Игра на двоих - Татьяна Тальская

— Да.

— Хм. Я его знаю?

Я уже открываю рот… и закрываю обратно.

Нет. Не сейчас. Она может разболтать кому угодно, а я к этому не готова.

— Нет. Просто парень… с работы, — говорю я.

Технически — правда.

— А ты? — спрашиваю я. — С кем ты сейчас?

— Ни с кем. Я рассталась с Федором.

— А Александр?

— Ой, — она морщится. — С ним давно все. Скучный. И… в постели тоже так себе.

Я делаю глоток вина, чтобы не выдать лицо.

— Слушай, — вдруг говорит она, — а твой начальник как? Илья Мельников… тот самый.

Я давлюсь.

— Что?

— Я в Москве на пару дней. Может, найду повод с ним пересечься.

У меня внутри все леденеет.

— Вы знакомы?

— Виделись. Но нормально не знакомились. Я это исправлю.

— Он… занят, — говорю я резко.

— И что?

— Он не свободен.

Эля улыбается снисходительно:

— Если я захочу мужчину, я его получу.

У меня кровь стучит в ушах.

— Ты вообще слышишь себя? Ты бы реально разрушила чужие отношения?

— Конечно. Я уже так делала. И сделаю еще, — она спокойно пьет вино. — Где он бывает? Что любит?

Я сжимаю вилку.

— Я не знаю.

Она задумчиво смотрит в сторону.

— Может, я зайду к тебе в офис… случайно постучу в его кабинет.

Я резко поднимаю голову:

— Нет. Ты не будешь этого делать. Я запрещаю, Эль. Это моя работа.

— Ой, да перестань! — она снова закатывает глаза. — Ты будто влюблена в него.

И у меня вырывается:

— Может, и влюблена.

Она поднимает бокал, как для тоста.

— Ну, вот.

— «Ну, вот» — это что?

— Ничего, — пожимает плечами она. — Просто… ты с ним много лет работаешь и так и не… ну, не получилось. Значит, не получится.

Меня трясет от злости.

— А с чего ты взяла, что он вообще на тебя посмотрит?

Она поправляет волосы.

— Потому что посмотрит.

Я ковыряю еду вилкой и понимаю: мне сейчас нужно к Илье. Срочно.

Вечером мы сидим с Ильей в ресторане. Он смотрит на меня внимательно.

— Ты сегодня какая-то тихая. Что случилось?

Я выдыхаю.

— Эля сказала, что собирается… попробовать к тебе подкатить.

Он хмурится.

— И она красивая, Илья. И она привыкла получать то, что хочет.

Он проводит большим пальцем по моей руке и усмехается:

— Вот она… моя уязвимая Катя.

— Не надо, — бурчу я, понимая, как жалко это все звучит.

— Ты сказала ей, что я занят?

— Да.

— И что она ответила?

— Что может увести тебя у любой женщины.

Он наклоняется и целует мои пальцы, явно довольный моей ревностью, гад.

— Я с тобой, Катя. Твоя сестра… и любая другая даже рядом с тобой не стояли.

Я ищу его взгляд.

— Обещаешь?

— Обещаю, — говорит он серьезно.

И мне становится легче.

— И знай: если бы кто-то из моих братьев попробовал к тебе подкатить… они бы не выжили, — добавляет он сухо.

Меня внутри распирает тепло. И я снова понимаю: я влюбляюсь в него все сильнее.

Утро.

Я просыпаюсь одна, тянусь и понимаю: дома тихо. Ильи нет рядом. Я спускаюсь вниз, выглядываю в окно и вижу его в саду.

Он стоит у озера в костюме, с кофе в руке. Утки крутятся вокруг ног, довольные, клюют землю. Они идут за ним хвостиком, как ручные. Иногда какая-то подлетает слишком близко, и он раздраженно отмахивается ногой, отвоевывая себе личное пространство.

Я поднимаю телефон и делаю пару снимков. Он здесь… другой. Спокойнее.

Слышится шум на подъездной дороге. Я вижу, как подъезжает рабочая машина. Илья выходит навстречу, разговаривает с мужчиной. Они жмут друг другу руки. Кто это?

Я выхожу на крыльцо как раз в момент, когда мужчина выгружает из кузова… Ромашка. Коза.

— Извините, — говорит Илья, беря веревку. — Я не понимаю, как она опять сбежала.

— Это уже четвертый раз за две недели, — ворчит мужчина.

Илья замечает меня.

— Алексей, познакомьтесь: Катя. Катя, это Алексей, мой сосед.

— Здравствуйте, — улыбаюсь я. — Что случилось?

— Ваша коза опять вышла на дорогу. Я ее там поймал. — Он смотрит серьезно. — Я боюсь, что из-за нее случится авария.

Илья морщится, явно представляя картинку.

— Спасибо, что привезли. Я разберусь. Больше она не выйдет.

— Приятно познакомиться, — кивает Алексей и уезжает.

Илья смотрит на Ромашку как на личного врага.

— Ну, и что ты творишь?

Ромашка смотрит на него невинно и… блеет громко, нагло, будто смеется.

Илья тянет ее за веревку к загону.

— Хочешь сбежать — сбегай. Только не на дорогу.

Ромашка снова блеет. Я иду следом и давлю смех.

Илья заводит ее в верхний загон и закрывает карабин.

— Все. С сегодняшнего дня ты под домашним арестом. Потому что тебе доверять нельзя.

Ромашка снова блеет, и я уже не выдерживаю, смеюсь в голос.

— В дом, — бурчит Илья, не оборачиваясь. — И не смей надо мной ржать.

Я ухожу, продолжая хихикать. Моя жизнь официально стала полной.

Час ночи. Издалека снова и снова раздается блеяние. Ромашка не затыкается.

Илья резко садится в кровати.

— Все, я не могу!

Он распахивает окно.

— Заткнись! — орет он так, что, кажется, эхо идет по всей долине.

Захлопывает окно, будто хочет его сломать, и возвращается в постель. Блеяние не прекращается.

Илья лежит, стиснув зубы.

— Тупая коза! — шепчет он.

Блеяние снова.

— Все! — взрывается Илья и вылетает из комнаты.

Я подпрыгиваю, бегу к окну, открываю.

Он марширует к загону, разводит руками:

— Что тебе надо?!

Ромашка смотрит на него тупо.

— У тебя есть еда, вода, целый загон! Тебе мало?!

Ромашка снова блеет.

Илья пинает ведро, оно летит в сторону и с грохотом падает.

— Видела?! — орет он козе. — Еще раз — и будет хуже!

Я смеюсь так, что зажимаю рот ладонью.

Илья возвращается домой, хлопает дверью, гремит ступенями, садится на подоконник и яростно тыкает в телефон.

— Что ты делаешь? — шепчу я.

— Гуглю, как убрать козу из своей жизни.

Я хихикаю.

— Илья…

— Это не смешно, Катя.

— Смешно, — я сажусь к нему на колени, забираю у него телефон и бросаю на пол. Целую его мягко. — Может, с ней что-то не так? Может, она болеет?

Он смотрит на меня как на святую.

— Она болеет наглостью.

— Завтра позвоним ветеринару, ладно? А сейчас… возьми беруши, и спать.

Илья шумно выдыхает, пытаясь успокоиться.

— Она всего лишь маленькая козочка.

— Которая рушит мою жизнь, — бурчит Илья, но все равно идет со мной обратно в кровать.

Утром подъезжает машина. Я выглядываю: Илья встречает мужчину, и они идут к загону.

Я выхожу.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте.