Требуется ходячее бедствие - Александра Логинова

– Там любовный роман. Для взрослых. С анатомическими подробностями и громкими стонами.

– Как бесстыже, – обомлела мисс, покраснев прямо сквозь пудру и мгновенно одергивая руку.

– Вернемся к графиням. Кого прислал граф Ланкрофт?

Родители Элы не пожелали ехать сами и отправили за дочерью ее троюродного кузена – нахрапистого молодого мужчину в титуле графа. Крайне дерзкого, но хитрого манипулятора, по словам Падмы. Я склонна ей верить, в манипуляциях эта дамочка знаток. Молодой граф Релье приехал один, почему-то рассчитывая, что сестренки бросятся к нему на шею и попросят Винсента написать отказ от подарков и денег.

Первой Релье встретила мисс Коста, ведь обе графини были на уходовых процедурах, организованных служанками, – в мыле, огуречных масках и лечебной грязи. Мистер Эшфорт ненадолго уехал в академию, чтобы взять срочный отпуск, дела маркграфства не позволяли ему преподавать.

– Самое ужасное, что граф Релье претендовал на руку Элианны, – Падма расстроенно потерла безымянный палец. – Для него разрыв помолвки с Эшфортами просто дар с небес.

– То есть он не привез обратно ни денег, ни подарков?

– Нет. Он, конечно, хорохорится, но лакеи уже досмотрели его карету. Пусто.

– Много ли Франц потратил на невесту?

– Много, мисс, – девушка чуть завистливо вздохнула. – Хватит на безбедную старость родителей и беззаботную жизнь внуков среднестатистической крестьянки.

– Вы же завидуете графине. Не спорьте, это видно неискушенным взглядом. Зачем пытаетесь ей помочь?

– Вам известно слово «благодарность»? – ядовито спросила она. – Леди Ланкрофт дала мне шанс, за руку введя в свой круг, и я не намерена ее подвести.

Что-то мне подсказывает, что дело не только в благодарности. Слишком напряглись скулы Падмы, сведенные невысказанной речью. Журналисты – не психологи, но умеют видеть скрытые эмоции, что важно на интервью и в прямом эфире.

– Хорошо. Мой долг – решать проблемы, и я возьмусь за эту неприятность. Но взамен… Взамен вы расскажете мне о Мио. Кто ее родители, почему девочка стала лекаркой в юном возрасте и как она связана с Тьмой.

– Тогда скорее идемте! – воскликнула Падма. – Граф Релье пьет чай в реликтовой гостиной. Не знаю, зачем вам знать о лекарке, но расскажу по дороге.

Я задала вопрос не от скуки, а от смутного чувства найденной зацепки. Мио сказала, что они с Карлом одного поля ягода, в дневнике упоминалась лекарка, но дата записи слишком старая, девочке тогда едва ли исполнилось три или четыре года.

Мисс Коста обладала некой поэтичностью, и ее рассказ получался очень интересным. До Мио в замке работала взрослая лекарка, тетка Космея, которая приютила ребенка и обучила врачеванию.

– Прежде всего, мисс Фрол, стоит упомянуть, что и сама Мио – в каком-то смысле порождение Тьмы.

Глава 32

Лекарка Космея появилась из ниоткуда. Все знали, что имя вымышленное, взятое с цветочного луга, оттого не спешили привечать чужачку в деревне. Последний настоящий лекарь семейства Эшфорт умер от естественной дряхлости, и обитатели замка перебивались собственными скудными знаниями, пока не грянул гром и в деревню не пришла лихорадка. За полгода местные потеряли только троих, остальных Космея вытащила с того света и поставила на ноги, костлявыми руками обрабатывая их пустулы, отпаивая лекарствами и выгоняя болезнь из легких.

Прежний маркграф был человеком неглупым, сразу смекнул пользу самозваной лекарки, пригласив ее в замок на постоянное место работы. А через пять лет в замке появилась Мио – двухлетняя пухленькая кукла, завернутая в тряпки, которую Космея принесла со стороны деревни. Как ребенок оказался на опушке леса, полного Тьмы, никто из селян не знал. Звучали даже предложения утопить дитя от греха подальше, но Космея цыкнула на всех зубом, лично явилась к маркграфу и поставила условие: ребенок остается в замке под ее опекой.

«Хоть так матерью побудь», – согласился он, жалея уже немолодую пустоцветную женщину. Еще через двое суток охотники нашли в лесу пришлую молодуху с пробитой головой, бедняжка забрела глубоко в лес, споткнулась о корни и крайне неудачно упала виском об камень. То ли Мио сама ушла от тела матери, когда та не поднялась с земли, то ли женщина сознательно оставила ребенка на опушке и хотела вернуться тем же путем, каким пришла, – за давностью лет уже не разберешься. Особого удивления инцидент не вызвал, сильно впечатлительные рядом с Тьмой долго не живут. Но вот что странно...

– Пришли, – Падма оборвала рассказ, остановившись у дверей реликтовой гостиной. Слегка замявшись, девушка несмело спросила: – Что будем делать?

– Требовать полной компенсации за каждый каприз леди Элианны. Вы хорошо знаете местные законы?

– На уровне любителя. Чтобы требовать, нужна реплика списка подарков родне невесты, выписки счетов графини и опись дареного ей имущества.

– А еще счет за еду и люксовый номер, спа-услуги, стоимость гардероба, медицинские услуги… Озолотимся.

– Крохоборство. – Мисс Коста лживо ужаснулась. – Подсчет займет минимум двое суток, и, если лорд Релье захочет увезти графинь, пусть ждет и платит. Все, госпожа Фрол, вы мне больше не нужны.

– Чего? – возмутилась я, но увесистая нахалка уже зашла в гостиную, захлопнув дверь перед моим носом.

Заноза в заднице! Думает, самая умная: если дело выгорит, Эла похвалит ее одну, если прогорит – я останусь виноватой за плохой совет. Эка она ловко обвела меня вокруг пальца, невольно восхитишься ее ушлостью. Зато я могу вернуться к насущному вопросу, где достать второй дневник Франца.

Зовите меня гением частного сыска, ибо я всерьез увлеклась иномирным приключением. Сдается, нужно поговорить с лордом де Йонгом о втором блокноте, если первый приговорили к утилизации руками рыцаря. Ох, непрост маркграф, ох, непрост. Его летаргический сон наверняка связан с Тьмой, возможно ли…

– Возможно, Франц предсказал свою кому? – меня пронзила невероятная догадка. Мысли лихорадочно запрыгали внутри черепной коробки.

Если это правда, участь второго дневника наверняка предрешена. Возможно, Карл уже его уничтожил, но есть крохотный шанс, что рыцарь отложил дело, или еще не грянула дата, которую назвал маркграф. Мог ли он записать имя своего недоброжелателя, способного испортить портал? Отчего нет, эмоции вражды логично изливать на бумагу. Тогда у нас появится наводка на возможного подозреваемого.

– Вот вы где, дорогая, – медово пропела Падма, выныривая из-за двери. Я ошарашенно повернулась. – Где же вы пропадали?

– Какого чер…

– Граф заждался, – эта ведьма со злющими глазами схватила меня