Ведьмы пленных не берут - Наталья Викторовна Маслова

Ответом был обычный физический холод металла и кости. Никаких видений, никаких голосов. Я закрыла глаза, отключив зрение, и сосредоточилась на других чувствах. На слухе, обонянии, тактильном ощущении некогда сильных чар эльфийской ведьмы. Думала о тонкой паутине сил, что всегда опутывала зачарованные предметы.

И… да. Это было едва уловимо, как дуновение из щели в оконной раме. Не звук, не образ. Намерение. Твёрдое, жертвенное, чистое намерение запечатать, остановить, сохранить. Намерение Лираэль. Оно не было обращено ко мне. Попросту вплавлено в сам металл, как та самая серебряная насечка, что исчезла. Теперь, когда её непосредственная цель (остановить ритуал) была достигнута, в намерении осталась лишь вторая часть: сохранить.

«Сохранить что?» — мысленно спросила я, углубляя контакт.

Ответ пришёл не словами. Перед внутренним взором проплыли страницы. Не книги, а… карты. Очертания местности. Я узнала изгиб реки на краю болот, старый дуб-великан, что рос в трёх милях к востоку, скальное образование, похожее на спящего дракона. Среди этих ориентиров — слабая, мерцающая сеть сторожевых линий. Тут были многочисленные Места силы. Одна из них, самая мощная, проходила прямо… под нашим домом.

Кинжал был не просто орудием жертвы. Он был ключом и компасом. Показывал течь колдовству и магии в этом месте. Возможно, позволял ею управлять. Не в масштабах, доступных целому Ковену для их тёмных дел, а в бытовых и рабочих целях. Позволял усилить защиту, очистить воду, увеличить урожаи и плодородие земли.

Я открыла глаза и убрала руку от ручки артефакта. Ладонь слегка покалывало, как после лёгкого удара током.

— Ратиэль, — позвала я.

— Я почти готов, — отозвался он, не отрываясь от своей работы. Над его лютней вилось едва заметное марево, искажавшее свет. Это был признак активно ткущейся магии. — Ещё немного…

Я подождала, уважая таинство процесса. Через несколько минут он вздохнул, и марево рассеялось, вплетясь в струны. Мой бард аккуратно поставил лютню в кресло и подошёл ко мне.

— Что-то нашла?

— Больше, чем ожидала, — сказала я, указывая на кинжал. — Это не просто нож. Это карта и инструмент. Место, на котором мы стоим, — точка силы. Одна из ключевых в этой местности. Лираэль не просто прервала ритуал. Она… перенаправила энергию. Запечатала её здесь, в этом камне, в этой земле. Также оставила ключ тому, кто придёт после. Станет хранителем, а не захватчиком.

Ратиэль сел рядом, вглядываясь в тёмный клинок.

— Значит, Клеймия хотела не просто артефакт. Она хотела контроль над самой точкой силы.

— Именно. Теперь контроль у нас. Вернее, забота об этом крупном владении, — я посмотрела на каменную фигурку на стене. — Кажется, у нас есть могучие союзники. Место, Стражи, призраки… Они все — часть этой системы. И мы влились в неё с их согласия.

— Тогда нам придётся не просто ставить звуковую защиту и охрану, — задумчиво сказал Ратиэль. — Нужно встроить её в эту существующую сеть. Сделать мою магию и твои чары частью защиты этого места. Чтобы одна сила оберегала другую.

Идея была гениальной в своей простоте. Вместо того чтобы накладывать своё чужеродное заклинание поверх древних сил, мы могли попытаться договориться и вплестись.

Всю оставшуюся часть дня мы работали в тандеме, как две шестерёнки одного механизма. Ратиэль, снова взяв лютню, играл, чтобы договориться со всеми заинтересованными сторонами. В мелодии были почтение, просьба о союзе и чёткое описание того, что мы хотим сделать: чувствовать приближение любого зла. Охранять тех, кто остановится в нашем трактире или на постоялом дворе, когда мы всё тут приведём в порядок.

Я же, с кинжалом в руках, выступала, как медиум, и производила надёжное заземление. Я водила его остриём по контуру порога, по косякам дверей, мысленно рисуя не руны, а намерение. Стать частью дома, его продолжением. Вливала в холодный металл наш общий посыл: «Мы здесь и тоже защищаем. Помогите нам видеть угрозу заранее».

Это была не быстрая работа. К полудню оба были мокрыми от пота и измождёнными, будто протащили тяжело гружённую дровами или камнями телегу на вершину небольшой горы. Но к вечеру, когда Ратиэль извлёк последний, дрожащий аккорд, а я воткнула кинжал в специально оставленную для этого щель в пороге главного входа, что-то щёлкнуло.

Негромко. Это был звук не в ушах, а в самом пространстве. Как будто огромный, древний замок мягко принял только что выкованный ключ.

Воздух в зале стал… чище и прозрачнее. Давление, которое всегда здесь витало, не исчезло, но обрело структуру. Оно больше не было хаотичным. Мы стояли, опираясь друг на друга, и слушали. Тишина затаившейся, но бодрствующей крепости.

— Кажется, — выдохнул Ратиэль. — У нас получилось.

— Кажется, — согласилась я, чувствуя, как дрожь от пережитого напряжения сменяется глубочайшим, всепоглощающим удовлетворением.

Мы не успели это отпраздновать. Снаружи, у самого края нашего жилого пространства, где туман сгущался в молочную стену, раздался шорох. Не осторожный, а панический. И вслед за ним мы услышали слабый, сдавленный человеческий крик.

Ратиэль взял лютню. Я вытащила кинжал из порога. Он вышел легко, будто сам этого хотел. Потом просто вышли за порог. Стражи не подавали сигналов тревоги. Значит, угрозы не было. Только просьба о помощи. Туман всколыхнулся, и из него, спотыкаясь, вывалилась фигура. Молодой человек, лет двадцати, в потрёпанной дорожной одежде. Лицо его было бледным от ужаса, в руках он сжимал обломок палки как дубину. Увидев нас, он отшатнулся, затем его взгляд упал на освещённый дверной проём. На нас, не выглядевших как чудовища, и в его глазах вспыхнула надежда.

— П… помогите, — прохрипел он. — В тумане… что-то… оно преследовало меня… Я заблудился…

Я взглянула на Ратиэля. Он кивнул. Это был не призрак, не ведьма, не посланник Ковена. Просто до полусмерти перепуганный потерявшийся путник. Первый, кого сама воля Стражей привели к нашему порогу.

«Уютный тупичок» только что перестал быть просто нашим убежищем. Он начал выполнять свою настоящую функцию.

— Заходите, — сказала я, отступая и пропуская дрожащего юношу внутрь. — Расскажете всё за миской сытной мясной похлёбки. Добро пожаловать в трактир «Уютный тупичок».

Дверь закрылась, отсекая сырую пелену ночи. Внутри пахло дымом, луком и безопасностью. В камине весело потрескивал огонь. А у самого порога, в тени, стояла маленькая каменная фигурка, которую мы уже считали талисманом. Всё было как надо.

Это было только самое начало.

Юношу звали