Ты – мой подарок - Ксения Фави

Когда солнце переваливает через середину дня, а горы начинают отбрасывать длинные тени, Арсений снова ведет меня к вертолетной площадке.

«Стрекоза» уже прогревает двигатель.

Я смотрю на мужа, и он едва заметно кивает. Понимаю без слов. Мы летим в тот самый домик. Туда, где все началось.

История сделала круг.

55

Я думала, что моя жизнь изменилась тогда, под звук шаманского бубна в горах Алтая.

Но спустя несколько недель понимаю, как глубоко ошибалась.

Настоящие перемены происходят именно сейчас — внутри меня, тихим и настойчивым шепотом…

Последние дни утро превратилось в испытание.

Арсений сейчас уезжает на работу очень рано, я в это время ещё сплю, поэтому он ничего не замечает.

И слава богу. Потому что стоит мне открыть глаза, как мир начинает слегка подплывать, а к горлу подкатывает тяжелая, липкая тошнота.

Обычно утром я — человек-энергия. Легко вскакиваю с кровати, выхожу на пробежку, зарядку. С аппетитом завтракаю.

Но сейчас еле-еле заставляю себя просто сесть. Есть не хочется совсем, от одной мысли о кофе становится плохо.

Два дня подряд меня рвало…

Сначала я думала: «Скоро критические дни, бывает такая реакция организма».

Но сегодня, ещё сидя в кровати, я открываю календарь в телефоне.

У меня не было этих дней уже два месяца.

Не удивительно…

После всех наших чувственных марафонов. После тех пяти дней в домике, где мы вообще забыли о каких-либо преградах…

Это более чем логично.

Но вместе с радостью меня вдруг накрывает паника. Я прижимаю ладонь к животу.

Нужно что-то делать, но я просто сижу и боюсь пошевелиться.

Мы не стали долго скрывать наше бракосочетание. Семьи давно в курсе.

Лада была просто на седьмом небе от счастья, а папа… поворчал для приличия. Он к тому времени уже смирился с зятем.

Что там сказал отец Арсения, я до сих пор не знаю. Арс ничего не передавал, а значит, ничего хорошего там не было.

Зато его мама прилетает уже сегодня! Она наотрез отказалась знакомиться по видеосвязи. Сказала, что хочет лично в первый раз увидеть свою первую невестку.

Вроде никто на них не обиделся, разве что Марианна. Она и подумать не могла, что пропустит свадьбу близняшки.

Мы ведь всю жизнь вместе…

Вот и сейчас, сидя на кровати с этим странным чувством внутри, я понимаю одно…

Конечно, я все скажу Арсению, прямо сегодня! Но сейчас мне жизненно необходима сестра.

Я набираю ее номер. В трубке слышится сонный, недовольный голос:

— Да.… Надеюсь, случилось что-то действительно важное, Агния.

Смотрю на часы. У нас девять утра, а у Марианны в Питере — пять. Прикусываю губу, чувствуя вину, но отступать поздно.

— Случилось безумно важное, — шепчу я. — Мари… я беременна.

На том конце воцаряется тишина, а потом начинается какая-то возня: треск, шорох, быстрые шаги.

Видимо, Маришка пулей вылетела из-под теплого бока доктора Давыдова в другую комнату.

— Ты беременна?! — вопит она. — Ура! Я стану тетей!

Улыбаюсь. Именно за этой реакцией я и звонила. Только она может так искренне и громко радоваться.

— Я паникую, Мари, — признаюсь тихо. — Мне страшно.

— С чего вдруг? — сестра в шоке от моих слов. — Вы женаты, Арсений тебя обожает. В чем проблема?

— Все так быстро… — вздыхаю я. — Я так быстро забеременела.

— А чего тянуть-то? — Марианна вовсю смеётся. — Мне кажется, Щербинские привыкли рожать помногу детей, так что вам с Арсом пора начинать.

Мы обе смеемся, и мне наконец-то становится легче.

— Конечно, я хочу от него детей, — говорю я. — И много... Но это так волнительно. Как все будет?

— Все будет просто прекрасно! — отрезает Мари. — У тебя золотой муж. У твоих детей будет самый потрясающий дедушка — я сейчас про нашего папу, если что, а не про старика-Щербинского. Хотя… — она делает паузу. — Вполне возможно, что и он станет неплохим дедом. По крайней мере, за будущее мелких можно не переживать ни секунды. И вообще, у твоих детей будет крутейшая тетя и дядя-медики. Тебе не о чём волноваться, сестренка!

Я чувствую, как по щекам катятся слёзы — теперь уже от облегчения.

— Спасибо, родная.

Марианна картинно зевает в трубку:

— Обращайся. А теперь давай, иди радуй мужа, а я поползу обратно под одеяло к Давыдову.

Мы прощаемся, и я ещё пару минут сижу в тишине, поглаживая живот. Страх ушел, осталось только трепетное предвкушение.

Беру телефон и открываю чат с Арсом.

«Вполне возможно, я — беременна. А как прошло твое утро?»

Нажимаю «отправить» и замираю, глядя на экран.

* * *

Арсений

Я. Буду. Отцом.

Слова на экране смартфона заставляют на мгновение забыть, как дышать.

Если бы кто-то сказал мне об этом полгода назад, я бы ни за что не поверил.

Но в последние недели я ловил себя на мысли, что жду этих новостей.

Мы с Агнией сделали для этого все возможное… Вселенная, Господь Бог в этой игре определенно на нашей стороне.

Честно говоря, если бы Агния сообщила мне об этом торжественно, при свечах, с какими-нибудь коробочками и речами, я бы не обрадовался так сильно, как этому СМС, упавшему прямо в разгар рабочего утра.

Это сообщение — лучшее напоминание, что среди всей суеты, звонков и хлопот есть что-то по-настоящему ценное.

И теперь моих ценностей станет больше.

Откидываюсь на спинку кресла и улыбаюсь.

Как раз накануне думал о том, что нам пора выбираться из уютной, но всё-таки девичьей квартирки Агнии.

Пора вить собственное гнездо, создавать настоящий домашний очаг.

Я планировал серьезно поговорить с принцессой: как она видит наше будущее? Может, мечтает уехать в Питер, поближе к сестре?

Но, если быть честным, я не представляю, как это сделать.

Я вернулся в компанию во всех смыслах этого слова. Работаю как заместитель отца, и на мне сейчас завязано слишком многое. Мое место здесь, у руля империи…

А значит, и наше жилье я буду присматривать где-нибудь в этих краях — большой надежный дом в тихом месте.

И теперь, после этого СМС, поиск дома переходит в категорию экстренных задач. У меня есть совсем немного времени, чтобы подготовить все к появлению нового маленького Щербинского.

Реально ли это по финансам? Идти на поклон к отцу не хочу…

Мысли путаются, я даже смс набрать не могу. Рука сама тянется позвонить.

В трубке раздается негромкое:

— Да…

— Интересно, почему у будущей матери моего ребёнка такой тихий голос? — спрашиваю с улыбкой.

Слышу, как Агния шумно выдыхает.

— Щербинский, я вообще-то дико нервничаю.