Сломи мое падение - Хлоя Уолш

угадать: “этого не должно было быть, больше никогда” — и, конечно, ты “жалеешь, что вел себя так со мной”? — Слезы хлынули сами собой. — Поняла, ясно как день.

— Это не то, что я хотел сказать, — он сжал челюсти. — Но да, я бы солгал, если бы сказал, что не жалею.

Я вздрогнула.

— Понятно. Ты жалеешь. Не хочешь меня. Ты с Рэйчел. Все ясно, Кайл. — С трудом сдерживая рыдания, я прошла мимо него. — Просто, пожалуйста… перестань.

Он провел рукой по волосам, беспомощный.

— Ли, я не знаю, что делать. — Он замолчал, потом устало добавил: — Я просто чертовски виноват.

— Поняла, — выдавила я сквозь слезы.

Он подошел ближе и шепнул, дрогнув:

— Не плачь, малышка. Когда ты плачешь, у меня все внутри рвется.

— Тогда перестань заставлять меня плакать, — ответила я.

— Так, расскажешь мне, что это вообще было на кухне? — спросила Кэм, когда мы сели в ее машину после съемки.

— Что именно? — я решила прикинуться дурочкой, пристегивая ремень. До этого мне удавалось избегать расспросов, и я надеялась, что она просто забудет.

— Я блондинка, Ли, но не идиотка, — фыркнула она, выруливая на дорогу. — Я вижу, что между тобой и Кайлом что-то происходит. Вы оба сегодня вели себя чертовски странно, а ты вообще ни слова связать не можешь с тех пор, как его увидела.

— Все в порядке, — прошептала я, сцепив руки на коленях. — И ничего не было.

— Чушь, — бросила она, — но ладно, понимаю. Не готова говорить.

— Прости.

— Да расслабься, — отмахнулась она. — Только знай: я прекрасно вижу, как ты жалко пытаешься замазать свой засос.

Мои глаза распахнулись, и я судорожно прижала ладонь к шее.

Кэм хмыкнула. — Не верю, что ты позволила этому ублюдку оставить на тебе метку.

Кайл

— Значит, ты все-таки поддался и уложил ледяную королеву? — ухмылялся Дерек, как только девушки ушли. — Стоила ожиданий? У нее там что, богиня всех богинь? Залип, да? Уже планируешь второй раунд?

Его наглые слова закончились тем, что он оказался прижат к стене, а мои пальцы сжимали его горло.

— Повтори, — прорычал я, срываясь от ярости. — Ну же, попробуй, мать твою, повтори!

Он только ухмыльнулся, будто ничего не происходило.

— Приму это за большое жирное «да».

— Дер.

— Ладно, ладно, — он поднял руки. — Я веду себя хорошо.

Я резко отпустил его и сделал шаг назад.

— Никогда больше не говори о ней так, — процедил я. — Никогда.

Дерек выпрямился и присвистнул.

— Вот дерьмо, — протянул он, задумчиво щурясь. — Ты, похоже, влюбился. По уши, да? — он усмехнулся. — Страшно ведь, да? Когда твое сердце где-то там, не с тобой, а у другого человека.

— Нет, — выплюнул я, ошарашенный. — Господи, нет!

— Брат, она тебя зацепила, — засмеялся он. — Даже не пытайся отрицать.

— Хватит, — предупредил я, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Она меня не зацепила, Дерек. Девчонки на меня так не действуют.

— Не девчонки, — поправил он. — Девушка. Одна конкретная южная штучка.

— Нет, — отрезал я, раздраженно расхаживая по комнате. — Она меня не зацепила. Я не люблю ее. Ничего не чувствую. Понял?

Ложь.

Чистая ложь.

— Ну ладно, — протянул он с ехидной улыбкой. — Если ты хочешь так думать, то окей. Но предупреждаю — Кэм разозлится.

Я сузил глаза.

— Кэм может поцеловать меня в зад.

— Скорее уж прибьет тебя, — поправил он. — Вдруг ты забыл, но она слегка… даже чересчур опекает Ли. — Подойдя к барной стойке, он налил кофе в две кружки. — И то, что ты не хочешь обсуждать со мной ваши бурные, безумные, не случившиеся крышесносные развлечения, — не значит, что Ли промолчит. Она ведь расскажет Кэм. Девчонки всегда делятся такими штуками.

— Дерьмо, — выдохнул я, опуская плечи.

— Ага, — хмыкнул он. — Так что, может, расскажешь мне все сам, пока моя женщина не вернулась и не заставила меня принять ее сторону? А я, если что, хочу жить, так что выберу ее.

Да ни за что.

Это же Ли.

Я и так уже испортил ей достаточно.

То, что я переспал с ней, не исправить. И то, как я вел себя после, — тоже. Я был с ней груб. Слишком груб. И теперь я не собирался еще и пятнать ее имя.

— Я облажался, Дер, — выдохнул я. — По-крупному. Прость отавь это.

— Не спорю, — сказал он с понимающим вздохом. — Судя по простыням, ты конкретно накосячил. — Он поморщился. — Не знал, что она девственница, да?

— Что? — я уставился на него.

Дерек смутился, что бывало с ним нечасто.

— Эй, я не извращенец, — поспешил объяснить он, делая глоток кофе. — Просто увидел простыни в стиралке. Ну, и догадался. А по твоему лицу сейчас вижу, что не ошибся.

Прекрасно.

Просто чертовски прекрасно.

Я устало опустился на стул.

— Я не знал, — пробормотал, опуская голову в ладони. — Она не сказала.

— Вот черт, — пробормотал он и похлопал меня по плечу. — Ну, хотя бы ты теперь знаешь, что ты у нее первый.

— Да, — кивнул я, и от этого внутри стало еще хуже. Вместо вины я почувствовал дурацкую гордость. Мне хотелось себя ударить. Я не должен гордиться этим. Господи, я ненавижу себя.

— Кэм, кстати, до меня успела немало, — тихо сказал Дерек.

— Верно. — Мы оба понимали, что Кэм была не святая, и потому его ревность не удивляла. Но у них хоть что-то было. У нас с Ли — ничего. И не могло быть. У нее нет будущего со мной.

— Черт, — выдохнул я, дергая себя за волосы. — Как я вообще вляпываюсь в такие истории, Дер?

— Все просто, — усмехнулся он. — Ты думаешь не тем местом.

— Хм. — Только не в ту ночь. Тогда думало не тело. Тогда думало сердце. И именно это пугало до ужаса.

— И что ты собираешься делать с Рэйчел? — спросил он. — Та стерва взорвется, если узнает про Ли.

Я знаю.