Всё равно люблю - Лика П.

– Ты мне даришь то, о чём я, и помыслить не могла, – и она сейчас не о подарке, ключ от которого лежал в бархатной коробочке на сиденье.

– Девочка моя… иногда тебе кажется, что дарят тебе, а на самом деле, ты сама являешься подарком, – произнёс я, отнимая её пальчики от своего лица, поцеловал их и добавил:

– Судьбоносным.

– И как у тебя так получается? Я же говорю у тебя талант, – я усмехнулся, Катя положила свою голову мне на грудь. Наша машина ехала к месту назначения. Прикрыв глаза, пребывал в полном спокойствии, вспоминая фразу, ранее произнесённую Катей: «Я тебе дана в спокойствие».

«Трудно с этим не согласиться», – подумал я.

– Ну, открывай.

– Я? – спросила меня в смятенности Катя, стоя перед двухэтажным зданием.

– А кто? Ты хозяйка.

– Но у меня трясутся руки, – сказала, прикусив нижнюю губы и уже не пытаясь скрыть рвущуюся улыбку,

– Катя-Катя… – улыбнулся, раскрыл ладонь и в неё тут же лёг ключ, переданный птичкой. Двумя поворотами ключа открыл замок и парадную дверь. – Проходи.

– Ой, как же я волнуюсь, Хасан, – потянул её мягко за локоть, сказав:

– Входи, – пропустил птичку вперёд и вошёл следом, было интересно наблюдать за её эмоциями, и они, конечно, превзошла все мои ожидания.

– Какое большо-ое, Ха-са-ан… тут же два этажа!

– Я знаю.

– И что два наших?

– Нет, не наших, – ответил, расстегнув пиджак, вложил руки в карманы брюк и сделав к ней шаг.

– Я и думаю, что это уж слишком, – задрала голову, глядя на винтовую лестницу.

– Два твоих.

– В каком это смысле? – вернув взгляд ко мне.

– Я же тебе сказал, что хозяйка, ты, а не я.

– Сан, это реально со мной происходит? Я не верю. Ущипни, – широкая улыбка озарила её лицо.

– Это всё твоё. На втором этаже оборудование, через два дня ещё подвезут оверлоки и необходимые принадлежности. Что делать с первым этажом, сама реши.

– Иди сюда, – я притянул в свои крепкие объятия, ворвавшись жёстким поцелуем, неистово целуя рот своей любимой девочки, своей сумасшедшей эмоциональной девочке.

Глава 53. Хасан

Закинув ноги птички на свои плечи и уперев напряжённые ладони по обе стороны от её головы, смотрел в искажённое страстью лицо, вколачивая член в горячее лоно.

Не помню, как мы ввалились в сам дом, а как оказались в самой спальне тем более. Помню, что я как сумасшедший, подобно голодному подростку, срывал с нас обоих одежду, которая сейчас раскидана по всей нашей спальной.

«Да именно так, рядом с ней иногда я себя чувствую подростком, несмотря на то, что я, здоровый бугай, и далеко не двадцатилетний юноша, это всё из-за птички», – думал я, трахая любимое тело.

– Я знал… – сбившимся дыханием озвучиваю свои мысли. – Знал, – по моему виску скатилась капелька пота, повиснув на заострённой в напряжении скуле. Двигая бёдрами, смотрел в приоткрытый рот и поплывший от вожделения зелёный взгляд.

– Ч-что знал? – со стоном, на выдохе, спросила Катя.

– Знал, что с тобой будет непросто.

– А со мо-ой непросто?

– Да-а…

– Но тебе нра… нравится, – сказала, и её пальчики легли на мои предплечья и прошлись по вздутым венам от напряжения.

– Ты чертовка с ангельским лицом, – сказал в губы и через секунду вгрызся в её рот, трудно назвать это поцелуем, но мне нравится так, хочу всю, и каждый раз…

Мы оба мокрые, рвано дышим, наши губы соприкасаются. Глаза в глаза, мои бёдра двигаются в быстром ритме, насаживая её на свой член.

– Ха-ас… я сейчас кон-чу-у… – от услышанного из моего горла рвутся низкие ноты. Приподнявшись, встаю на колени, подтягиваю Катю за ягодицы плотнее к себе и прокручиваю восьмёрку в лоне, задевая членом все чувствительные точки тугих стенок и результат не заставил себя ждать, Катя, откинув голову на простыни, громко кончила, я догнал её через пару фрикций…

Минут пятнадцать мы прибывали в экстазе, после чего, моя птичка, вставая с кровати, сказала:

– Я схожу в душ, а потом пойду приготовлю нам поесть. Ты со мной?

– Нет, – говорю, хватая её за лодыжку. – Мы ещё не закончили, утягиваю обратно, подминая её под себя, закинув над головой хрупкие руки, фиксирую её запястья своей одной.

– А как же поесть?

– Позже, – склонил голову, кусая за розовый сосок.

– А-ах!

– Самый вкусный сосочек, – оторвавшись от него, на котором появились красные оттенки после моих зубов, то же самое проделал и с другим сосочком, после чего отпустил, руки Кати, вставая на колени. – Повернись и встань на четвереньки, – сев на свои икры, в ожидании озвученной позы. Исполнительная птичка, тут же выполнила веленное. – Красивая, – сказал, оглаживая её ягодицы, круглой формы, – опустись грудью на простыни. – Хорошо. Попу выше и раздвинь ножки. – Да, вот так, – моя ладонь хлёстко опустилась на белоснежную кожу.

– Ай!

– Больно?

– Н-нет… неожиданно.

– Хорошо, – моя ладонь ещё раз опустилась на покрасневшее место. – Больно не будет, прислушайся к себе, закрой глаза, – ещё и ещё моя ладонь хлёстко опускалась на нежную кожу, до тех пор, пока я не услышал первый стон. – Вот так, моя птичка, подари мне ещё свои стоны, – моя ладонь вновь опустилась на её маленькую, но очень аппетитную попку. Член снова готов был трахать податливое тело, стоял колом. Склонившись, поцеловал каждую ягодицу, провёл средним пальцем по промежности, надавливая на клитор. – Катя-я… ты мегачувственная, кто бы мог подумать, что в маленьком теле таится такая страсть… ты снова мокрая, – стоны моей птички лишний раз, подтверждают мою правоту. Средний палец кружит на клиторе, а большой надавливает на колечко ануса. Облизываю покрасневшие места на ягодицах, став очень чувствительными после моих манипуляций и каждое прикосновение отзывается приятной дрожью внизу, заставляя мою птичку течь. Катя дёргается от соприкосновения влажного языка. А я дурею от её стонов, от того, как тело начинает бить мелкой дрожью. Тянусь рукой к прикроватной тумбочке, действую на ощупь. Извлёк из первого отделения лубрикант. Палец на анусе заменяет мой язык, это необъяснимо, мной движут внутренние инстинкты, когда ты не задумываясь, хочешь вылизать каждый сантиметр тела своей любимой женщины. Катя напряглась, но я не даю ей сдвинуться, плотнее притягивая к себе и ещё с большей страстью целую все её дырочки. Одной рукой вскрыл, тюбик, выдавив на пальцы смазку, оторвавшись от Кати, вытерев тыльной стороной ладони рот от собственных слюней, размазал лубрикант на тугом колечке, и на пальцы, вдавливая пока только большой палец в тугую дырочку.

– Хасан… что ты задумал? – она вновь напряглась, сжав мой палец внутри, не позволяя протолкнуться дальше. Блядь… а