Напиши меня для себя - Тилли Коул

— Ох, спасибо, — засмущалась я.

— Ты же знаешь, что становишься все более популярной?

Я знала. Но я никогда ни с кем об этом не говорила. Кроме моей семьи, Джесси, Криса и Эммы никто не знал, что именно я написала историю, которая стала одной из самых популярных публикаций на платформе.

Лицо вспыхнуло, когда Эмма упомянула об этом. Это было то, что я обожала в писательстве. Миры, которые я создавала, персонажи, которым давала жизнь, казались такими огромными и всепоглощающими, но за кулисами можно было жить обычной маленькой жизнью в уединении, красоте и покое.

— Вроде того, — наконец ответила я.

Эмма игриво закатила глаза.

— Вроде того? Джун, это может быть чем-то грандиозным. Изменить твою жизнь. — Это еще одно событие, которое произошло за последний месяц. История о нас с Джесси на ранчо, о том, как лечение не помогло, стала сенсацией. Честно говоря, я старалась не думать об этом слишком много. Это пугало. И я не хотела, чтобы это омрачило радость от творчества. Я писала, потому что хотела, а не потому что была должна.

Рев толпы привлек наше внимание, и я увидела, как Джесси бросил мяч в воздух. Так далеко, что я раскрыла рот от удивления... а потом мяч приземлился прямо в зачетной зоне, в руки Шеридана.

Толпа вокруг нас сошла с ума, и мы вскочили с мест. На большом экране появилось лицо Джесси. Я прикрыла рот руками, но потом прищурилась и всмотрелась внимательнее. Команда прыгала вокруг него, празднуя победу, но я не могла отвести взгляд от Джесси.

Внутри меня все сжалось. Что-то было не так. Мое сердце замерло, когда сквозь прорези в шлеме я увидела, как его взгляд теряет фокус. Эмма и Крис тоже что-то заметили, потому что Крис перестал прыгать, а Эмма схватила меня за руку.

— Джесси, — прошептала я, когда его глаза закатились, и он рухнул на газон. Из моего горла вырвался крик, и я посмотрела на Эмму и Криса.

Что случилось? Что происходит?

Ужас, чистый и мощный, сковал меня. Я смотрела на большой экран, где медики выбежали на поле и сняли с него шлем. Он был без сознания, я это видела. Толпа начала затихать, понимая, что Джесси упал и не поднимается.

— Вставай, — шептала я. — Вставай! Джесси, вставай! — Мой голос пронзал тишину трибун, и люди начали оборачиваться.

Зазвонил мобильный — мама Джесси.

— Синтия, — выдохнула я.

— Что происходит, Джун? Он в порядке? — Сегодня матч транслировали по телевидению, а это означало, что каждый, кто смотрел игру, видел Джесси на экранах.

— Я не знаю... Я не знаю. — Нижняя губа задрожала. — Мне страшно.

Синтия сказала:

— Я знаю, милая. Мне тоже. Но... — она замолчала, а потом добавила: — Джун, кто-то звонит по другой линии. Я перезвоню.

Я кивнула, будто она могла меня видеть.

На поле вынесли носилки, и я беспомощно смотрела, как Джесси укладывают на них, и уносят любовь всей моей жизни.

Кто-то рядом громко включил трансляцию на телефоне.

«Мы не знаем подробностей, но известно, что Джесси Тейлор пережил острую миелоидную лейкемию. В прошлом году ему диагностировали четвертую стадию, но его выбрали для клинических испытаний, которые спасли ему жизнь. Он боролся, чтобы сохранить стипендию и место в команде «Лонгхорнс». Искренне надеемся, что с ним все в порядке и это не связано с его прошлыми проблемами со здоровьем.»

Кровь отхлынула от моего лица. У Джесси рецидив? Это он? Крис и Эмма, видимо, тоже услышали трансляцию, потому что их лица стали белыми как полотно.

Крис схватил Эмму за руку, а она — меня.

— Пойдем. Найдем его. Мы ему нужны.

Мы пробирались через трибуны, привлекая к себе любопытные взгляды. Затем прозвучал свисток, и матч продолжился. Мне хотелось выбежать на поле и наорать на всех за то, что они продолжают играть, когда Джесси — мой Джесси — только что потерял сознание. Но Крис уже тянул нас вниз по лестнице, пытаясь пробраться к раздевалкам.

Огромный стадион был забит охраной, но прежде чем мы добежали до них, мой телефон снова зазвонил.

— Синтия, — сказала я.

— Его везут в больницу, — она назвала адрес. — Я попытаюсь найти замену на работе, чтобы поехать туда.

— Мы уже едем, — ответила я, выбегая к ближайшему выходу.

Крис и Эмма не отставали. Голова шла кругом, нервы были натянуты до предела.

— Я вызвал Uber. Две минуты, — крикнул Крис и потянул меня к месту, где нас должен был забрать водитель. Я услышала вдали сирену скорой и задумалась, не Джесси ли в ней.

— Джун, послушай меня, — сказала Синтия. — Я позвоню в больницу и скажу, что ты едешь. У меня не получится приехать до завтра, а ему нужен кто-то рядом. Я добьюсь, чтобы тебя пустили к нему. — Ее голос задрожал, и мое оцепенение сменилось страхом. — Ты в порядке, милая?

— Да, мэм, — сказала я, когда белый внедорожник остановился рядом с нами. — Мы едем.

— Позвони мне, как только узнаешь что-нибудь, — сказала она.

— Хорошо, — прошептала я и положила трубку, когда Эмма буквально затолкала меня в машину. Мы тронулись, и только спустя пару минут я поняла, что по радио транслировали репортаж с матча.

«Мы ждем любых новостей от «Лонгхорнс» о состоянии квотербека Джесси Тейлора...»

На глаза навернулись слезы, и Крис, наклонившись к водителю, попросил:

— Можешь переключить канал, бро? — Водитель выполнил просьбу, но я заметила его любопытные взгляды в зеркало заднего вида.

— С ним все будет хорошо, — сказал Крис, протянув руку через Эмму, чтобы пожать мою.

— Да, — подхватила Эмма, взяв меня под локоть. — Это, наверное, просто усталость или перенапряжение. — Они пытались меня успокоить, но никто из нас не говорил вслух того, о чем мы все думали: рак мог вернуться.

Доктор Дункан сказал, что вероятность рецидива составляет от пятидесяти до восьмидесяти пяти процентов.

Из-за пробок дорога до больницы казалась бесконечной, и когда мы наконец приехали, самые мрачные мысли до краев наполнили меня ужасом. Я боялась войти туда и услышать, что он не выжил.

— Джун? — позвал Крис, и я поняла, что стою неподвижно в дверях.

Я покачала головой, и слезы брызнули из глаз.

— А что, если он не в порядке? — Ноги словно приросли к полу. Я не могла двигаться. — Он — любовь всей моей жизни, Крис. Он — все для меня. — Я посмотрела на друзей. — Что, если он не в порядке? — Мой голос дрожал. — Что, если он вернулся и на этот раз заберет его у меня?

— Нельзя так думать, — сказала Эмма, но я услышала