Лорд Стужа и Я - Сусанна Ткаченко

После того как я завернула парней за угол и передала слова Реша, мы в очередной раз изменили план.

— Это не дело, — заявил Скит, — твой рефлект постоянно говорит что-то важное, когда у тебя нет возможности с нами его сведениями поделиться. Так мы и будем постоянно тормозить.

— Да! Реш, может быть, ты скажешь сейчас всё, что знаешь, и не будешь больше меня шокировать? — поддержала брата я, требовательно уставившись на прижавшегося к стеночке рефлекта.

Он задумчиво почесал бок задней лапкой и выдал:

— Не могу. Мои знания... они как бы не живут у меня в голове постоянно, а приходят в нужный момент.

Вот! Нечто подобное я и подозревала! Реш может ответить на конкретный вопрос или выдать ценную информацию сразу по ситуации, а строить длинные логические цепочки не умеет.

— Ты предлагал воздействовать ментально на профессора. Значит у вас с Шери уже есть ментальный дар? — спросил Саверин.

— Есть, — подтвердила я, опередив дракона, пока он не выдал, что мэтр Цен на меня воздействовал менталом.

— Точно! Я же могу говорить для вас всех! — обрадовал Реш. — Только рядом держитесь.

— Уже хорошо, — выдохнула я. — Но что будем делать с тем, что дикие маги приглашены на симпозиум как гости? Выходит, они и правда ничего плохого не задумывали.

— А что с этим поделаешь? Ничего, — пожал плечами Скит.

— Но разве вам не интересно узнать, что учёные будут обсуждать с дикарями?

Изначально мы планировали покрутиться и получить магию хранителя знаний в фуршетном зале во время перерыва и не забивать голову научными докладами. Но теперь любопытство не позволяло мне закончить по-быстрому и улететь в Изобильный.

— Интересно. Потому что всё это очень подозрительно, — процедил Саверин.

— Тогда пробираемся в зал. Можно проверить задние двери, — поддержал друга Скит.

Мы притаились на самом последнем ряду и, прикрывшись чужими личинами, пытались разобраться в происходящем.

— ...Как вам известно, Великие дома предпочитают не обращать внимание на то, что противоречит их видению идеальной картины мира, — внезапно заявил Чокраг Распутье, и мы удивлённо переглянулись. А дальше — больше! — Они закрывают глаза на то, что Спираль создана искусственно, а витки никакие не витки, а самостоятельные миры, которые когда-то принудительно притянули и скрутили в спираль порталами. Но ведь мы с вами понимаем, что делали это совсем другие маги. — Зал одобрительно загудел. — В те далёкие времена не было разделения на Великие дома и, прости Природа, диких магов. Спираль создали великие универсальные маги и их не менее великие рефлекты-драконы. — У меня мороз по коже пробежал, а Стужа сжал мою руку, словно это почувствовал. — Сейчас таких нет, а удерживающая Спираль старая магия постепенно исчезает. Маги Великих домов пытаются её поддержать, но мы с вами знаем, что это почти невозможно. Стихийные маги слабеют. Бестий давно не рождалось, а водоворот устранен из-за чудовищных экспериментов дома Стужи. — Мы со Скитом посмотрели на Саверина, но он недоуменно пожал плечами. — Спираль скоро развалится, а что станет с витками — одной Природе известно…

— Да-да, правильно хранитель всё говорит, — прокомментировал Реш, вклинившись в небольшую паузу. — Мы с Шери великие, и пришли спасти Спираль.

Мне расплакаться захотелось! Ну вот за что, а?

Скит сжал другую мою руку, и я почувствовала себя капельку лучше. Ну чего я раскисаю? Вон у меня какая поддержка! Я не одна.

— ...Соответственно, наша с вами задача, коллеги, предотвратить будущую катастрофу. Как это сделать, пока неизвестно, но у профессора Микшера Зной есть кое-какие идеи, и он готов с нами поделиться. Прошу, профессор.

Скит нахмурился.

— Мне кажется, я слышал про этого Микшера что-то нелестное, — пробормотал, пока на сцену выходил высокий подтянутый молодой мужчина.

— А вот и наш отец, — радостно сообщил Реш.

— Дядя вообще не так выглядит! — возмущённо прошептал Скит.

Но я всё равно насторожилась и подобралась, жадно вглядываясь в черты мужчины и пытаясь найти сходство между нами. Помнила ведь, что Фаерхан Зной обладает мастерством метаморфа, однако чего-то ждала.

И дождалась!

Он заговорил, и меня словно молнией пронзило!

— Коллеги, я долгие годы пытаюсь понять, как создать универсального мага. Я произвел расчёты комбинаций различной магической силы, но ни один универсал так и не родился. Однако у меня есть основания полагать, что дело не в комбинациях, а в соблюдении закона о балансе матери Природы. Все мы знаем, что сейчас баланс нарушен, а чтобы его восстановить, должен быть создан пятый дом или разрушены существующие четыре. Поэтому я предлагаю сегодня же заняться составлением требования к верхушке власти!..

Слова доносились до меня словно через вату, в ушах стучал пульс. Этот голос мне знаком. Я слышала его в очень глубоком детстве и забыла. Но вот вспомнила… Потому что то, что этот голос говорил тогда, невозможно стереть из памяти навечно. Только на время, чтобы не свести ребёнка с ума. Неудивительно, что мозг предпочёл спрятать то воспоминание.

Это было перед тем, как мы с мамой уехали из Изобильного. Она зашла ко мне в спальню утром.

— Шерилин, детка, сегодня очень важный день, поэтому ты должна меня слушаться. Поняла?

Мама выглядела неважно. Наверное, денег на кристаллы уже не было.

— Да, — с готовностью кивнула я, свешивая ноги с кровати поскорее, чтобы её не расстраивать.

— Молодец. Выпей вот это и ничего не бойся. А еще лучше попробуй опять уснуть.

Я ничего не поняла. Только же проснулась — и опять спать? Но взяла из рук мамы маленький пузырёк и выпила. А потом…

…умерла. Почти. Моё тело безвольно повалилось обратно на кровать, а душа вылетела и забилась в угол под потолком. Оттуда я наблюдала, как мама меня причёсывает, переодевает и укладывает. Я испугалась и принялась плакать, но меня никто не слышал.

А вскоре раздался стук в дверь. Мама пошла открывать и быстро вернулась в комнату с незнакомым мужчиной.

— Я ничего не смогла поделать. Шерилин не выжила, — сказала она дрожащим голосом и зарыдала, закрыв лицо руками.

— Я доверил тебе на время единственную дочь! Пусть она и неудачный эксперимент, но я бы забрал её и нашёл применение! — страшно зарычал незнакомец. — Как ты могла её не уберечь?