Приручить 7-го - Хлоя Уолш

— Не беспокойся об этом, — быстро успокоил Фели. — Я тоже был случайностью. Маме было сорок шесть, когда она узнала, что беременна мной. Все мои сестры выросли. Она думала, что у нее менопауза.

— Господи, Па. — Брови Джонни взлетели вверх. — Твоей маме шестьдесят три?

— Это небольшая математика, парень.

Джонни отмахнулся от комплимента. — Я никогда не знал, что твоя мама такая старая.

— Почему? — Спросил Фели. — Сколько лет твоей маме?

— Ей чуть за сорок, — ответил Джонни. — Па на пару лет старше.

— Моей сорок три, — сказал Хью. — Столько же, сколько моему старику.

— И моему, — вмешался я. — Они все вместе ходили в школу.

— Моему ближе к семидесяти, — тихо сказала Фели.

— Вау, — задумчиво произнес я, качая головой. — Ты, наверное, будешь совсем молодым, когда они умрут.

— Господи, Гибс! — Джонни и Хью оба залаяли. — Фильтруй!

— Не беспокойтесь об этом, — усмехнулся Фели. — Я к нему привык. — Тут зазвонил его телефон, и он быстро вытащил его из кармана джинсов и постучал по экрану.

— Кто тебе пишет? — Спросил я, перегибаясь через стол, чтобы получше рассмотреть его экран. Почему, я понятия не имел. У меня были проблемы с чтением в хороший день, без дюжины пива в желудке.

— Гибс, — выругался Джонни, хватая меня за рубашку и поднимая обратно. — Ты не будешь спрашиваешь об этом парня.

— Нет, все в порядке, — ответил Фели, набрав несколько строк сообщения, прежде чем убрать телефон обратно в карман. — Это просто Кейси.

— Кейси? —Джонни нахмурился. — Кто такая Кейси?

— Господи, Кэп, для такого умного парня у тебя худшие наблюдательные способности, — усмехнулся Хью. — Она подруга Ифы.

— Дикая, — вмешался я, покачивая бровями. — Фели приставал к ней месяцами.

— Гибс, — простонал Фели. — Не смей, блядь, так говорить, ладно?

— Подруга Ифы? — Джонни непонимающе уставился на нее. — Неа. Понятия не имею.

— Это потому, что ты был слишком занят погоней за регби и Шэннон, чтобы посмотреть, что происходит со всеми нами, — рассмеялся Хью.

— Это не совсем правда, — возразил Джонни. — Я много знаю о том, что происходит в вашей жизни.

— Хах! — Я хлопнул его по плечу. — Молодец, Джонни.

— Да, черт возьми! — Поставив свою кружку, он скрестил руки на груди и свирепо посмотрел на нас троих. — Ты, — сказал он, начиная с Фели. — Тебе восемнадцать, очевидно, ты в отношениях с этой Кейси, и ты младший брат из трех сестер. Твой день рождения в июле, и ты скрытый музыкант с голосом лучше, чем у кого-либо на радио. — Затем он повернулся к Хью. — Тебе семнадцать, ты старший из двух детей, твой день рождения на Хэллоуин, такой же, как у Шони, ты с Кэти целую вечность, и она твоя первая серьезная девушка. — Наконец, он повернулся ко мне и сказал: — А ты, ты – малыш из компании. Твой день рождения в марте. У тебя никогда не было девушки, потому что ты влюблен в его сестру с незапамятных времен и обладаешь концентрацией внимания, как яйцо со сливками, и ты трахаешься со школьной секретаршей. — Выдохнув, Джонни ухмыльнулся нам, прежде чем сказать: — Я что-нибудь пропустил?

— Всего лишь несколько незначительных деталей, — задумчиво произнес Фели, убирая темные волосы с лица. — Я ни с кем не встречаюсь, но это было впечатляюще, Кэп. И, честно говоря, ты стал в миллион раз лучше с тех пор, как познакомился с Шэннон.

— Это было ужасно, — обвинил я, поворачиваясь, чтобы изумленно посмотреть на него. — Мой день рождения в феврале, а не в марте. У меня определенно нет концентрации внимания, как у яичного крема, и я не трахаюсь со школьной секретаршей.

— И мы с Кэти начали встречаться, когда я был на четвертом курсе, — сказал Хью, подняв руку. — С тех пор не встречались целую вечность.

— Нет, нет, нет, — возразил Джонни. — Я точно помню, что ты был одержим этой девушкой на втором курсе. — Он постучал себя по виску. — Я знаю, потому что ты всегда пропускал тренировки, когда мы были моложе, чтобы гоняться за ней.

— Не та девушка, Кэп, — пробормотал Фели, потирая лоб.

— Какого хрена? — Джонни уставился на него, прежде чем повернуться ко мне. — И твой день рождения не в марте?

— Нет, не в гребанном марте, ты жалкое подобие лучшего друга, — фыркнул я. — Какая наглость, что ты забыл о моем дне рождения.

— Извини, Гибс, я мог бы поклясться, что это было в марте. — Он почесал подбородок. — Почему у меня в голове март?

— Потому что у Шэннон день рождения в марте, — прорычал я. — Ты взбитый придурок.

— И он не влюблен в мою сестру, — вставил Хью. — Он просто думает, что влюблен.

— Не начинай, — предупредил я, поворачиваясь и свирепо глядя на Хью. — Может, я и не такой гладкий, как все вы, или гребаный математик, как вон тот придурок, — я сделал паузу, чтобы указать на Джонни, — но у меня есть сердце, которое качает, бьется и наполняется чувствами. Мне не все равно. Я чувствую. Я люблю. И все это направлено исключительно на твою сестру.

— Тогда, блядь, измени что-нибудь, Гибс, — рявкнул Хью, сердито глядя на меня. — Потому что я должен сказать, парень, если ты думаешь, что сможешь приблизиться к моей сестре, пока суешь свой член в Ди, то ты жестоко ошибаешься. Клэр заслуживает большего, чем быть замешанной в вашей запутанной драме, и ты это знаешь.

— О, мой Иисус. В последний раз говорю, я не сую свой член в Ди! — Я зарычал, в отчаянии вскидывая руки. — Я и близко не подходил к этой женщине с пятого курса. — Сузив глаза в ответ, я огрызнулся: — И я хочу, чтобы ты знал, что я никогда бы не сделал ничего, что могло бы навредить твоей сестре. Я бы предпочел сначала содрать кожу со своих