывания, оставляя следы на его шее, пока он наращивает темп и приближает меня к краю.

Он проникает в меня все глубже, указательным и средним пальцами, а большим уверенно давит на мой клитор, водя по нему тугими, точными кругами. Каждое движение, выверено, каждое прикосновение безошибочно. И я уже не дышу, я просто жду, когда сорвусь в оргазме, как на натянутом канате.

Он прекрасно знает, что делает. Но я отказываюсь об этом думать, не сейчас. Сейчас я хочу просто утонуть в происходящем. Я слегка двигаюсь, и моя рука скользит вниз, под пояс его шорт. Пальцы обхватывают основание его идеального члена. Я начинаю двигаться в том же ритме, в каком он ласкает меня, добавляя легкий поворот запястья и изредка проводя большим пальцем по его головке. Мои бедра дрожат, дыхание сбивается, и оргазм уже так близко, что я почти чувствую его вкус на языке.

— Роуэн, я... я почти…

Он не меняет темпа, продолжает все в том же ритме, зная, что я уже на грани.

— Я с тобой, Красавица. Кончи для меня.

Спустя секунды я зарываюсь лицом в его шею и стону так громко, что у меня перед глазами вспыхивают звезды. Меня накрывает с головой, ярко, мощно, с вибрацией до кончиков пальцев.

Когда дыхание выравнивается, я снова обхватываю его член, не переставая ласкать его.

— Малышка… я уже на грани, — выдыхает он.

Я понимаю, что если он сейчас кончит в мою руку, точно будет полный бардак. Поэтому опускаю его шорты ровно настолько, чтобы освободить его. И прежде чем он успевает сообразить, что происходит, головка его члена уже у меня в горле.

— Блядь, Клара, — это все, что он успевает выдохнуть, прежде чем его рука запутывается в моих волосах, и он срывается, горячими толчками кончает прямо мне в рот. Я принимаю каждую каплю. Смотрю на него снизу вверх, с дерзкой усмешкой и встречаю его зеленый, затуманенный взгляд. Отрываюсь, проглатываю, поправляю ему шорты и снова устраиваюсь у него в объятиях.

Он все еще тяжело дышит, когда хрипло выдыхает:

— Ты просто ебануться какая идеальная.

Я поглаживаю его по бокам, пока он поправляет мои шорты, и целую его в грудь:

— Это не я идеальна. Это ты умеешь так любить.

Не знаю, сколько мы вот так лежим — переплетенные, утопая в послевкусии оргазма, в тепле и весе друг друга. Достаточно долго, чтобы в голове снова вспыхнула та самая мысль, что мелькала на днях: Я выйду за него хоть завтра. Ему просто нужно попросить.

* * *

— Какого хрена, нет записи?! — голос Роуэна взрывается так резко и громко, что я инстинктивно отшатываюсь и зажимаю уши ладонями.

Передо мной тут же встает Деклан, скрестив руки на груди:

— Остынь. Или выйди и приведи себя в порядок.

Даже отсюда слышно, как в груди у Роуэна начинает нарастать глухое, яростное рычание.

— Деклан, у тебя пятнадцать секунд, чтобы отойти в сторону и дать мне поговорить с моей девушкой. И запомни, если ты еще хоть раз встанешь между нами, я тебя уничтожу. Ты мне брат, но не вздумай воспринимать это как разрешение лезть туда, куда не просят.

Не раздумывая, я обхожу Деклана, и тут же сдаюсь, стоит мне встретиться взглядом с Роуэном. В его глазах столько боли, тревоги, что внутри все сжимается. Он так переживает, что даже поставил Киллиана охранять дверь в комнату Ретта, пока мы не вернемся наверх.

Он заботится о нас за эти пару месяцев больше, чем Престон за все годы, что мы были вместе.

Он раскрывает руки, и я без колебаний в них вхожу. Он тут же прижимает меня к себе, обнимая крепко, всем телом, и целует в макушку. Делает глубокий вдох, уткнувшись в мои волосы, и медленно выдыхает, прежде чем заговорить.

— Прости. Не должен был кричать. Меня бесит, что каким-то образом пропала запись, но это не значит, что я злюсь на тебя или на Ретта.

Целую его в грудь и чуть отстраняюсь:

— Ты имеешь полное право злиться. Прости, что испугалась.

Поворачиваюсь к Маку, и в глазах тут же вспыхивает злость. Из груди вырывается сдержанный выдох, как будто до меня наконец доходит, что вообще происходит.

— Мак, что значит, нет записи?

Он переводит взгляд с Роуэна на меня:

— Значит, ее стерли. И, честно говоря, сделали это довольно грамотно. Но… это даже не самое хреновое.

Он замолкает, нервно бросает взгляд на Деклана, потом снова на меня. А я уже не выдерживаю. От его молчания у меня внутри все взрывается, и он получает на себя весь напор ярости разъяренной мамы.

— А что, блядь, может быть хуже, чем исчезнувшая запись и мой четырехлетний сын, который посреди ночи видит, как его биологический отец светит фонариком в окно его спальни?!

У Мака глаза расширяются от шока после моего крика, но он быстро отвечает:

— Чтобы стереть запись, надо было быть внутри дома. У моего компьютера. А он всегда под замком, когда меня нет.

Мир замирает. Все вокруг исчезает. Голоса становятся приглушенными, как будто я под водой. У меня дрожат руки.

Престон был здесь.

Он был в этом доме.

Здесь небезопасно. Нам надо уходить. Срочно.

Мозг начинает судорожно выстраивать план. Ноги уже двигаются сами собой, я иду к комнате Ретта, не в силах остановиться.

Когда я отпустила Киллиана и легла рядом с Реттом, сердце наконец-то стало биться чуть медленнее.

Как это вообще возможно?

Ему