Просто ещё один летний враг - Ариэль Хендрикс

— Эм, что?

Ава возвращается в мой кабинет с кофе в руке и ставит чашку на мой стол.

— Мне нужно, чтобы ты забронировала билет первым классом из Коконат-Бич сюда на сегодня, днём. Её зовут Саммер Салливан.

Ава моргает, глядя на меня.

— Эм, да, сэр.

— Отправь подтверждение на этот адрес электронной почты. И пусть Берт её встретит.

Я записываю электронную почту Саммер на стикере.

Берт — мой водитель, когда я в городе.

Она кивает, поджимая губы, прежде чем развернуться, чтобы уйти.

— Я опаздываю на встречу, хорошо? Но увидимся сегодня вечером. Мой водитель, Берт, тебя встретит.

На мониторе я вижу, что лицо Саммер побледнело. Она открывает и закрывает рот, ничего не ответив. Я нажимаю кнопку завершения вызова, наблюдая, как она отводит телефон и смотрит на экран.

Мои пальцы барабанят по столу.

«Полагаю, мне просто придётся подождать и посмотреть, появится ли она».

Когда я арендовал этот пентхаус в Майами, не видя его заранее, пилон в главной спальне показался мне безвкусным. Конечно, я заплатил, чтобы его тщательно вычистили, и никогда не представлял, что услышу, как Саммер Салливан признаётся, что ходила на занятия по танцам на пилоне.

На мне только серые спортивные штаны, я открываю бутылку игристого розе, когда слышу тихий стук в дверь. Иду и открываю. Саммер стоит там в белых спортивных штанах и розовом кроп-топе. Спортивная сумка висит на плече.

Она склоняет голову.

— Ты собираешься пригласить меня войти?

Я облизываю губы, протягивая руку, чтобы снять сумку с её плеча. Она позволяет и входит, когда я отступаю. Я закрываю дверь, следуя за Саммер, пока она идёт по блестящему пространству.

Я почти забыл, насколько она вызывает зависимость, за последние два дня. Меня тянет к ней, как магнит к металлу.

Квартира была полностью меблирована, чистая и современная. Она подходит к полностью чёрному кухонному острову и берёт один из двух бокалов, которые я только что наполнил.

— Здесь так… холодно, — говорит она, делая глоток вина и снова обращая на меня свои большие зелёные глаза.

Я ставлю её сумку рядом с островом и беру свой бокал.

— Теперь стало теплее.

Я касаюсь краем своего бокала её, глядя на неё сверху вниз. Она приоткрывает губы, вдыхая, прежде чем ресницы дрожат и поднимаются, чтобы изучить мой рот.

— Я почти не села на самолёт.

— Рад, что села, — бормочу я.

Электрический ток между нами невозможно отрицать. Она медленно отпивает вино, прежде чем облизать нижнюю губу.

— Почему ты пригласил меня сюда, Дейтон?

— Ты обещала мне танец, которого я так и не получил. У меня есть пилон, а ты танцовщица.

— Уверена, в этом городе полно таких. Более профессиональных.

— Я сказал тебе, что у меня очень конкретные вкусы.

— Какие?

Она прижимается бедром к моему кухонному острову.

Я ставлю бокал, прежде чем сдаюсь и наконец касаюсь её, мои пальцы обхватывают полоску загорелой кожи на её талии. Обеими руками я поднимаю её на столешницу и вклиниваюсь между её коленей, разводя те в стороны.

Её свободная рука сжимает мой бицепс. Волосы заплетены в свободную косу на плече. Я стягиваю резинку и провожу пальцами по медовым прядям, распуская.

— Я загуглила Аву, — признаётся она.

Я ухмыляюсь, моя голая грудь будто расправляется.

— И?

— И она великолепна. Она играет в теннис.

Мой большой палец скользит по мягкой коже её живота, но мне нужно быть ближе. Я веду руку выше, к её рёбрам, точно так же, как мы делали, когда были подростками, а я был так возбужден из-за неё, что не мог контролировать свои порывы.

— Но она не ты.

Я наклоняюсь вперёд, носом прижимаясь к боку шеи, где вдыхаю её запах кокоса и морской соли.

— И она модель. Для люксового бренда ухода за кожей. У неё нет пор.

— Но она не ты, — шепчу я, вплетая пальцы в её шелковистые волосы.

— Я видела ту девушку, которая отметила тебя в соцсетях. Твою бывшую, Ноэль. Она…

— Не ты, — шепчу я. — Ни одна из них.

Я отстраняюсь, ищу её глаза, прежде чем прижаться губами к её губам.

Она тает, тело расслабляется напротив моего, мгновенно лишаясь опоры. Я обхватываю ладонью её затылок, другой рукой прижимая её поясницу ближе. Она на вкус как шоколад и вино.

Она ахает, когда моя эрекция трётся о её бедро. Мне нужно прямо сейчас почувствовать её изнутри, но сначала я хочу увидеть её. Я поднимаю её, и она тут же обвивает ногами мою талию.

Мой язык погружается в её рот, пока я несу её к своей спальне. Она вздыхает, втягивая мою нижнюю губу и прикусывая. Мои руки легко держат её вес, прижимая к моей эрекции. Она ёрзает, пытаясь усилить трение.

Когда я добираюсь до кровати, разворачиваюсь и сажусь. Откидываюсь назад, разрывая поцелуй.

— Иди в ванную и переоденься, — говорю я ей.

Она смотрит на дверь слева, сжимая мои плечи. Я заказал ей три разных комплекта белья. Все розовые, как тот, в котором она прислала мне фото. Я разложил их на столешнице в ванной.

Что бы ни случилось между Саммер и её бывшим мужем, и бывшим парнем, это что-то разрушило её уверенность. По причине, которая выше моего понимания, она не видит себя так, как вижу её я, — богиней, способной поставить меня на колени.

Она облизывает губы, прежде чем соскользнуть с моих колен. С последним выдохом она идёт к ванной и закрывает за собой дверь. Я стону, удивляясь, какое доброе дело совершил в прошлой жизни, чтобы заслужить возможность жить в этом моменте. Беру пульт с тумбочки и приглушаю регулируемый свет.

Когда я нажимаю кнопку, чтобы включить экран телевизора, он автоматически возвращается к последнему, что я смотрел, — камерам безопасности в пляжном доме. Я паникую, поспешно переключаясь на музыкальный стриминговый сервис. Выдыхаю, когда он переключается, и оборачиваюсь, чтобы увидеть, что дверь ванной всё ещё закрыта.

Я выбираю плейлист для свидания. Чувственная музыка начинает литься из колонок объёмного звука. У пилона в углу комнаты есть собственная подсветка. Она автоматически переключается на светящийся красный, о чём я даже не знал.

Я возвращаюсь на кухню за бутылкой вина и нашими бокалами. Когда возвращаюсь в комнату, доливаю в оба бокала, прежде чем откинуться на подушки.

Дверь ванной скрипит, открываясь. Я остаюсь полулежать, эрекция сейчас лишь наполовину твёрдая. И дёргается в предвкушении, когда я вижу её. Я выдыхаю, мурашки бегут по поверхности кожи.

Она выбрала