Жена поневоле, сделка с дьяволом - Кэти Райт

– Болтали про Этторе. – как бы невзначай бросила я, чем смогла отвлечь Ренату от еды.

– Он что-то сделал? – подняла бровь Рената, вооружившись столовым ножом.

– Боишься за него? – подтрунивала Элеттра, не скрывая удовольствия от возможности доконать подругу.

– Скорее, ожидала, что он подвалил к кому-то из вас. – Рената небрежно указала вилкой сначала на Элеттру, а потом на меня.

– Не переживай. Ты у него в приоритете. – продолжала откровенно издеваться Элеттра и Рената сделала вид, будто слишком увлечена стейком, а не нашими разговорами.

– Кто-нибудь говорил с Маддлен? – не поднимая головы поинтересовалась она и за столом повисла гнетущая тишина.

Конечно, нет.

Её телефон был выключен, а её брат Амадео хамил Ренате, вместо того, чтобы хоть немного прояснить ситуацию.

– Она могла сама это сделать? – произнесла Элеттра, наградив нас невинным, полным смятения взглядом. – Маддлен его ненавидела.

Рената пожала плечами, а я отрицательно покачала головой.

– Я была с ней рядом, сразу после того, как это произошло. Маддлен была парализована от страха. Не думаю, что она может быть в этом замешана. – оправдывалась я, хоть и сомневалась в этом.

Маддлена действительно ненавидела Гаэтано Каттане́о, но я не верила в то, что настолько, чтобы убить.

И всё же…

– Вы могли бы заказать своего мужа? – казалось, даже спрашивать о подобном было преступлением.

– Любая жизнь – священна. – пожала плечами Элеттра. – Но, конечно, зависит от ситуации. Я бы не простила плохого отношения к детям.

Факт того, как спокойно об убийстве говорила Элеттра, вызывал мурашки.

Я взглянула на Ренату, ища поддержку, но та активно закивала.

– Ужас. – прошептала я. – Ты бы убила Д’А́нджело? – не веря переспросила я и Рената поперхнулась.

– Ты не понимаешь, это другое. – хихикнула Элеттра.

– Я бы не вышла за него. – надменно отмахнулась Рената. – Даже если бы он был последним мужчиной на земле, то не стала бы. – горячо уверяла нас Рената.

Элеттра хитро улыбнулась.

– Тогда, может, скажешь ему об этом лично?

Я и Рената синхронно обернулись, будто по команде. В дверях Ла Рива Нера стоял Фауст и Этторе. Второй сканировал гостей взглядом, ехидно усмехаясь.

Я раскрыла рот от удивления.

Фауст говорил, что будет работать до позднего вечера. Я и подумать не могла о том, что его «удивить меня» значило, что Руджери приедет в наше с девчонками место!

– Ты знала? – обратилась ко мне Рената с нотками осуждения в голосе.

Отвечать было уже поздно. Этторе кивнул в нашу сторону и они с Фаустом деловито пересекли зал.

– Милые дамы! – поприветствовал нас Д’А́нджело, расплывшись в хищной улыбке. – Воистину, такими темпами я уверую в судьбу!

– Какая неожиданная встреча. – саркастично фыркнула Рената, когда Этторе занял место напротив неё. – Какими судьбами?

– Проснулся сегодня с мыслью о том, что мне жизненно необходимо лицезреть нечто прекрасное каждый день. – бесстыдно прощебетал Д’А́нджело, откинувшись на спинку стула. – Поэтому шел на зов сердца.

– Раф? – позвал меня Фауст, кивнув в сторону дверей. – Не против отойти на минуту?

Я бросила беглый взгляд на Элеттру, что мечтательно наблюдала за спорящими Ренатой и Этторе и последовала за Фаустом.

Муж обнял меня за талию и повёл к барной стойке, чмокнув в висок.

– Я скучала. – неожиданно для самой себя выпалила я и Руджери тихо рассмеялся.

– Теперь тебе не придётся скучать.

– Ты уволился? – мои брови поползли наверх, когда мы остановились возле барной стойки. Уже давно знакомый мне бармен Джоули напряженно наблюдали за Фаустом, натирая и без того чистый бокал.

– Нет. – широко улыбаясь покачал головой Руджери, спрятав руки в карманы брюк. – Теперь ты тоже работаешь.

Я смотрела на Фауста не моргая, а потом истерично рассмеялась.

– Хочешь взять меня ассистенткой?

Страшно было представить, как Фауст притащит меня в свой офис и заставит заниматься чем-то вроде маркировки служебных документов.

Я совершенно ничего не понимала в технике!

– Нет. Управляющей.

Фауст казался совершенно серьезным. Я осела на высокий стул, чувствуя, что вот-вот рухну в обморок.

Меня никогда не жаловали точные науки, а уж управлять людьми, которые занимаются разработкой техники я точно не смогу!

Панически хватая ртом, воздух я ошарашенно прошептала:

– Но я совсем ничего не понимаю в твоих этих компьютерах… Фауст, я польщена, что ты решил скрасить мой досуг, но…

Руджери как-то странно скривился, а потом вытащил из кармана ключи, перевязанные изумрудной ленточкой и положил их передо мной на барную стойку.

Я смотрела на десяток ключей на металлическом кольце, хлопая глазами.

– Ты хочешь, чтобы я работала… кем? – я подняла брови, уставившись на мужа. Тот положил руки мне на плечи и мягко улыбнулся.

– Кажется, ты упоминала, что здесь сократили штат. Думаю, теперь ты сделаешь всё так, как хочется тебе.

– Я… я не понимаю… – беспомощно промямлила я.

– Ла Рива Нера теперь точно твоё личное место. – улыбнулся мне Фауст, указывая на ключи. – Я купил тебе этот ресторан.

Глава 45

Я лежала на диване, закинув ноги на спинку, в очередной раз обзванивая бывший персонал Ла Рива Нера и уговаривая их вернуться.

На столе лежали кипы документов: финансовые отчёты, списки поставщиков, договора с подрядчиками…

От свалившейся на меня информации кружилась голова, но я действительно впервые чувствовала себя на своём месте.

Фауст сидел за своим столом, что-то печатая с серьезным лицом.

Его кабинет внезапно стал нашим общим.

Было едва заметно, как Фауст раздражался тому, что я захватила его пространство, но он героически молчал.

– Ну как успехи? – поинтересовался Руджери, не отрывая глаз от монитора.

– Почти все повара согласились. – на выдохе произнесла я, вернувшись к списку подрядчиков. – Только вот моя любимая официантка забеременела и не сможет работать в ближайшее время.

То, что только благодаря документам я наконец-то узнала её имя – было стыдно.

– Ты говорила, она студентка. В скором времени ей понадобятся деньги, так что она выйдет на работу гораздо раньше.

Фауст говорил как аналитик. Или как кусок гранитной плиты.

– А что насчёт меня? – выпалила я. Не найдя лучшего момента, чтобы обсудить вероятность рождения детей.

Фауст посмотрел на меня из-за монитора, и его пальцы