Если бы не мисс Бриджертон… - Джулия Куинн

– Ах да, ведь он почтенный. Аж двадцать три года!

– Это действительно почтенный возраст для незамужней девицы, – возразила Билли.

Возможно, ей не стоило этого говорить, ведь в их отношениях уже было слишком много недопредложений руки и сердца, хотя, с ее точки зрения, и одного было с избытком, а два и вовсе превращали ее в девицу с причудами. Но Билли не сожалела о сказанном, не могла сожалеть, если хотела превратить недопредложения во что-то настоящее.

А она очень этого хотела, даже не спала полночи – ну, минут двадцать точно, – отчитывая себя за то, что практически обеспечила отказ Джорджа снова просить ее руки. Если бы у нее нашлась власяница (и склонность к бесполезным красивым жестам), она непременно надела бы ее.

Джордж нахмурился, и мысль Билли заработала с утроенной силой. Задумался ли он, почему она упомянула о своем статусе старой девы? Пытался ли решить, что на это ответить? Усомнился ли в ее здравомыслии?

– Графиня помогла мне выбрать чудесное платье для сегодняшнего вечера, – выпалила Билли.

– Это она может.

– А я все-таки захватила с собой бриджи – на случай, если понадобится ее шокировать, – призналась Билли.

Джордж рассмеялся:

– Ты это серьезно?

– Нет, надевать их не стану, – призналась девушка, – хотя было бы весело, да?

– Не сомневаюсь, – Джордж посмотрел на нее своими невероятными глазами, такими лучистыми в утреннем свете. – Позволь извиниться за мою мать. Не знаю, что на нее нашло.

– Может, она чувствует себя… – Билли на мгновение нахмурилась, подбирая подходящее слово, – виноватой?

– Виноватой? – удивился Джордж. – Из-за чего?

– Из-за того, что ни один из твоих братьев не сделал мне предложение.

Вероятно, этого ей тоже не следовало говорить, но Билли действительно думала, что леди Мэнстон испытывает чувство вины, потому и развила столь бурную деятельность. Когда выражение любопытства в глазах Джорджа сменилось чем-то очень похожим на ревность, Билли просто не могла не ощутить удовлетворения.

– Поэтому мне кажется, она пытается как-то это исправить, хотя я вовсе ни от кого не ждала предложения. Видимо, она думает иначе и поэтому теперь вознамерилась представить меня…

– Хватит! – отрезал Джордж и, откашлявшись, уже спокойнее добавил: – Это просто смешно.

– Что именно? Что леди Мэнстон чувствует себя виноватой?

– Нет, это ее намерение представить тебя кучке никчемных хлыщей.

Билли так обрадовалась, что едва не бросилась ему на шею.

– Но она же с добрыми намерениями.

Джордж громко фыркнул, а девушка добавила:

– Она просто хочет сделать то, что, по ее мнению, будет лучше для меня.

– По ее мнению.

– Ну да. И переубедить ее невозможно. Полагаю, это отличительная черта всех Роксби.

– Кажется, ты только что нанесла мне оскорбление.

– Нет, – возразила Билли, постаравшись сохранить невозмутимое выражение лица.

– Но я не стану обращать на это внимание.

– Очень любезно с вашей стороны, сэр.

Джордж закатил глаза, и Билли едва не расхохоталась и почувствовала себя при этом чудесно. Возможно, утонченные светские дамы и ведут себя иначе, но она по-другому не умела, и, похоже, его это не шокировало, скорее наоборот.

Возможно, она хоть немного, но все-таки обладала этой пресловутой женской интуицией.

Глава 21

Прошло уже полтора часа, а он до сих пор не встретил Теллиуайта.

Джордж потянул себя за галстук, который, как ему казалось, камердинер затянул туже, чем обычно. Весенний бал у леди Винтур не представлял собой что-то необычное. Более того, мероприятие оказалось настолько обыденным, что могло считаться даже скучным, и все же Джордж не мог отделаться от странного ощущения покалывания в затылке, словно куда бы ни повернулся, кто-то за ним наблюдает, и причиной тому вовсе не привлекательная внешность.

Очевидно, все дело в воображении, которое попросту сыграло с ним злую шутку, и это неизбежно наталкивало на мысль, что он совершенно не создан для подобного рода мероприятий.

Джордж тщательно рассчитал время своего прибытия на бал. Если бы он появился в доме леди Винтур слишком рано, это привлекло бы нежелательное внимание к его персоне. Как и большинство холостяков его возраста, Джордж обычно проводил несколько часов в клубе, прежде чем куда-нибудь ехать. Кроме того, явись он на бал ровно в восемь, это выглядело бы странно, пришлось бы почти два часа беседовать со своей практически глухой двоюродной бабкой, которая стала почти легендой благодаря своей пунктуальности и исходившему от нее аромату бренди.

Но и являться, как обычно, когда бал уже в полном разгаре, Джордж также не желал. Пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы отыскать в толпе Теллиуайта, или, того хуже, он мог бы вообще с ним разминуться.

А посему, тщательно все обдумав, Джордж переступил порог танцевального зала леди Винтур примерно через час после начала бала. По светским меркам было еще рановато, однако к этому времени уже собралось довольно много гостей, так что Джордж мог остаться незамеченным.

Уже не в первый раз он задавался вопросом, не слишком ли усиленно настраивается перед тем, как передать своему знакомому единственную строчку из детского стихотворения.

Быстро сверившись с часами, Джордж обнаружил, что уже почти десять, и это означало, что если его мать и Билли еще не приехали, то явятся с минуты на минуту. Графиня планировала появиться в половине десятого, но Джордж слышал, как гости сетовали на вереницу экипажей перед особняком Винтуров. Наверняка дамы надолго застряли в очереди.

У Джорджа оставалось не так много времени, чтобы закончить дела до их появления в зале.

Старательно изображая скуку, он медленно прошелся по залу, обмениваясь приличествующими случаю приветствиями с многочисленными знакомыми. Среди гостей сновали лакеи, нагруженные подносами с пуншем, и Джордж тоже взял бокал, но лишь слегка пригубил содержимое, разглядывая присутствующих поверх ободка. Теллиуайта видно не было, но зато… Черт возьми, неужто это Орбатнот? Так какого дьявола он поручил передать сообщение ему, когда вполне мог сделать это самостоятельно? Конечно, возможно, имелись причины, по которым Орбатноту нельзя было появляться в обществе Теллиуайта. Возможно, в зале находился тот, кто не должен был знать, что эти двое работают вместе, а может, это Теллиуайта держали в неведении, что сообщение ему передал Орбатнот.

Или… Теллиуайт знал, что отставной генерал и есть его связной, а вся эта затея предназначалась для того, чтобы, проверив Джорджа, понять, можно ли использовать его для дальнейших поручений. Вероятно, совершенно о том не подозревая, лорд Кеннард стал шпионом.

Он посмотрел на бокал с пуншем, который держал в руке. Нет, ему определенно требовалось что-то покрепче.

Джордж поставил бокал на ближайший столик и тут увидел ее.

И лишился способности