Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена - Екатерина Гераскина

— Он ведь встанет? — император выпрямился. Я с трудом повернул голову и посмотрел на Бель, которая тоже замерла и смотрела на меня. — Или ты и правда с букетом вереска наперевес пойдёшь? Это ведь иносказание, да? Так присущая предсказаниям?

Но Бель молчала и смотрела на меня, а до меня начало доходить.

Я калека.

Я попытался почувствовать руки. Пальцы чувствовал и мог ими шевелить. Просто была слабость. А вот ног… сколько бы ни пытался, не чувствовал. Совсем. Потом всплыло, как мне перерезали сухожилия, как проткнули грудь… со спины. Подлый удар в спину клинком.

Я закашлялся. Бель тут же поднесла к губам деревянную чашку. Пить хотелось, но там был какой-то настой. Горький, вязкий. Но я всё равно жадно выпил.

Кашель ушёл, стало легче, боль притупилась. Я повернул голову в сторону императора и прожёг его злым взглядом.

Тот вздохнул и присел на кусок дерева, стоявший неподалёку.

— Где… я? Сколько я уже в таком… состоянии? — едва хрипел. — Чем… все… закончилось?

— Неделю провалялся без сознания. Напугал. Лишиться сразу двух генералов — это удар по империи. Я теперь даже склонен думать, что вас специально вывели из строя. Неприятно думать, что враги в край обнаглели. Даже не демоны, а мои собственные подданные. Я вместо того, чтобы быть со своей беременной супругой, ночую у Гиблого Леса, хотя есть в этом и преимущество — здесь ни меня, ни её никто искать не будет. Кому в голову придёт, что император тут.

Потом Эрэйн рассказал, что прорывы были закрыты. Ни одна тварь не ушла в глубь территории.

— Кто… это был? Кто… в спину… ударил…

— Белль была так милосердна, что оставила в живых предателя. Мы обыскали его и допросили. Вернее, твои воины сами это сделали. Офицеры у тебя хорошие. Каждый из воинов желал помочь, пока мы тебя доставляли сюда.

Он устало провёл рукой по лицу.

— Оказалось, он прибыл с последним пополнением. И был перевербован. Он мятежник-клеверник. Но я подозреваю, что из той части мятежников не где мой брат, тот самый с ожогом на виске парень, а с той частью мятежников, которые в сговоре с демонами и которые помогали им принимать личину драконов.

Он скривился.

— Какими нужно быть беспринципными тварями, чтобы ударить в спину генерала, который охраняет их же задницы. Что в головах у тех идиотов, которые думают, что демоны помогают просто так? Они пройдут огнём по нашим землям. Убьют мужчин, возьмут в рабство женщин и детей. Как можно помогать им? Ладно, мятежники против моего правления. У каждой власти есть те, кто недоволен ею. Но чтобы якшаться с демонами — это нужно быть совершенными уродами и мерзавцами.

Я с трудом выдохнул.

— У тебя есть брат? Какая у него… магия?

— Не знаю. Но он то появляется, то исчезает. И он, конечно, совершенно зол на меня за то, что я убил нашего отца. И вообще в моей семье слишком много тайн. Но сейчас не об этом. Главное — армия осталась без генерала. А демоны как-то начали создавать тварей, да ещё и василисков откопали. Бездна их всех раздери! — процедил император и сжал кулак. — Почти все воины, что закрыли прорыв, отравлены. Бель, не смыкая глаз, варит зелье противоядия и ухаживает за тобой.

Он замолчал, затем продолжил:

— Я перевожу новые партии на фронт. Но правда в том, что армия сейчас не способна на противостояние с демонами. Ещё один такой прорыв — и эти твари расползутся по лесам, уничтожая всё на своём пути и мирных жителей тоже. А после демонам никто не будет мешать вторгнуться и закончить начатое. Мы в полной заднице, генерал.

Я сглотнул, чувствуя горечь во рту.

— Предсказание… Я так понял, что Гиблый… Лес примыкает к границе демонов. Там… что-то есть…

— Об этом будет узнавать Бель.

— Нет.

— Да, Рейгард. Другого выбора нет.

— Я ведь просил… забрать её. Ваше величество…

— Можешь звать меня Эрэйн.

— Я официальное… прошение написал.

— Я, как император, — усмехнулся Эрэйн, — проигнорировал его. Есть у меня такая блажь. Вот такой вот я подлец и самодур.

Он чуть подался вперёд, посмотрел на меня внимательнее.

— Это, конечно, хорошо, что ты тут подыхать собрался. Кучу бумаг подготовил. Но управлять армией некому. Так что вперёд, генерал, лечись. Или твоя супруга пойдет одна через Гиблый Лес.

Он на секунду замолчал, потом еще больше оскалился в улыбке.

— А хочешь, я тебе кое-что расскажу? Бель говорила, что вот для таких как ты нужна мотивация.

Я обвел взглядом пространство. Бель тут не было. Она куда-то ушла.

Потом император закинул ногу на ногу и, покачивая носком сапога, проговорил:

— Помнишь своего дружка, лорда Пирея Эна?

Я напрягся. Эта заноза давно сидела в моём сердце. Это была та самая точка, после которой я уже не был прежним.

— Вижу по глазам — помнишь своего товарища. Твоими руками убитого. Ты так убивался по этому поводу. Был раздавлен. Столько проблем сулила вся эта ситуация. Ты ведь единственный наследник и мог загреметь в казематы. А там еще и у отца твоего проблемы начались. Впали в немилость ко мне.

— К чему всё это? — прохрипел я.

— Так жив твой Пирей. Живёт себе припеваючи в Песчаном клане. Жену завёл. И не вспоминает о друге, которого подставил.

— ЧТО?!

Это новость как молния прошила меня. Я начал подниматься. Зелье Бель действительно давало силы. Я приподнял корпус, пот струился по вискам, меня шатало, мутило, но… я все равно не хотел лежать трупом после всего, что услышал!

Сил было мало, я почти заваливался обратно, но злости было больше. Я на локтях потянул тело в сторону императора, а тот довольно скалился, наблюдая за моими попытками.

— Ты уже догадался, да? — издевался император. А у меня такая пелена упала на глаза. Хотелось схватить и убить императора. И плевать, кто он.

— Это ты все устрроил?

— Твоя Бель выбрала себе мужа — я ей дал его. А методы уж какие были… — пожал плечами Эрэйн, словно речь шла о какой-то мелочи.

— Ты собиррался меня посадить за то, что я не соверршал!

— А не нужно выбирать себе сомнительных друзей, которые опоили тебя и подставили. Кстати, твой друг охотно принял деньги на погашение своего карточного долга, — оскалился Эрэйн. — И спокойно согласился с предложенными условиями, решив просто исчезнуть с приличным отступным.

— Ты сказал: либо я женюсь, либо иду в тюрьму за его убийство. И