Приручить 7-го - Хлоя Уолш

кофейный столик. — Что с нами происходит, ребята? Сегодня субботний вечер, и мы играем в карточные игры, как кучка престарелых, когда нам следовало бы выйти из своих тележек.

— Мне всего шестнадцать, вот что со мной не так, — предположила я. — А вам троим всего семнадцать.

— Ненадолго. — Сдвинув брови, Джерард бросил Хью пригоршню «Менестрелей». — Одному шуринку в конце месяца исполняется восемнадцать.

— Тебе так повезло, что твой день рождения на Хэллоуин, детка, — добавила Кэти. — Насколько это круто?

— Только подумай, парень, у твоих мамы и папы, должно быть, был чертовски крутой День Святого Валентина в тот год.

— Тревожная мысль, Гибс, — простонал Хью, отправляя в рот пару «Менестрелей», прежде чем бросить остальное обратно Джерарду. — Но впечатляющая математика.

— Кстати об этом. — Отправив в рот последнюю ложку мороженого с алкоголем, я поставила миску на кофейный столик и вскочила на ноги. — Нам нужно обсудить костюмы на Хэллоуин.

— Нет. — Хью покачал головой. — Не надо.

— Да, надо, — возразила я, потирая руки. — Мама устраивает вечеринку в доме по случаю твоего дня рождения на Хэллоуин. Это маскарадный костюм – и это обязательно.

— У-у-у. — Допив свой шерри, Джерард уставился в пустой стакан, прежде чем потянуться за бутылкой. — Кем мы выступаем в этом году, детка?

Переполненная волнением, я развернулась, чтобы уделить ему все свое внимание. — Итак, в этом году, поскольку в нашей группе равное соотношение девочек и мальчиков, пять на пять, я подумала, что мы все могли бы выступить в роли знаменитых пар.

Сосредоточенно нахмурившись, Джерард открутил крышку на бутылке шерри «Грэнни» и сделал большой глоток. — Я слушаю.

— Представь это, — сказала я ему, оживленно размахивая руками, — ты и я, зажигающие в ПВХ – коже.

На его лице отразилось замешательство. — Мы выступаем как «Motley Crüe»?

— Нет, глупышка, Дэнни и Сэнди, — рассмеялась я. — Из Бриолина.

Его глаза загорелись. — Я чертовски люблю этот фильм!

— Я знаю. Я уже работаю над нашими костюмами. — Застенчиво улыбнувшись, я добавила: — Итак, для Джоуи и Ифы я думала о Джокере и Харли Квинн.

— О да, я это прекрасно понимаю, — сказала Кэти, с энтузиазмом кивнув. — Но захочет ли она принарядиться? — Пожав плечами, она добавила: — Ну, знаешь, после родов и всего такого?

— О, пожалуйста, вы видели ее тело, — парировала я. — После рождения девочка еще более сексуальна, чем была до рождения.

— Согласна, — ответила Кэти. — Я бы убила за фигуру Ифы.

— Я знаю, да? — Я просияла. — А что касается вас, ребята, я подумала об Эдварде и Вивиан из «Красотки».

— Хм. — Нахмурившись, Кэти склонила голову набок и спросила: — Разве она не была проституткой?

— И разве у него не было седых волос? — Добавил Хью, выглядя столь же скептически.

— Ты блондин, Хью. Это достаточно близко. Сделай так, чтобы это сработало, — бросил Джерард, полностью наслаждаясь рождественским шерри нашей бабушки. — А теперь, черт возьми, не прерывай творческий процесс своей сестры. — Он сделал еще один большой глоток из бутылки и бесцельно махнул рукой вокруг. — Как и ты, милая.

Снисходительно улыбнувшись его очаровательному пьяному выражению лица, я быстро продолжила. — И потом, для Джонни и Шэн это не проблема.

Кэти улыбнулась. — Ромео и Джульетта?

— Да!

Она одобрительно кивнула головой. — Хороший выбор.

Я просияла в ответ. — Я знаю, да?

— Подожди. — Мой брат поднял руку. — Разве они оба не умерли в книге?

— Она говорит об экранизации, — фыркнув, ответил Джерард. — Тупица.

— Почти уверен, что киноверсию постигла та же участь, Гибс, — саркастически протянул Хьюи.

— Ну, в моей версии Баллилаггина они не умирают, — парировала я, прежде чем быстро продолжить. — А для Лиз и Патрика я думала о чем–нибудь более остром, например, о Мортисе и Гомесе Аддамс – знаете, чтобы соответствовать характеру Лиззи.

— Боже мой, мне это нравится, — засмеялась Кэти, хлопая в ладоши. — Клэр, ты гений.

— Я этого не понимаю, — бросил Хью. — Во-первых, она блондинка. Во-вторых, она не носит маскарадных костюмов, и в-третьих, если она и появится, то с Пирсом.

— Черт возьми, Хью, — невнятно произнес Джерард. — Прекрати прерывать творческий процесс своей сестры.

— Возможно, тебе стоит поставить шерри, Гибс, — усмехнулась Кэти. — Ты становишься немного дерзким.

— Не нужно. Уже выпито. — Для пущей убедительности он перевернул бутылку вверх дном, отчего одна-единственная капля жидкости каштанового цвета упала на тыльную сторону его ладони. Никогда не отличавшийся расточительностью, Джерард быстро слизнул его языком. — Видишь?

— Ах, Гибс, парень. У тебя утром будет чертовски болеть голова, — сказал Хью, морщась. — Похмелье после шерри чертовски ужасно.

— Лиз уже согласилась нарядиться Мортисией, если Патрик пойдет в роли Гомеса, — сказала я брату, чувствуя самодовольство. — И, согласно ее последнему текстовому сообщению, она никуда не поедет с Пирсом.

— Они снова сбились с пути?

— Ага. — Я пожала плечами. — Если маятник качнется и они снова будут вместе до вечеринки, тогда он может сыграть дядю Фестера.

— Девочка не знает, где у нее голова, — размышляла Кэти.

— Это правда, — вмешался Джерард, хватая миску с попкорном. — Она годами дует то горячим, то холодным воздухом. Не так ли, Хью?

— Гибс. — Все тело моего брата напряглось. — Не надо.

— Что я сказал?

— Ничего, — невозмутимо ответил Хью. — Пусть так и будет.

— Извини, парень. Не хотел задеть за живое.

— Ты этого не делал.

— Первая любовь ужасно жалит, не так ли?

— Гибс!

— О, перестань создавать проблемы, — рассмеялась Кэти, беря с кофейного столика еще одну бутылку пива. — Я уже все знаю об этом. Хью рассказал мне, когда мы впервые встретились.

— Неужели? — Джерард озорно ухмыльнулся и бросил моему брату кусочек попкорна. — Он тебе все об этом рассказал?

— Я сказал, хватит, парень, — рявкнул Хью. — Никто не хочет это слышать, парень.

— Я поддерживаю, — согласилась я, хорошее настроение быстро испарилось при воспоминании о самом большом предательстве в моем детстве.

Моя