В безопасности, обещаю - Нора Томас

Улыбаюсь той самой своей фирменной ухмылкой, той, которая обычно вытаскивает меня из любой передряги и загоняет в постель к Кларе. Но она не сдвигается ни на миллиметр, все еще смотрит с тем же укоризненным выражением.

Сажусь рядом, устраиваю Ретта обратно к себе на колени. Он тут же прислоняется спиной к моей груди, закрывает глаза и начинает перебирать мои пальцы, машинально, как что-то свое, родное.

Решаю сгладить напряжение первым, наклоняюсь и целую ее в щеку.

— Прости, малышка. Я не позволю никому, даже врачу, обращаться с вами без уважения. Мы пришли к нему за помощью, и я это понимаю. Но в то же время мы платим ему немалые деньги за услугу для нашего сына. Так что он сделает так, как мы просим. Тем более, что наша просьба была вовсе не безумной.

Ее злость улетучивается. Она смотрит на меня уже совсем по-другому — с пониманием.

— Я просто хочу получить ответы на свои вопросы. Понимать тебя и соглашаться, что ему сейчас нужен переводчик, и при этом не раздувать из этого трагедию, чтобы врач не взбесился, это ведь не взаимоисключающие вещи.

Я обдумываю это пару секунд.

— Ты права, так и есть. Эти вещи могут существовать одновременно. Но знаешь, меня не парит, если хирург на что-то обидится. Он все равно прооперирует Ретта четко и безупречно — потому что он чертовски хорош в своем деле. Может, отчасти еще и потому, что теперь между нами есть взаимопонимание. Но в первую очередь — потому что просто так лучшими не становятся.

Когда врач возвращается с переводчиком, он отвечает на все наши вопросы. Операция займет от четырех до восьми часов. Если не будет осложнений, Ретта отпустят в тот же день. Восстановление — три-четыре недели. Потом включат имплант, подключат внешние передатчики, и начнем сеансы по настройке. Процесс долгий, но мы на это идем.

По дороге домой мы с Кларой переругались из-за стоимости, и того, что платить за все это буду я. В конце концов она сдалась, когда поняла, что я не отступлю.

Сейчас мы играем с Реттом на детской площадке, перед купанием и сном, выкрадывая поцелуи, как влюбленные подростки при любой возможности. Вчера было тяжело. Сегодня тоже нелегкий день. Думаю, нам с Кларой стоит провести этот вечер наедине, когда Ретт ляжет спать. Мы и так пытаемся выкраивать для себя хотя бы немного времени, но сегодня у меня кое-что для нее… Я собираюсь устроить особенный вечер.

Решив посвятить ее в свои планы, хотя бы немного, я беру ее за руку, когда она проходит мимо меня.

— Когда уложим Ретта, у меня на нас планы. Можешь не наряжаться.

Она приподнимает бровь, с любопытством смотрит на меня:

— Хорошо, таинственный мистер. А ты сам во что будешь одет?

Усмехаясь, притягиваю ее ближе, обнимаю за талию и прижимаюсь губами к ее лбу.

— Хм… Наверное, костюм. Хотя, знаешь, ты и голая была бы самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел. Вообще, давай так и сделаем, просто будь голая. Мне эта идея нравится больше всего.

Сжимая ее бедра игриво, чувствую, как она отталкивает мои руки, смеясь.

— Ты, конечно, еще тот, Роуэн Бирн.

Я не тороплюсь, даю себе волю рассмотреть ее с ног до головы, ни капли не стесняясь, потом шлепаю по заднице и убираю руки совсем.

— Потом я тебе покажу, что я такое. Потерпи, Красавица.

Подмигиваю ей, разворачиваюсь и машу рукой, привлекая внимание Ретта.

Когда я его зову, говорю спокойно:

— Эй, Медвежонок, пора в душ и спать.

Он вымотан за день и даже не пытается торговаться за лишние пять минут игры:

— Хорошо, папа.

Слезает с площадки и берет нас за руки, чтобы подняться наверх.

Клара купает Ретта, а моя задача, приготовить ему пижаму и выбрать книгу, которую будем читать перед сном. Обычно один из нас читает, а другой показывает все на языке жестов. Закрываю шторы и слышу, как выключается вода. Настраиваюсь на свою любимую часть нашего вечернего ритуала.

Дверь в ванную распахивается, и Ретт выбегает в своем коричневом пушистом халате. Капюшон натянут, как всегда, ушки медвежонка болтаются при каждом шаге, тапки-лапы шлепают по полу, а мокрые кудри падают ему на лоб. Он несется прямо на меня, что есть силы.

Как и каждый вечер, он прыгает, а я ловлю его прямо в воздухе. Он смеется, пока я кружу его по комнате, держу на руках, как самолет. Через минуту опускаю на пол, все еще ощущая, как пульсирует в груди любовь.

— Ну что, Медвежонок, пора переодеваться и ложиться спать. Я пока схожу, подготовлю тебе зубную щетку, ладно?

Ретт отвечает широкой улыбкой и показывает мне большой палец. Все как обычно, стабильно и мило. Я иду в ванную, ставлю щетку, убираю остатки водного веселья, которое он устроил с мамой, пока переодевается, и машинально достаю телефон.

Ну конечно, наш семейный чат с братьями, он вообще никогда не замолкает. Проверяю, нет ли чего-то срочного. Ничего. Сплошные приколы и подколы: все дружно донимают Кирана, чтобы тот признался, зачем так часто тренируется с Райаном. Мака дразнят из-за той самой девчонки, из-за которой он уже неделю ходит мрачнее тучи. Сал снова пишет про Элл, как будто это кого-то удивляет. Флинн страдает из-за тренировок по хоккею, а Дек, как обычно, обсуждает свою очередную «вкусняшку дня».

Закрываю этот балаган и открываю личную переписку с Декланом.

Роуэн: Все на месте?

Деклан: Все идеально. Завтра нужен отчет по приему у врача.

Роуэн: Завтра. Спасибо, что все организовал. Только проследи, чтобы остальные не торчали рядом.

Деклан: Охрана будет поблизости, но в тени. Мы не оставим вас без прикрытия. Имей в виду… особенно если сегодня решишь переборщить.

Я закатил глаза, убрал телефон в карман и сосредоточился на том, чтобы уложить Ретта спать.

* * *

Клара

Стоя перед зеркалом в нашей ванной, я окидываю взглядом весь свой наряд. Платье цвета королевского сапфира обтягивает тело, будто вторая кожа, глубокое декольте спускается между грудей, а подол едва прикрывает колени. Я дополнила образ серебром, туфли на каблуке, ожерелье, серьги. Волосы уложены мягкими волнами, макияж нейтральный, едва заметный.

Как только мы уложили Ретта, Роуэн принял душ, переоделся в дымчато-серый костюм, поцеловал меня так, что мозги поплыли, и испарился.

Словно на первом свидании, нервничаю так, будто все происходит впервые. В голову приходит мысль позвонить Бритт, но я тут же отбрасываю ее, она знает