Преломление миров - Ксения Кирина

За пределами магического круга стояли несколько человек; из знакомых лиц Вита заметила ухмыляющегося Ларма Блэймерка и белокожую госпожу Линн.

— Стареешь, Бринк. Пришлось подцеплять тебя твоими же «Крючками», иначе ты бы застрял в Преломлении, — небрежным тоном сказал Ларм.

Александр, отдуваясь, поднялся, никак не реагируя на это замечание.

Вита перевернулась на живот и встала на четвереньки. Аэнгил неподвижно лежал рядом с ней. Она схватила его за руку и нащупала пульс под браслетами Аристеро; сердце билось, слабо и прерывисто.

Блэймерк тем временем переступил границу арки, наклонился, подобрал книгу Аэнгила и попытался в неё заглянуть, но она звучно захлопнулась, едва не прищемив ему нос.

— Это тебе урок — не прикасайся к чужому свету без спроса, иначе обожжёшься, — насмешливо сказала высокая красивая девушка, тоже переступив через камешки. Летний брючный костюм кремового цвета плотно облегал стройную фигуру, длинные золотистые волосы были стянуты на затылке в конский хвост. — Попрошу заметить, господин Блэймерк, «Крючки» мастера Бринка позволили ему добыть в мутных водах прекрасный улов, вдвое против означенного. Посторонись-ка, девочка, позволь мне…

Оттеснив Виту, она грациозно опустилась на колени возле Аэнгила и нежно провела ладонью по его щеке. Запястье блондинки охватывало Аристеро в три полосы.

Сердце Виты пропустило удар.

Вот и полюбуйся, какая девушка ему подходит. Магесса с модельной внешностью и изящными манерами. Не то, что ты, недовидящее неуклюжее недоразумение — сплошное «не», из Зе-Ро, да ещё и в очках, и в дырявых штанах…

Аэнгил медленно поднял веки и во все глаза уставился склонившуюся над ним красавицу. Действительно, там было чем полюбоваться.

Блондинка улыбнулась и склонилась ещё ниже…

Вита с тоской подумала о том, что сейчас увидит сцену, достойную мыльного сериала.

Хватит ли выдержки или лучше отвернуться?

Однако произошло то, чего никто не ожидал — пожалуй, даже сам Аэнгил: сорвавшееся с его пальцев заклинание чуть не влепилось красавице в лоб. Она успела отскочить только потому, что маг поторопился.

— Ты с ума сошёл⁈ — взвизгнула она, выставив перед собой овальный щит из фиолетовых крапинок.

— Не больше чем ты, Стелла, — холодно ответил Аэнгил, с видимым трудом поднимаясь на ноги. — Держись от меня подальше!

— С удовольствием, — в тон ему ответила магесса и отступила на несколько шагов. Улыбка испарилась с её лица, сменившись надменной гримасой.

— Ай, как грубо, мастер Римнай, — Блэймерк цокнул языком. — Ваше положение обязывает к уважительности.

— Прискорбно, что мы с вами по-разному понимаем, что такое уважительность.

— Полагаю, это не помешает нам с вами найти компромисс в одном деликатном деле, — Блэймерк широко улыбнулся. — Мастер Бринк был вашим наставником. Вы не откажетесь оказать ему маленькую услугу?..

Глава 42

— Откажусь, — безапелляционно отрезал Аэнгил. — Неважно, маленькая услуга или большая, — я не стану помогать Крадущим Свет.

Крадущие рассмеялись. Блэймерк покровительственно улыбнулся.

— Ты уже помог, когда привёл госпожу Бринк в Эленайю. Очень жаль, что ты отдал ей то письмо раньше времени, — он похлопал ладонью по обложке книги, которую продолжал держать в руке. — Но давайте-ка мы с вами пройдём под сень этого прекрасного дома и продолжим нашу милую беседу под кровлей. Здесь так припекает — как бы не случилось с кем теплового удара.

Какого ещё дома⁈

Вита оглянулась и сразу же узнала, какого: в сотне метров от магического круга сверкал белизной под лучами Светила дом Бринка — теперь такой же яркий, каким Вита его помнила. Будто кто-то взял цветную фотографию отличного качества, вырезал фрагмент ножницами и наклеил на нарисованный пейзаж. Для полноты картины не хватало лишь озера.

Крадущие похитили из Эленайи целый город, не говоря уж о Светиле, что им всего лишь один дом, пусть и большой?

Уже не осталось сомнений в том, что чистое поле — часть Рефлекта, причём именно того, в который поместили Светило Эленайи.

— Хочу сказать вам, если вы ещё не заметили — бежать отсюда некуда, — со смешком сказала госпожа Линн. — Даже не помышляйте открыть Преломление, мастер Римнай, это дурно закончится для всех нас.

Аэнгил ничего не ответил.

По поводу «припекает» Блэймерк был прав — пока все они шли до дома, Вита семь раз облилась потом. Аэнгил опасно раскраснелся, — как бы и вправду не словил тепловой удар…

Внутри вместе с упоительной после жары прохладой царил разгром — прихожая, коридор и малая гостиная демонстрировали то, что стали полем магической битвы: повсюду змеились трещины, темнели подозрительные пятна и прожжённые точки-дырочки от искр, межкомнатная дверь повисла на одной петле.

У Виты возникло ощущение дежа вю: из глубины дома навстречу вышла Майя с испугом на лице.

— Простите меня, — тихо сказала она, глядя на Виту. — Я не могла поступить иначе…

— У вас будет время для отдельной беседы, Майя. Тебе не придётся извиняться, — Блэймерк решительно оттёр женщину из коридора. — Мы вас не ожидали, мастер Римнай, и, тем не менее, рады вашему появлению. Особенно Стелла.

Александр без единого слова прошёл к входу в подвал, распахнул дверь и шагнул в темноту. За ним направился Ларм, Виту и Аэнгила подтолкнули следом.

Вита хотела оглянуться и посмотреть, кто ещё идёт с ними, но побоялась оступиться. Впрочем, про одного сопровождающего (одну) она знала точно:

— Я уже передумала радоваться, — капризно откликнулась на слова Ларма Стелла. По ступенькам звонко цокали её каблучки. — Его поведение показывает, что он побывал в этом отвратительном мирке, как же там?.. Зе-Ро, да? Пустосветное Светило напекло бедняге голову и превратило его мозг в изюминку. Но, может быть, наше лекарство поможет ему образумиться?

В её вопросе прозвучала нескрываемая издёвка.

— С каких это пор Крадущие Свет сделались целителями? — осведомился Аэнгил.

— С тех самых, как Гильдия сделалась скорбной умом. Кто-то же должен её исцелить. Признай же, Аэнгил, что это правда.

— Даже если и так, решать это не тебе.

На этом разговор оборвался: Александр привёл всех в святая святых — в свою лабораторию.

Вита в ней несколько раз бывала, но могла поклясться, что раньше всё выглядело по-другому. Теперь же это был огромный подземный зал, — почти наверняка раскинувшийся и за пределы дома, — ярко освещённый белыми сферами, полностью отделанный светло-серым минералом. Простая мебель занимала едва ли четвертинку площади, ближайшую к дверям; на столах, подставках и полках стояли всевозможные