В безопасности, обещаю - Нора Томас

было бы не украшение, а помолвочное кольцо с бриллиантом. Я не хочу, чтобы ты хоть на секунду сомневалась, насколько серьезно я к тебе отношусь. Скажи только слово, и через час здесь будет судья с документами. Ты и Ретт — моя семья. Вы мои. И я буду бороться за вас до последнего вздоха, потому что вы оба достойны только лучшего.

Он замирает, потом чуть тише:

— Клара, ты запустила мое сердце в тот день, когда мы встретились в офисе. Как только твои карие глаза встретились с моими… я понял. Я не особо религиозный человек, но когда ты отвернулась, я мысленно взмолился хоть к кому-то, лишь бы ты снова посмотрела на меня. Я сказал: если посмотришь, то я сделаю все, чтобы ты осталась.

Я поднимаю руки, перебираю короткие пряди на затылке и дарю ему быстрый, но полный чувства поцелуй в губы.

— У меня никогда раньше не было человека, который любил бы меня и боролся за меня так, как ты. Я так сильно тебя люблю, за то, что ты стал для нас именно тем мужчиной, который нам нужен. За то, что ты лучший партнер и самый невероятный папа, о каком только можно мечтать. Я каждый день по нескольку раз благодарю вселенную за то, что она послала тебя нам. И за то, что ты выбрал нас, чтобы любить.

Он притягивает меня к себе и приникает к моим губам. Моя жизнь — идеальна. В этой маленькой семье у меня есть все. Это именно то место, где мы должны быть. И я буду выбирать его снова и снова, каждый день, на всю оставшуюся жизнь.

Глава 21

Роуэн

Я стою в ванной, обернув полотенце вокруг бедер, и подравниваю бороду. Сегодня тот самый день — встреча с Николаем. Как мне вообще справиться с неуравновешенным психопатом, ума не приложу. Но у нас с братьями есть план, и мне придется ему следовать, как бы сильно все внутри ни кричало: «Тормози и разворачивайся».

Три месяца назад я бы влетел туда с головой, не задумываясь о последствиях. А теперь у меня есть Клара и Ретт.

И вот тут все замирает. В голове всплывают вопросы, которых раньше просто не было. Как это повлияет на них? Что, если все пойдет не по плану? Как мне убедиться, что с ними ничего не случится, если со мной что-то произойдет?

Закончив в ванной и заставив себя взять себя в руки, я выхожу в гардеробную, направляясь к своей стороне, туда, где висит нужный мне сегодня костюм. Клара и Ретт все еще крепко спят, на часах только шесть тридцать утра.

Отказавшись от галстука и натянув туфли, я наконец готов ехать в ресторан, чтобы обсудить план еще раз, перед финалом. Бесшумно подхожу к кровати и наклоняюсь к Кларе и целую ее в макушку. Пора бы уже выходить, но, черт, я просто не могу не постоять рядом с ней еще немного. Хочу запомнить, как она спит. Как выглядит покой.

Я вернусь к ним. Даже если это будет последнее, что я сделаю.

Наконец отрываюсь от нее и иду в комнату Ретта. Он тоже еще спит, уткнувшись носом в плюшевого Сэйфа. Сам того не ожидая, чувствую, как глаза наполняются слезами. Это мой сын.

Быстро целую его в кудрявую макушку, не позволяю себе задерживаться, слишком тяжело будет уйти. У двери все же оборачиваюсь, смотрю на него в последний раз и шепчу:

— Папа вернется позже, Медвежонок. Я тебя люблю.

Делаю глубокий вдох и выхожу. Пора найти братьев и двигаться дальше.

Мы проверили каждый чертов сантиметр этого ресторана. Сделали все, что могли. Остается только надеяться, и молиться, что все сработает, и я скоро вернусь домой, к своей семье. Пока разум не успел окончательно сорваться в панику, дверь в заднюю комнату, где я жду, открывается. Входит Николай. Его сопровождает Нолан.

Я молча киваю обоим в знак приветствия. Встаю из-за стола, выпрямляюсь, протягиваю руку:

— Николай.

Он подходит ближе, пожимает мою ладонь — крепко, с нажимом.

— Роуэн, — говорит Киран, входя в комнату точно по времени и закрывая за собой дверь.

Глаза Николая сразу метнулись к нему, потом обратно на меня.

— Это что еще такое? — спросил он, и по выражению лица, по напряженной позе было видно, что он нервничает.

— Киран просто посидит здесь, убедится, что все проходит честно и прозрачно.

— А как мне знать, что вы вдвоем не решили меня прижать? Сначала охрана, теперь твой вышибала.

Я поднял руки в примирительном жесте и сделал шаг вперед, стараясь успокоить его:

— Эй, Николай, мы ведь договорились, что встреча будет мирной. С чего такая враждебность? Может, объяснишь нам, почему решил, что мы тебе не союзники?

Николай фыркнул и вскинул руки:

— Роуэн, не делай вид, будто не в курсе.

Ладно... теперь я действительно ни хрена не понимаю.

Теряя терпение, я срываюсь:

— Не в курсе чего именно, мать твою?

У него глаза лезут на лоб, и на лице появляется выражение, в котором намешано и удивление, и насмешка. Он резко смеется, громко, почти в истерике:

— Охренеть… ты правда не в курсе? Я-то думал, ты просто молодой и наивный, но чтоб настолько тупой, вот этого я не ожидал.

Срабатывает инстинкт, я резко подхожу к нему и хватаю за галстук.

Притягиваю его еще ближе, настолько, что между нами не остается и сантиметра, и прорычал сквозь зубы:

— Следи, блядь, за тем, как и с кем разговариваешь, Николай. Не вздумай меня недооценивать. Можешь не сомневаться, мой возраст никак не отражает уровень моего ума.

В ту же секунду слышу щелчок, кто-то снял предохранитель. Даже смотреть не нужно, это либо Нолан, либо Киран.

— Советую тебе очень быстро объяснить, о чем вообще речь, пока один из этих красавцев не пустил тебе пулю прямо между глаз.

Смех Николая становится каким-то бешеным, почти безумным:

— Ох, Роуэн… прежде чем бросаться угрозами, неплохо бы убедиться, кто именно держит на прицеле пистолет.

Я резко бросаю взгляд через плечо, Киран действительно с оружием наготове. Но прицел направлен не на Николая.

Нет. Он целится в Нолана.

А Нолан… нацелен на...

Блядь. Я знал. Я, сука, чувствовал это...

ВЫСТРЕЛ.

* * *

Киран

Когда я увидел, как Нолан достает пушку и наводит ее на моего старшего брата, мной мгновенно движет инстинкт. Я тут же нацеливаюсь ему в затылок, пока он продолжает держать Роуэна на прицеле. Если