Дневник - Рита Лурье

не поверил. Улучив момент, я сунулся в её комнату и обнаружил в прикроватной тумбочке целый склад лекарств. Лорна особо не таилась, ей и в голову не приходило, что я посмею туда заглянуть. Я потребовал объяснений.

«Не беспокойся, — невозмутимо сказала мама, — таблетки старые, остались с прошлого лета…»

«Я, по-твоему, читать разучился? — настоял я, — на препаратах пробиты даты, когда они отпущены. Недавние даты».

Лорна ненавидит быть загнанной в угол. Она сразу начинает хаотически метаться, как хищник, угодивший в капкан. В детстве она кричала или била меня по физиономии, но такие приемы уже не работают. Я больше её не боюсь. Я, чёрт возьми, боюсь за неё. И я страшно зол.

Зачем скрывала? Как долго скрывала? Я ведь давно мог возобновить её «лечение». Нельзя тратить время попусту. Сколько мы потеряли?

Я спросил её прямо, а Лорна меня осадила:

«Да какая разница?»

«Такая! Надо что-то делать! Мам, это не шутки. Дай мне номер своего лечащего врача, я сам с ним поговорю, раз ты так несерьёзно к этому относишься!»

У неё стало очень странное выражение лица. Также, наверное, она выглядела, когда заживо сожгла пятерых колдуний у нас с Вирджинией Уайт на глазах. Как будто в неё сам дьявол вселился.

«Не понимаю, почему ты так упираешься, — выдала Лорна, — ты же самэтого хотел».

«Что, прости?»

«Чтобы меня не стало, и тебе больше никто не указывал, как жить и что делать. Ты будешь свободен. Увы, мой дорогой, за всё приходится платить. За свободу — тоже. Особенно за неё».

Я не нашёлся, что ответить. Сейчас, когда я это пишу, я всё ещё в глубоком потрясении от услышанного.

Клянусь, я никогда не хотел её смерти, даже когда говорил такое сгоряча или строчил здесь злобные гадости! Я всегда пытался любить Лорну, хотя это, по правде, чертовски трудно. Я тянулся к ней, как глупый щенок к жестокому хозяину, даже зная, что за скупой лаской всегда последует удар.

Оправдывайся, оправдывайся.

Гори в аду, гори в аду.

22 февраля 2011.

Немудрено, что послеэтогомне захотелось оказаться от мамы подальше.

Я смылся из особняка, толком не объяснив Лорне, куда направляюсь. Да пошла она! Мне уже двадцать четыре, а я отчитываюсь за каждый свой шаг, как ребёнок. Надоело. Иду бухать. Хочу нажраться до зелёных соплей, вот что.

Стоило мне выйти за ворота, я услышал шорох крыльев. Мы с моим «приятелем» давненько не виделись. Ему закрыт доступ на нашу землю, она защищена магией. Никто его сюда, понятное дело, не приглашал.

«Ну, пойдем со мной, раз ты здесь, — бросил я ему, — только, пожалуйста, превратись в человека».

Вместо бара, куда я изначально собирался, я снял номер в мотеле поблизости. Зачем искать свободные уши, когда есть такой расчудесный компаньон, как Черноглазый? Пить со мной он не будет, но слушать умеет отлично.

Я быстренько прикончил полбутылки виски, и меня понесло. Прежде я избегал говорить с монстром о Джуди, но в этот раз не сдержался.

Вырвалось, как я скучаю и хочу увидеть её снова. Она — единственное светлое, чистое и прекрасное, что вообще было в моей паскудной жизни; лучшее, что со мной случалось. Без Джуд всё окончательно погрузилось во тьму и утратило смысл.

(И прочая, прочая жалкая, сентиментальная херня).

Черноглазый выслушал моё нытьё и напомнил, что может принять любой облик, в том числе и Джуди. Мало ли… вдруг мне от этого полегчает?

Отказаться от такого щедрого предложения было попросту невозможно!

Давай, валяй, ниже падать всё равно некуда.

Черноглазый очень ответственно подошел к выполнению своей задачи: Джуди у него получилась до дрожи правдоподобной. Он не стал её как-то приукрашивать, извращать, придавать низменные, пошлые черты, добавлять облику несвойственные ей детали. Она предстала передо мной — не демон-искуситель, а девчонка с острова во всей красе, во всем своём несовершенном великолепии.

«Подойди».

Я похлопал по полу, и он послушно приблизился и присел рядом со мной. Обняв руками Джуд её ноги в рваных джинсах, он терпеливо ждал, чего я попрошу дальше. Ему, наверное, было любопытно, как далеко я осмелюсь зайти.

Я спокойно мог её трахнуть. Я натворил столько дерьма, что не мне брезговать связью с отвратительным созданием, чтобы получить желаемое. Подделка безупречна — обмануться не составит труда, тем более в том состоянии. Но мне не хотелось.

«Что…» — поторопил Черноглазый, но я его прервал.

«Тс-с, — сказал я, — просто посиди молча».

Я выпил еще, и, положив голову ложной Джуд на колени, долго, сбивчиво говорил. Рыдал, как девчонка из-за мамы и всего вообще. Монстр молчал и только перебирал мои волосы нежными пальцами Джуди. Скорее всего, он испытывал страшное отвращение к моей пьяной истерике, но не подал и виду. С Амандой Макбрайд, поди, было повеселее.

Когда я шатко поднялся, чтобы взять вторую бутылку, Черноглазый отмер:

«Нет, Итан, — возразил он голосом Джуди, — пожалуйста, хватит. Попробуй немного поспать».

Если бы не её облик, я бы послал его подальше. Но я видел перед собой Джуди, и мне хотелось забыть, что внутри оболочки прячется совсем другое существо. Тварь, что однажды убьёт меня.

Я позволил Черноглазому уложить себя в постель. Он устроился в изголовье узкой койки, натянул на меня одеяло и погладил по голове.

«Кто ты?» — прошептал я.

Он сказал:

«И ответила тень:

Где рождается день,

Лунных Гор где чуть зрима громада.

Через ад, через рай,

Все вперед поезжай,

Если хочешь ты найти Эльдорадо!»

Утром монстра рядом не оказалось. Тусклый свет пробивался сквозь вылинялую занавеску, озаряя номер и царящий в нём беспорядок. Дневник, который я теперь постоянно таскаю с собой, был подсунут под подушку.

Голова страшно болела. Я проверил телефон и обнаружил кучу пропущенных вызовов и сообщений от Лорны. Она просила прощения.

Она. Просила. Прощения.

Охренеть!

Это сподвигло меня к действию: хватит наматывать сопли на кулак! Только я могу ей помочь. Все необходимое у меня есть.

Я нашёл в номере зеркало — небольшое, но сойдёт. Для погруженияв тот мирразмер портала не имеет значения. Но, только я собрался приступить к ритуалу, появился Черноглазый. Всё ещё в облике Джуди.

«Убирайся» — приказал я.

«Нет, хозяин, — сказал Черноглазый, — вам сейчас не стоит этого делать. Вы…»

«Да закрой ты свою пасть! Сгинь».

Он не послушался.

«Посмеешь перечить, я расторгну контракт!» — рявкнул я. Только жуткое похмелье остановило меня от того, чтобы накинуться на него с кулаками.

«Наш контракт нельзя расторгнуть».

Эта новость меня абсолютно не впечатлила. Мне, пожалуй, уже наплевать.