Оковы Гарпии - Катерина Траум

«Еще», — молила в его фантазиях Габриэлла, приглашающе откидывая голову, подставляя шею под поцелуи.

— Черт…

Цветы, ванильная пудра, весенняя зелень — эти духи Анджей бы узнал из тысячи запахов, и теперь они снова ему мерещились. Сладость нежной кожи на языке, будто солоноватая карамель. Но еще ярче — терпкий вкус открытого желания. Порочный, восхитительный вкус самой Габриэллы.

Приглушенный отчаянный стон ненадолго перебил звук льющейся воды. Хватило пары резких движений, чтобы кончить в ладонь. Тяжело дыша ртом, Анджей прислонился лбом к холодной кафельной стене. Он был в ужасе от самого себя: будто снова подросток, втихую пытающийся справиться с гормонами. И самое паршивое: даже короткая разрядка не помогла вычистить образ оргазмирующей Бэмби из головы.

С ним Анджей и уснул этой ночью, не представляя, как переживет новый день и при этом не тронется умом.

А утро для него началось достаточно опасно: едва он собрался для работы и спустился на первый этаж, предварительно убедившись, что Габриэлла еще досыпала в кровати — ему пришлось столкнуться с неспешно завтракающей Элен.

— Присоединяйся, Анджей, — она столь повелительно кивнула ему на стул по другую сторону обеденного стола, что сразу стало ясно: это ни разу не приглашение, а приказ. — Нора, подай вторую порцию.

— Минуту, мисс Элен, — домработница засуетилась, быстро расставляя новую пару приборов и тарелку с яичницей. — Кофе, Анджей?

— Спасибо, Нора. Без сахара, если можно.

Он тепло улыбнулся прислуге — с ней у него с первого дня установились мирные отношения на равных без особых откровенностей. Сев за стол, Анджей не спешил приступать к еде, хоть зажаристый бекон и манил на тарелке. Но под таким внимательным взглядом Гарпии кусок встрянет поперек горла.

— Как прошел прием у виконтессы Одли? — невинно поинтересовалась та, следом откусив тост с сыром.

— Скучно. Напыщенные рожи аристократов и несъедобные закуски, — Анджей как можно более безразлично пожал плечами и для отвода глаз взял вилку.

Элен прищурилась, как если бы хотела разглядеть нечто под самой его кожей. Невольно появилась мысль, что видела она куда больше, чем хотела показать — возможно, даже заметила вчера в окно, как он нес Габриэллу из машины. Но в таком случае она бы точно вышла для расспроса и замечаний… Или нет?

Насчет чего Анджей уже устал делать предположения в этом доме: есть ли между матерью и дочерью хоть какая-то ниточка, хоть налет искреннего беспокойства за судьбу друг друга.

— Мне сказали, Габи рано исчезла. Но она никогда не любила такие сборища: в этом мы слишком похожи, — Элен усмехнулась, будто сама идея о схожести глупа по своей сути. — Зачем она туда вообще потащилась — вот это интересный вопрос.

Она приподняла черную бровь, явно ожидая пояснений от Анджея. Тот взял спасительную паузу, сунув в рот кусок бекона — отличный повод не отвечать. Но больше не было смысла хранить информацию про делишки Коллуэла при себе — мыльный пузырь вчера лопнул. Габриэлла больше не нуждается в этом шантаже, и вряд ли будет против, если Гарпия нападет на след проходимца, который дурил ей голову.

— Кстати, все не было времени поблагодарить тебя за наводку на этого Роберта Сандерса, — сменила Элен легкое давление на благодарный тон. — Это действительно был он, на его машине даже вмятина осталась. Жаль лишь, что следствие в тупике, потому как паршивец утверждает, что действовал по чужому приказу.

— Приказу? — удивился Анджей. — Он в рабстве?

— Если верить его словам, конечно. Проблема в том, что он не говорит, кто его хозяин, а без самого контракта такие заявления ничего не стоят. Вот и выходит: виновник есть, но какова степень его ответственности? Как у исполнителя чужого приказа или все-таки как у инициатора преступления? Благо, конечно, Сандерса не пришлось отпускать вовсе — спасибо закону Лэйка…

Элен вздохнула и отпила кофе. На ее строгом лице читалось неудовольствие, граничащее с досадой — похоже, ее тоже расстроил такой поворот дела. Знания Анджея о системе рабства вряд ли отличались глубиной, так что он решился уточнить:

— Простите, полковник: боюсь, не совсем понимаю. Что за закон Лэйка?

— Раньше в системе была серьезная брешь, — мирно пояснила Элен, походя доедая тост. — До тысяча девятьсот двадцать девятого года за злодеяния, совершенные по приказу хозяина, раб не наказывался уголовной системой вообще. В прошлом веке это казалось логичным, наверное. Но со временем лазейку постоянно стали использовать преступники. Сказать, что ты на контракте, и по нему не имеешь права разглашать имя хозяина — и пусть инспектор собьется с ног в поисках… Первым заявил о необходимости внесения поправки в эту часть коронный обвинитель Киллиан Лэйк, которого подобная канитель знатно потрепала. Теперь в законе о рабстве есть важное дополнение: в случае, если хозяин приказывает идти на преступление, раб имеет право обратиться в полицию и сдать его властям без последствий для себя, и это не будет нарушением контракта. Разделение ответственности: если раб идет на преступление пусть даже и по приказу господина, он так или иначе тоже будет наказан за него, потому как у него был законный и честный способ отказаться убивать, грабить или делать еще что-то в том же духе. Если Сандрес и впрямь действовал по приказу, судить будут и его, и того, в чьих руках его контракт. Если такой человек, разумеется, существует, и это не способ потянуть время.

— Попробуйте прижать Нейта Коллуэла, — оценив важность поправки в закон, серьезно заявил Анджей и отложил приборы. — Если у Роба и впрямь есть хозяин, то это точно он.

— Инспектору нужно разрешение на обыск у Коллуэла, но для него нет официальных оснований, — не моргнув, ответила Элен без малейшего признака изумления от прозвучавшего имени. Она снисходительно улыбнулась, уловив реакцию Анджея на этот факт: — Немчонок, я прекрасно знаю, кто против меня играет. Жалкие детишки с их жалкими политическими амбициями и совершенно недалекими представлениями о власти в целом. Потолок Коллуэла — дурить головы студенткам да писать статейки про футбол. Не спорю, его ход с подброшенными мне бумагами был дерзкий, даже смелый — я оценила. Но чего я совсем не ценю — когда кто-то пытается манипулировать моей дочерью.

— Вы знали, — шокированно прошептал Анджей, в который раз поражаясь этой женщине. — Вы знали, что Габриэлла слушается Нейта, что он ее вдохновитель. Почему тогда бы просто… не уничтожить всю его вшивую шайку вместе с редакцией «Бигля»? Ваших ресурсов хватило бы…

— Сразу видно человека, у которого нет своих детей. Иначе