Жестокое правление - Моника Кейн

Мое горло сжимается от неожиданных эмоций.

— Почему ты это сделал для меня? Я не понимаю.

— Я тоже, zhena moya. Не все в этом мире имеет смысл.

— Как ты меня назвал?

Один уголок его рта поднимается в улыбке.

— Моя жена.

Мое сердце замирает, и я отворачиваюсь, пытаясь избежать этого опасного чувства, которое нарастает между нами.

— Похоже, тебе нужно сменить штаны, — говорю я, многозначительно глядя на явное мокрое пятно на его джинсах.

— Ничего не поделаешь. То, как ты обмочила мою руку, было чертовски возбуждающим. Стоило того, чтобы кончить в штаны.

Грязный язык Павла пронзил мое и без того перевозбужденное тело еще одной волной жара. Мне нужно создать между нами некоторую дистанцию.

Я заправляю волосы за уши.

— Э-э, нам, наверное, стоит убираться отсюда, пока Кин не пришел нас искать.

Ярик вывел его на улицу, но кто знает, надолго ли.

Павел приоткрывает дверь, выглядывает, затем кивает.

— Путь свободен.

Мы выскальзываем, как подростки, нарушающие комендантский час, быстро поднимаемся по лестнице, чувствуя легкое головокружение. Ноги у меня подкашиваются, тело все еще дрожит от последующих толчков того ошеломляющего оргазма.

На верху лестницы я останавливаюсь у своей спальни, а Павел продолжает идти к своей.

— Эй, — тихо зову я. Он поворачивается, вопросительно поднимая брови. — Еще раз спасибо, что поиграл с нами.

Он пожимает плечами.

— Это было самое веселое, что со мной было за долгое время.

Кин наконец уснул, растянувшись на кровати, как морская звезда, с одной рукой за головой. Я несколько минут слушаю его ровное дыхание, прежде чем достать планшет с тумбочки.

Я откладывала это несколько дней, хотя не знаю, почему. Я же не могу проверить их систему безопасности, не вызвав подозрений. На самом деле у меня нет другого выбора, кроме как написать дяде Чену и надеяться, что зашифрованного сервера, который он для нас настроил, будет достаточно.

Но я не могу больше ждать. Не после сегодняшнего дня.

Не после того, как Павел назвал меня «моя жена» по-русски и я растаяла. Не после того, как я увидела, как он теснится за диваном с Кином, и они оба улыбаются как идиоты, и я начала думать о том, каково это на самом деле — быть семьей.

В моей голове полный беспорядок, и именно поэтому я должна связаться с Ченом, пока не забыла, что этот человек помог организовать смерть моего отца. Пока я не начала верить, что химия между нами означает что-то большее.

И, Боже, пока никто не заметил, как Кин начинает понемногу походить на своего отца. Он уже высокий для своего возраста, и его левая бровь имеет такой же легкий изгиб, как у Павла. Может быть, для других это незаметно, но я вижу это ясно.

Этот страх преследует меня каждый раз, когда я вижу их вместе. То, как лицо Павла смягчается, когда он разговаривает с Кином. Защитные инстинкты, которые я вижу. Если он когда-нибудь соединит все точки, он никогда не позволит нам уйти. Хуже того, он захочет, чтобы Кин вырос в этом мире насилия и преступности. Мой сын станет еще одним солдатом Синдиката.

Я не могу этого допустить.

Я открываю браузер и перехожу на сайт, похожий на фитнес-блог под названием «Здоровый образ жизни сегодня». Для тех, кто следит за мной, я просматриваю программы тренировок. Но, нажимая на определенные изображения упражнений в точном порядке, я открываю скрытый чат через зашифрованное соединение.

Мое сердце замирает, когда я вижу, что меня уже ждет сообщение.

Хоуп, я очень волновался после твоего голосового сообщения. Надеюсь, ты и Кин в безопасности. Скажи, что тебе нужно, и я все устрою. Я поклялся твоему отцу, что буду заботиться о тебе, и не нарушу своего слова. — Ч

Меня охватывает облегчение от того, что он все еще готов помочь.

Мои пальцы парят над клавиатурой, ища подходящие слова, чтобы описать мою ситуацию.

Здесь я чувствую себя в большей безопасности, чем когда-либо с Саймоном.

Может быть, и нет.

Я боюсь, что влюбилась в своего похитителя/мужа/отца моего ребенка.

Тоже нет.

Я решаю написать сообщение, в котором намеренно не указываю подробности, но которое, надеюсь, успокоит его и убедит, что нам не угрожает непосредственная опасность.

Дядя, спасибо, что не отказался от нас. Кин и я пока в безопасности, но нас держат в комплексе Синдиката под Москвой. Территория тщательно охраняется, но, возможно, есть способ сбежать, если ты сможешь перевести деньги из трастового фонда на мой счет. Банк одобрил выпуск моих средств? Я тебе очень благодарна. — Х

Я нажимаю «Отправить», не успев передумать. Чен знает, что делать. Как только банк выпустит средства, они будут переведены на счет, который мой отец открыл много лет назад. Получить доступ к этому счету — вот в чем настоящая проблема. Мне понадобится компьютер без ограничений, а это значит, что нужно каким-то образом проникнуть в офис Павла.

Но, черт возьми, я могу думать только об одном шаге за раз.

Следующие двадцать минут я провожу, переходя по случайным сайтам — рецепты, драмы знаменитостей, страницы покупок — чтобы создать нормальное поведение при просмотре, чтобы их алгоритмы безопасности не обнаружили ничего необычного.

Наконец, я выключаю планшет и снова забираюсь под одеяло. Я смотрю в потолок и думаю о жизни, за которую я борюсь: мы с Кином в Новой Зеландии, живем как нормальные люди в тихом месте, где нас не может коснуться насилие.

Так почему же эта перспектива больше не наполняет меня восторгом?

30

Павел

Красные стробоскопы прорезают туман сигаретного дыма и дешевых духов, окрашивая все в VIP-зале в оттенки багряного и тени. Не совсем то место, которое я бы выбрал для переговоров о поставках оружия, но Дмитрий Аслан, глава турецкого Багряного братства, настаивает на том, чтобы вести дела там, где он может смотреть на полуобнаженных женщин.

За стеклянным столом Аслан откидывается на спинку стула, как будто он здесь хозяин, и каждый раз, когда он улыбается, сверкают его золотые зубы. По бокам от него сидят три его заместителя, все в дорогих костюмах, которые не могут скрыть того факта, что они всего на одно поколение дальше от уличных бандитов.

— Эти «Джавелины», — говорит он, не отрывая глаз от блондинки, кружащейся на сцене над нами, — они американского военного образца?

— Прямо от дилера в Бенгази, — подтверждает Роман, перемещая планшет по кожаной скамейке. — Характеристики