Развод. Мы забыли, как любили - Екатерина Гераскина

Мои Фростмары. Такие упрямые, такие властные, но сейчас они оба так отчаянно пытались научиться любить правильно.

Глава 41

Рейган

У нас с Грейс начался самый настоящий конфетно-букетный период. Я припомнил, как сильно она любит вишню в шоколаде. Сам я тоже был бы не прочь съесть ту самую главную «вишенку», но покорно ждал, когда моя ледяная королева окончательно оттает.

Поэтому ранним утром я заготовил и отправил ей коробку. Лично выбирал конфеты ручной работы у лучшего кондитера. И цветы — простые полевые, безо всякой помпы. Моя Грейс всегда любила именно их.

Раз уж мы решили начать новую жизнь и отбросить в сторону аристократические условности, сейчас самое время делать что хочется.

И, честно сказать, когда я сам для себя это решил, с меня словно спали невидимые оковы.

Я расправил плечи и почувствовал себя каким-то влюбленным юнцом. Это чувство опьяняло, дарило небывалую легкость и свободу.

Еще и столик в лучшей ресторации города зарезервировал. Это будет наш ужин перед тем, как мне придется на время покинуть столицу.

К сожалению, дела Империи ждать не могут. Я обещал Эрэйну, что найду тех, кто спонсировал мятежников.

Последние несколько ночей я только тем и занимался, что анализировал финансовые потоки. Да и пока был в плену у обезумевшего брата, все те моменты, что находился в сознании, я просчитывал варианты.

Эрэйн, давая мне подобное задание точно не рассчитывал, что принесу ему на блюдечке еще и опальный Кристальный клан. И это был мой козырь.

Я вошел в Императорский дворец, кивком миновал помощника в приемной и толкнул тяжелые дубовые двери.

Эрэйн уже ждал меня. Он тут же отложил документы, встал и лично проверил защитные печати на кабинете, чтобы нас никто не мог подслушать.

Затем расположился в кресле, приготовился меня слушать. Я занял место напротив него.

— С чем пожаловал, Рейган? — Император сцепил пальцы в замок, по-драконьи скалясь.

Я не сомневался, что он и Керран уже о многом догадываются. И пока они не приперли меня к стенке, лучше выложить всё самому и договориться на берегу. А что я умел делать лучше всего в этой жизни, так это виртуозно торговаться.

— Перейдем сразу к делу, Эрэйн. — Я многозначительно похлопал себя по внутреннему карману камзола. — Здесь у меня часть имен тех, кто мог бы помочь нам вернуть контроль над Кристальным кланом изнутри.

— Отчего же только часть? — усмехнулся император.

— Мы подбираемся к сути. Я поспособствую тому, что откроются границы Кристального клана, и практически гарантирую тебе бескровный переворот и захват власти без кровопролитного сражения. А взамен я хочу, чтобы ты принес нерушимую клятву — не причинять вреда моей семье. Моей Грейс, моему сыну Теону и девочке Лии, которая находится у нее на попечении.

— Очень интересно. Крайне интересно, — Эрэйн подался вперед. — С чего ты вообще решил, что я должен или собираюсь применять какие-то меры в отношении твоей семьи? И, хочу заметить, Грейс — твоя бывшая жена.

— Моя истинная, — жестко поправил я. — И я добьюсь того, что она станет моей супругой вновь, частью моей семьи. Но это не быстрый процесс. Поэтому, если ты гарантируешь мне их абсолютную безопасность, что ни словом, ни делом они не будут обижены, что в отношении них не будет предпринято никаких опасных мер или проверок, — то мои условия остаются в силе.

— Рейган, ты играешь с огнем, — прищурился император. — Смеешь диктовать мне условия в моем же кабинете?

— Я торгуюсь с тобой. Как равный с равным, когда на кону стоит стабильность целого региона.

Император замолчал. Он долгим, оценивающим взглядом посмотрел на меня, снова усмехнулся и пробарабанил пальцами по подлокотнику.

— И что же такого особенного в Грейс, что ты пришел сюда торговаться. Дай-ка подумаю… Твоя истинная обладает магией воды, раз так ловко смогла управлять ею? А-а нет! Какой же водой она управляет? Для чего же она тогда скупала накопители ледяной магии? То есть она еще может управлять и льдом? А может быть, и кристальной стихией, раз в тебе ее стало столь мало?

Эрэйн начал небрежно накидывать варианты, а я все больше убеждался в том, что он знает практически всё. Я напряженно замер в кресле, просчитывая пути отхода.

— Я ведь могу просто отдать приказ, Рейган. Мои люди силой заберут у тебя документ со списком этих лиц, — тихо, но с угрозой произнес император.

— Ты не проникнешь в Кристальный клан без меня, — отрезал я. — Защита примет только мою кровь.

— Ну, твою кровь мы, скажем так, сможем обеспечить и без твоего активного согласия.

— Крови мало, надо еще и родовая магия главы. Так что убивать меня не с руки. А основная часть имен скрыта, Эрэйн. Если я не выйду отсюда в течение часа, другой список будет уничтожен магической печатью. Тогда тебе придется устраивать полномасштабный военный переворот. А это жертвы. Много жертв. А ведь пустых и бессмысленных смертей ты не терпишь. К счастью для всей нашей Империи, ты сражаешься за каждого человека в ней, за каждого дракона.

Император снова усмехнулся, оценив мою тираду.

— Подготовился, значит. А если я прямо сейчас прикажу поймать твою драгоценную Грейс?

— Я знал, что ты можешь так поступить, — я хищно оскалился в ответ. — Поэтому нанял лучших теневых наемников. Они будут присматривать за ней до тех пор, пока я лично не дам им другой приказ. Попробуешь сунуться — будет кровь.

Мы сцепились взглядами, словно два хищника, делящие территорию. Секунды тянулись как часы. А потом Эрэйн сделал то, чего я совершенно от него не ожидал.

Он откинулся на спинку кресла и раскатисто, искренне расхохотался.

— Ладно, Рейган. Ты выиграл.

Я оскалился в ответ.

— И мои слова о том, что я хочу, чтобы ты занял пост главы Кристального клана, остаются в силе. Под вопросом находилось лишь твое владение магией, но, возможно, твой сын унаследовал её, и тогда всё складывается как нельзя лучше. И да... в моей Империи полукровки и высшие существа уже давно занимают важные роли. Никто не тронет твою Грейс. Я принесу тебе магическую клятву. И на сына, и даже на ту девочку. Но взамен ты должен мне всё рассказать. Признаться во всём, Рейган. Без утаек.

— Тогда сначала задокументированная клятва, Эрэйн. И только после этого я расскажу обо всём.

Император тяжело вздохнул и покачал головой, словно разговаривал с нерадивым поданным. Затем он взял чистый лист, быстро написал текст клятвы, заверил её каплей крови,