Если бы не мисс Бриджертон… - Джулия Куинн

– На кого ты смотришь?

Джордж обернулся и сосредоточил все свое внимание на ней.

– Тебе показалось.

Билли округлила глаза, услышав столь откровенную ложь.

– Кеннард, – произнес Фредди Ковентри, возвращаясь к ним, в то время как Джон Уиллингем направился в другой конец зала: кажется, музыканты занимали свои места. – Тебе лучше вывести мисс Бриджертон в центр зала, или мне придется заподозрить неладное. Он наклонился к Билли и с видом заговорщика сообщил: – Не слишком-то порядочно с его стороны претендовать на первый танец с вами, а потом оставить вас подпирать стену.

Билли рассмеялась, но Джорджу показалось, что не слишком искренне, и заметила:

– Виконт никогда бы так не поступил, хотя бы потому, что леди Мэнстон оторвет ему голову.

– Ну и ну! – фыркнул Фредди. – Вон оно, значит, как.

Джордж натянуто улыбнулся. Ему хотелось придушить Билли за то, что выставила его перед друзьями этаким маменькиным сынком, но он все еще слишком отчетливо ощущал присутствие Орбатнота, стоявшего всего в нескольких шагах от него и явно намеревавшегося поговорить наедине.

Понизив голос, Фредди язвительно произнес:

– Кажется, он не собирается с вами танцевать.

Билли посмотрела на Джорджа, и, когда их взгляды встретились, он почувствовал себя так, будто обрел целый мир. Отвесив поклон, он подал ей руку, потому что, черт возьми, ждал этого мгновения целую вечность, и, конечно, в этот самый момент к нему подошел Орбатнот и так сердечно, словно обращался к сыну друга, воскликнул: – Как я рад вас видеть! Что привело вас в город, Кеннард?

– Желание потанцевать с мисс Бриджертон, – протянул Фредди, – только мой друг, кажется, не в состоянии вывести ее в центр зала.

Орбатнот усмехнулся:

– О, не может быть, что он настолько неуклюж.

Джордж не мог решить, кого из них убить первым.

– Вероятно, мне лучше потанцевать с вами, – обратилась девушка к Фредди.

К черту джентльменов! Сначала он убьет Билли. О чем она только думает? Это было слишком дерзко даже для нее. Леди не приглашают джентльменов на танец, в особенности тех, с кем знакомы-то всего пять минут.

– Леди, которая говорит, что думает. Как это ново и необычно! – заметил Фредди. – Теперь я понимаю, почему лорд Кеннард такого высокого мнения о вас.

– Он говорил обо мне?

– Не с ним! – буркнул Джордж.

– И очень зря! – кокетливо заявил Фредди, заиграв бровями. – Говорить о вас куда приятнее, чем обсуждать качество овсянки, как это было в нашей последней беседе.

Джордж был совершенно уверен, что это неправда, но, кажется, опровергнуть слова Фредди и не выглядеть при этом полным идиотом было невозможно.

– О, я с удовольствием поговорила бы об овсянке, – сказала Билли, и Джордж едва не рассмеялся. Только он один знал, что она не шутит, и недавний богатый урожай, собранный ее отцом, был тому подтверждением.

– И впрямь уникальная девушка! – захлопал в ладоши Фредди.

С помоста, где размещались музыканты, раздались нестройные звуки, возвещавшие о том, что с минуты на минуту зазвучит танцевальная мелодия, и Билли перевела взгляд на Джорджа, ожидая, что он снова отвесит поклон и выведет ее на середину зала, но прежде, чем он успел это сделать, стоявший рядом Орбатнот покашлял, привлекая к себе внимание, и Джордж понял, как вынужден поступить.

– Передаю даму тебе, Ковентри, – сказал он с едва заметным поклоном. – Раз уж ты так жаждешь ее общества.

Джордж старался не смотреть на Билли, но не слишком преуспел в этом, а подняв глаза, увидел, что она оскорблена и пребывает в полном недоумении.

– Следующий танец твой, – весело пообещал Фредди, но сердце Джорджа сжалось, когда он увидел, как его друг и Билли присоединились к танцующим.

– Мне очень жаль лишать вас общества очаровательной мисс Бриджертон, – сказал лорд Орбатнот спустя мгновение, – но я уверен, что в город вас привело нечто гораздо более важное, нежели желание с ней потанцевать.

Рядом с ними больше никого не было, поскольку Билли удалилась рука об руку с Фредди Ковентри, но Орбатнот по-прежнему проявлял осторожность.

– Вы правы: кое-какие семейные дела.

– И так всегда, – кивнул генерал. – Это так напрягает – быть главой семьи.

Джордж подумал об отце.

– Слава богу, пока эта ответственность лежит не на мне.

– Верно-верно. – Орбатнот сделал большой глоток из бокала, судя по всему, наполненного чем-то покрепче пунша.

– Однако это дело времени, и мы ведь семью не выбираем, не так ли?

Джордж задумался, содержался ли в словах Орбатнота какой-то скрытый смысл, и если это действительно так, то в очередной раз убедился, что совершенно не создан для жизни, полной загадок и тайн.

Джордж решил не ломать голову над словами Орбатнота и заметил:

– Если было бы возможно, я предпочел бы выбрать.

– В таком случае вам бы очень повезло.

– Я тоже так думаю.

– Как вам здесь, нравится?

– Полагаю, это зависит от того, с какой точки зрения оценивать.

– Вы так считаете? – В голосе Орбатнота, послышалось легкое раздражение, но Джордж не испытывал сострадания.

Поскольку генерал сам затеял этот двусмысленный разговор, значит и Джорджу можно было немного поразвлечься. Он посмотрел Орбатноту в глаза и произнес:

– Увы, все мы посещаем подобные мероприятия в поисках чего-то, не так ли?

– Для вторника вы настроены слишком философски.

– Обычно я приберегаю пространные размышления на вечер понедельника и полдень четверга, – огрызнулся Джордж.

В глазах лорда Орбатнота вспыхнуло неподдельное удивление.

– Я не нашел того, что искал, – заявил Джордж.

Боже милостивый, от этого хождения вокруг да около у него разболелась голова.

Орбатнот прищурился:

– Вы уверены?

– Абсолютно. Здесь столько народу!

– Какое разочарование.

– Да уж.

– Вероятно, вам стоит потанцевать с леди Уэзерби, – тихо произнес лорд Орбатнот.

Джордж резко развернулся, и генерал добавил:

– Вы представлены друг другу? Уверяю вас, ей нет равных.

– Мы встречались, – кивнул Джордж.

Он знал Салли Уэзерби, старшую сестру одного из своих друзей, еще с тех пор, когда она была Салли Сандвик. Она успела не только выйти замуж, но и похоронить мужа и лишь недавно сменила полный траур на частичный и носила платье цвета лаванды, который очень подходил к ее глазам.

– Уэзерби был очень порядочным джентльменом, – произнес Орбатнот. – Я работал с ним время от времени.

– Я его не знал, – сказал Джордж.

Уэзерби был старше, и Салли стала его второй женой.

– Я много лет не виделся с леди Уэзерби, и даже не знаю, о чем с ней говорить.

– О, я полагаю, вы что-нибудь придумаете.

– Я тоже так полагаю.

– А вот и моя супруга, –