Без промедления - Лейни Лоусон

Она машет пистолетом в руке в сторону телефона, а затем обратно на меня.

— Подними.

Я осторожно ползу к телефону, переворачиваю его в руке и вижу, что экран разбит. Он не разнесен вдребезги и все еще светится, так что, по крайней мере, он не полностью поврежден.

— А теперь разблокируй его и отдай мне, — требует Эмма, протягивая ко мне руку, ожидая, когда я сделаю, как она говорит.

Я смотрю на нее, понимая, что она собирается заставить меня сделать. Я отчаянно пытаюсь переубедить ее, но она явно в маниакальном состоянии и полна решимости. С дулом пистолета, направленным мне в лицо, я не уверена, что у меня есть какой-либо выбор, кроме как следовать ее указаниям.

Face ID не работает, поэтому я вручную ввожу свой пароль, открывая домашний экран. Мои глаза плотно зажмуриваются, когда я протягиваю телефон в ее сторону, надеясь, что то, что она планирует с ним сделать, не имеет ничего общего с Уорреном.

Не опуская руку с пистолетом, она выхватывает телефон из моей руки и начинает бешено листать и нажимать на экран. Она шипит, когда разбитое стекло режет ее палец. Узнаваемый звук набираемых букв в текстовом сообщении звучит в пространстве.

Телефон жужжит, но она нажимает на экран, как будто отклоняет звонок.

Проходит еще несколько минут, в течение которых она разделяет свое внимание между тем, чтобы удерживать меня на земле, и набором текста на моем телефоне. Наконец, с довольной ухмылкой она засовывает его в задний карман и выходит из дверного проема, чтобы встать позади меня.

— А теперь вставай и иди через дом. Медленно. Даже не думай о том, чтобы что-то предпринять, иначе я не задумываясь выстрелю.

Часть меня сомневается в этой угрозе, потому что ее голос слегка дрожит.

Знает ли она вообще, как пользоваться этой штукой? Я не могу осмыслить текущую ситуацию, но не уверена, что стоит рисковать и выяснять, всадит ли она мне пулю в ногу за непослушание. Или хуже.

Когда я сгибаю колени и наклоняюсь вперед, чтобы встать, мои глаза поднимаются к крошечной камере в верхнем углу рядом с дверной коробкой. Я не уверена, работает ли она, но на случай, если да, я надеваю самое сильное выражение лица, которое могу сейчас надеть, чтобы тот, кто, возможно, смотрит, знал, что со мной все в порядке. Пока что.

Легкими шагами я прохожу через маленький коттедж. Инстинктивно я сканирую пространство в поисках чего-то, что я могла бы схватить и использовать в качестве оружия, но дуло пистолета, упирающееся мне в спину, напоминает мне, что не стоит быть безрассудной сейчас.

Задняя дверь захлопывается за нами, и мы выходим во двор. Едва различимая за большим дубом и теплицей, я замечаю серебристый мерседес Эммы.

— Встань у багажника, — рычит она.

Я останавливаюсь за машиной, как раз когда багажник открывается. Эмма достает свободной рукой пакет с кабельными стяжками. На мгновение она не двигается и ничего не говорит, но в конце концов кладет пистолет в багажник, не сводя с меня глаз.

— Я сейчас тебя свяжу, но пистолет здесь, так что не двигайся.

Я киваю, но замечаю дрожь в ее руках и красноту по краям глаз. Ее волосы растрепаные и влажные, а движения дерганые.

— Тебе не обязательно это делать, Эмма, — тихо умоляю я.

— Заткнись! — кричит она, пугая меня.

Она хватает меня за обе руки и выворачивает их за спину, но кабельная стяжка, которую она держала, падает на землю. В тот момент, когда она наклоняется, чтобы поднять ее, я срываюсь с места.

Я бегу в сторону маленького сарая рядом с теплицей, зная, что у него прислонена лопата. Мой живот сжимается, когда я бегу по лужайке, размахивая руками изо всех сил так быстро, как только могу.

— Стой! — кричит Эмма позади меня, но моя грудь вздымается, и я несусь вперед.

Когда раздается хлопок выстрела, я бросаюсь вперед и с глухим стуком падаю на землю.

ГЛАВА 29

Уоррен

— Назови мне одну вескую причину, почему мы не можем купить гольф-кар, — говорит Трипп. Он стоит у двери в чем мать родила, только в соломенной ковбойской шляпе и плавках.

Гейдж смотрит на него со своего места в кресле-качалке в гостиной барака.

Я смеюсь и качаю головой, представляя, как Трипп устанавливает звуковую систему и внедорожные шины на чертов гольф-кар, а затем гоняет на нем по ранчо.

— Какого черта ты собираешься делать на гольф-каре, чего не можешь делать на квадроцикле? — спрашиваю я.

— Он удобнее, — объясняет Трипп. — И электрический. Экологичный.

— Недостаточно мощности, — говорит Хестон.

Би сидит на термо-сумке посреди гостиной с напитком в руке, а мы все остальные спорим о гребаных гольф-карах от скуки. Я смотрю вниз и бесцельно листаю телефон несколько минут, ожидая возвращения Саванны.

Мои брови сходятся, когда я пытаюсь подсчитать, как долго ее нет. Она сказала, что быстро вернется, но, возможно, она решила переодеться там или не смогла найти то, что искала у себя дома.

Я уже собираюсь позвонить ей и проверить, как наверху экрана появляется уведомление о сообщении.

Саванна: Я не в настроении ни для чего и предпочла бы побыть одна, так что я останусь здесь.

— Какого хрена? — тихо говорю я себе, пытаясь осмыслить ее сообщение. Почему она не сказала об этом до того, как уехала? Или не позвонила, чтобы сказать мне? Казалось, она была рада пойти к реке сегодня днем, но, возможно, она притворялась.

Болезненный укол отдается в груди, когда я думаю о том, что произошло в тракторе. Я не хотел переходить на тот уровень с ней, не будучи честным о своих чувствах. Все, что она сказала и сделала в ответ на это, казалось искренним. Возможно, она лгала. Я ее напугал?

Черт. Даже с возможностью того, что она побежит в противоположную сторону, я не жалею, что сказал ей о своих чувствах. Я мог бы дать ей немного пространства, но я, блять, действительно не хочу этого. Я нажимаю на ее имя и подношу телефон к уху.

Несколько гудков, никто не отвечает, и в конце концов звонок переходит на голосовую почту.

Я пробую снова с тем же результатом.

Вставая с дивана, я пишу ей сообщение на случай, если она просто игнорирует меня и не хочет разговаривать по телефону.

Уоррен: Мы можем остаться дома вместо того, чтобы идти к реке, если хочешь. Поговори со