Любовь генерального - Асти Брамс

– Нужен, – подтвердила Надя. – Очень нужен! И твои чувства… они тоже очень важны для меня, Рома!

В груди молотом забило сердце. Столько эмоций разом поднялось от ее слов, что я не до конца доверял своим ушам.

Не смог устоять перед соблазном – потянулся и коснулся пальцами её нежного лица.

– Я знаю, моя девочка.

Взгляд опустился к приоткрытым губам мышонка. Притяжение зашкаливало, сложилось ощущение, будто с меня сбросили тяжеленые оковы! Я не только подумал о том, как хочу поцеловать ее, но и собрался сделать это. И Надя совершенно неожиданно потянулась к моим губам… Но стук в дверь резко нарушил этот волшебный момент. Мало того, через секунду ручка дернулась и тот, кто стучал собрался без спроса войти в кабинет.

Надя резко отступила от меня, а я на рефлексе ударил ладонью по двери, захлопывая ее.

– Пап?..

Встретившись взглядом с мышонком, которая окончательно стушевалась, понимая, что момент безвозвратно нарушен, я опустил ладонь. Взялся за ручку и впустил Адриана. Войдя в кабинет, он сразу озадаченно нас оглядел.

– Сорри… Не знал, что ты занят, – неловко произнес сын, почесав загривок. – Я просто хотел убедиться, что с тобой все окей…

– Я уже ухожу! – неожиданно воскликнула Надя. – Я тоже пришла, чтобы удостовериться, что… Ну в общем мне пора… Кошку надо кормить!

Бросив короткий взгляд в мою сторону, она суетливо шагнула к двери, заставляя Адриана посторониться.

– Постарайся отдохнуть! – настоятельно вытолкнул я ей вслед.

Ответив кивком, она скрылась в коридоре, а я встретился глазами с сыном. Тут же воцарилась неуютная атмосфера. Он хмурился и не выдерживал зрительного контакта – все еще обижался на меня.

– Извини, не хотел мешать, – буркнул постно.

– Всё в порядке. Заходи.

Я сделал пригласительный жест рукой, но Адриан лишь сунул руки в карманы спортивных штанов.

– Да не, я… Просто узнать хотел, что там и как закончилось в итоге с ментами? Но раз ты здесь, видимо все окей…

– Я всё тебе подробно расскажу, – теплым тоном уверил сына. – Только дела закончу, и мы поговорим, ладно?

Он кивнул, по-прежнему избегая моего взгляда.

– Лады.

Отступив к двери, Адриан больше не собирался задерживаться в кабинете, но я его остановил:

– Сын!

– А?.. – Он оглянулся с вопросительным выражением лица.

– Я сожалею, что сорвался на тебе тогда. Мне стоило вести себя сдержаннее, – признал я, виноватым голосом. – В последнее время слишком много всего происходит и мне трудно себя контролировать…

– Да, я понимаю. Проехали! – снисходительно воскликнул сын. – Давай, заканчивай свои дела, отдохни и поболтаем.

Я улыбнулся.

– Хорошо.

Криво улыбнувшись в ответ, он вышел за дверь, а внутри меня возникло такое забытое чувство… приятное и теплое. Как будто я получил долгожданное вознаграждение. Наконец, хаотичное течение наладилось и хоть какая-то сфера в жизни пошла в нужном направлении! Очень важная сфера.

Довольно оперативно доделав дела, я сразу отправился в спальню. Приняв быстрый душ, улёгся в кровать, выделив себе на сон три часа. Этого должно было хватить, чтобы набраться энергии до конца дня.

Глаза сомкнулись, и я мгновенно уснул. И во сне мне было спокойно и хорошо. Потому что совсем рядом я слышала ее размеренное дыхание.

Глава 23

Надя

Отдых мне действительно был необходимо. Я покормила Машку, приняла душ, позавтракала сама, но внутри никак не смолкало волнение, наполнившее грудную клетку после разговора с Ромой в кабинете. Разговора и моего внезапного порыва закрепить свои слова или скорее выразить чувства, которые так долго пылали внутри, поцелуем. Словно все маски разом спали, руки были развязаны и больше ничего не мешало мне быть настоящей…

Но ситуация осталась незавершенной. Нас прервали, будто по велению судьбы, будто намеренно, чтобы я еще раз переосмыслила свои чувства и действия. Я ведь очень устала, не спала, испугалась из-за обострившейся ситуации с конкурентами и ощущала давление вины из-за того, что оттолкнула Рому… Что если это все и стало причиной моего желания сблизиться? Просто застало врасплох, сложилось в момент слабости и с любовью не имеет ничего общего?

Боже, как же я запуталась… Меня безумно тянуло к нему. Но в то же время, так сильно сдерживало, будто шипы врезались в сердце всякий раз, как думала о том, чтобы простить обиды, перестать бояться и позволить себе довериться. Позволить любить.

От недосыпа было так дурно, что сразу после завтрака я поднялась в свою спальню. Легла в постель, да только сон совершенно не шел… Я вроде только уходила в дрему, но тут же просыпалась от неуправляемого чувства тревоги. И лишь вспоминая, что увидела Рому, что он дома, успокаивалась и вновь закрывала глаза.

Эта пытка длилась до двенадцати дня. Я уже готова была выть от усталости и неуемного беспокойства в сердце. Мне словно не хватало того, что хозяин дома вернулся. Я не ощущала безопасности и находилась в каком-то неведении насчет настоящего положения дел. Из-за моей беременности, Рома ведь и правда мог многое утаивать!

Просидев на краю кровати какое-то время и ощущая слабые толчки такой же уставшей малышки, я вдруг решительно поднялась. Не обуваясь, и не надевая халат, я вышла из спальни и подошла к соседней двери. Замерев возле нее, мгновенно испытала всплеск волнения. Но сейчас он не мог меня остановить. Поэтому решительно обхватив ручку, я нажала на нее и вошла в мужскую спальню.

В первое мгновение замерла, оказавшись в густом полумраке. Плотные шторы закрывали свет дня, напомнив о том, что Рома спал. Отнесшись к этому с уважением, я тихонько закрыла за собой дверь и на цыпочках направилась к двуспальной кровати. Задержала взгляд на мощной широкой мужской спине, испещренной рубцами. Укрытый по пояс черной простыней, Рома лежал на животе, обхватив рукой подушку и крепко спал. Так крепко, что казалось всю тяжесть мира взвалили на его плечи.

Ощущая трепет и робость, я некоторое время просто смотрела на хозяина спальни. Затем сдвинулась с места и очень осторожно, стараясь не потревожить его сон, забралась на постель. Я легла на соседнюю подушку – очень близко к телу Ромы, так что каждая черточка безмятежного лица была видна. И каждая трещинка шрамов. Изучая их взглядом, в какой-то момент протянула руку и невесомо коснулась взъерошенных темно-серых волос,