21 день - Анна Гром

себя лишь горячую близость и терпкое ощущение между ног. Дэмиан с трудом сдерживался, дожидаясь меня. Я подалась ему навстречу, толкнула в грудь, заставила подняться, сесть. Мы снова были лицом лицу, и теперь я задавала ритм, и чувствовала его глубже, полнее, до кругов перед глазами, до звона в ушах, до острых вспышек боли. Дэмиан вдруг перехватил меня за талию, остановил и резко покинул моё тело. Я крепко обхватила его за плечи, за спину, чувствуя, как он вздрагивает в моих руках, беззащитный, открытый, мой. Вязкие капли стянули кожу на животе до зуда, щекотно растеклись вниз к промежности. Едва придя в себя, Дэм снова уложил меня на спину. Я не сопротивлялась. Но попытку спуститься ниже и закончить начатое, я остановила.

– Всё нормально. Правда, всё хорошо. Я сейчас не смогу. Давай потом, пожалуйста, позже. Мне сейчас очень хорошо.

Я взяла его ладонь в свою, прислонила к щеке, зарылась в неё носом, поцеловала. На ней оставался мой запах. Безграничное доверие, понимание и нежность – я закуталась в Дэмиана, словно в кокон. Дэмиан согревал меня – моё тело и душу, я полностью погрузилась в него, не боясь застрять и стать поглощённой. Я знала, что смогу оставаться сама собой, и смело заявлять о своих желаниях и нежеланиях. И знала, что смогу не только брать, но и отдавать – потому что теперь снова могла любить.

– Я люблю тебя, Флор, – выдохнул он мне в губы. – Даже если ты не ответишь мне тем же… Даже если ты никогда меня не полюбишь… Это не важно… Вот такой я ужасный человек, – он усмехнулся, я почувствовала, как что-то внутри меня сжалось и разбилось на мелкие куски. Это было слишком сильно. Сильнее чем всё, что мы только что пережили. Чем всё то, что когда-то пережила я.

Я дотронулась пальцем до его губ, оставила на них легкий поцелуй.

– Ужасный, – я усмехнулась, закатила глаза, а после взяла его лицо в ладони и сказала со всей серьёзностью. – Ты самый лучший. Ты самый дорогой…

Я лежала на его груди, выводила на ней узоры кончиками пальцев, думая обо всём и ни о чём одновременно, и когда он, измученный долгими ночными дежурствами и эмоциональными встрясками, уснул, долго смотрела на его безмятежное, красивое лицо.

Глава 37

Раньше я просыпалась ровно за десять минут до сирены. Сейчас, когда график подачи оповещений изменился, проснувшись, я не могла понять, сколько времени. И мне впервые не было холодно. Мне было жарко. Душно, словно система вентиляции в одночасье перестала работать.

Я осторожно прислушалась к себе: мои ноги не были привычно ледяными – они переплелись с тёплыми ногами Дэма. Это было самым ярким ощущением, первым ощущением, встретившим меня после пробуждения. Дома, под тонким шерстным одеялом я давно бы задрогла…

Места было мало, мы лежали рядом, близко-близко, Дэм обнимал мою спину, моя голова покоилась на его плече. От тесноты у меня затекала рука, но я не могла ей двинуть, словно она налилась свинцом. Я вообще не могла двигаться – боялась, что мне всё это кажется. Что я проснусь и пойму – это очередной сон. Яркий, реалистичный, но всего лишь сон.

Балансируя на грани сна и реальности, я почувствовала, как Дэмиан шевельнулся. Проснулся, словно почувствовал, что просыпаюсь и я. Двинулся ко мне ближе, обнял крепче, зарылся носом в волосы, поцеловал в шею. Мне хотелось что-то сказать – возможно, элементарно пожелать доброго утра, но язык неподвижно застыл во рту, отмахиваясь от команд сонного мозга. Или я просто не знала, что говорить – статус наших отношений изменился буквально за несколько десятков часов. Стремительно взлетев от рабочих через дружеские к романтическим. Это ощущение новизны, азарта, таких скорых перемен в жизни занимало меня больше всего остального. Больше моей работы, больше моей ответственности. Я знала, что рано или поздно придётся выбираться из этой уютной дремоты, но сейчас я только чувствовала. Не думая.

Чувствовала, как его ладонь скользнула по груди, двинулась вдоль по животу, задержалась между ног. Его пальцы скользнули внутрь. Со стоном я выдохнула, даже не заметив, что от остроты ощущений задержала дыхание – мне хватило пары минут, чтобы снова завестись. Я не имела ничего против – суровая реальность и страх, что у меня снова ничего не выйдет, ещё не успели взять верх. Я отпустила себя. Больше не было ни тягостного прошлого, ни страшного будущего, был только момент, этот единственный момент, который никогда больше не повторится, и этим он был ценен.

Внутри меня сжималась пружина, грохотавшее под самым горлом сердце омывалось огнём – тело горело, но не в болезненной лихорадке, а в глубоком чувственном удовольствии, медленно, но неумолимо приближающимся к развязке. Невероятно – я и забыла, насколько это сильно. Мышцы пронзила мелкая дрожь. Это ощущение – ощущение подступающего оргазма – нельзя было спутать ни с каким другим. От неожиданности я распахнула глаза и попыталась отползти, рефлекторно защищаясь от слишком сильных ощущений, но Дэмиан не позволил, прижал к себе крепче. Тело окаменело, я сжала его руку бёдрами, словно капканом, наверняка делая больно. В голове словно что-то взорвалось, сердце, бешено качающее по организму кровь, обмякло, провалилось куда-то вглубь грудной клетки, словно сдувшийся мясной шарик.

Когда всё закончилось, внутри, ниже рёбер я не чувствовала ничего, лишь пустоту и лёгкость. Дэмиан оказался удивительно целеустремленным и здесь – ему было важно сделать мне так же хорошо, как было со мной ему. Ещё секунда, и пальцы сменились на нечто гораздо большее, и отголоски только что прошедшего оргазма стали ярче – и я больше не замирала, боясь спугнуть это ощущение, я следовала за ним: прогибалась в спине, извивалась, стараясь выбрать угол, где проникновение было бы глубже, острее. Ногти царапали стенку дивана, тревожа короткий плюшевый ворс, оставляя белые следы, когда волна накрыла меня вновь – наверное, меня слышала бы полздания, если бы не шумоизоляция.

Дэмиан перекинул через меня ногу и придавил меня к постели своим весом, я ощутила его мокрой от пота спиной – горячего, суматошного, дрожащего. Его ладони лежали на моих, пальцы переплетались, его дыхание на моей шее холодило чуть прикусанную, мокрую от поцелуев кожу… Я так боялась потерять контроль. Боялась снова отдать кому-то власть над собой, над своим сердцем, своим телом. Теперь я смотрела своему страху в глаза и понимала, что страха больше нет. Я была