Мечтательница - Сьюзи Тейт

– Перестань суетиться вокруг меня, – огрызнулась я. – Я буду есть, когда захочу, и я вполне способна о себе позаботиться.

Феликс вздохнул и встал из-за стола. Я прилагала огромные усилия, чтобы не обращать на него внимания, когда он снова проверил влагу на окнах, а затем недовольно фыркнул, потрогав жалкий, по общему признанию, мини-обогреватель, который я включила в комнате.

– Честно, здесь по меньшей мере восемнадцать градусов, – сказала я Феликсу. Так что тебе не стоит беспокоиться.

– Да, но тебе-то, чтобы чувствовать себя комфортно, нужно, чтобы температура была не ниже двадцати четырех, – сказал он мне, и я стиснула зубы. Сейчас еще Феликс прочитает мне лекцию о том, при какой температуре мне комфортно.

– Ты ничего не знаешь о подходящем для меня температурном режиме.

– Я повысил температуру в офисе на несколько градусов, – сказал он мне. – Ты перестаешь дрожать при температуре двадцать два градуса, при двадцати трех твои пальцы больше не белеют, а при двадцати четырех ты перестаешь съеживаться, чтобы согреться.

Я смотрела на него, едва сдерживая улыбку.

– Я и не подозревала, что ты так внимательно за мной наблюдаешь. – В душе у меня зародилась надежда. – Ты понимаешь, что это безумие – превращать весь офис в тропический сад только для того, чтобы обеспечить комфорт одному довольно хреновому ассистенту?

Он пожал плечами.

– Я просто хочу, чтобы тебе было комфортно.

– Очень мило с твоей стороны, – сказала я, и надежда осветила лицо Феликса. У меня сжалось сердце. Все, чего я в этот момент хотела, – подбежать к нему и упасть в его объятия. Но затем перед глазами возникло разъяренное лицо Феликса, когда он кричал на меня перед тем, как вышвырнуть из своего кабинета. Я уже теряла с ним бдительность раньше, и посмотрите, к чему это привело!

К тому же было очевидно, что он оказался здесь только из-за Майка. Мои родные переживали. Я не хотела их волновать, но ничего не могла поделать. Желание погрузиться в другой мир, в мир фантазий, который я создала, было слишком сильным, а эта пристройка оказалась единственным местом, где я могла это сделать. Единственным местом, где я могла забыть обо всем и с головой уйти в работу. Я откашлялась. – Надеюсь, ты все же не сваришь их всех заживо.

– Нет, – смущенно ответил Феликс, – но я внес кое-какие изменения. Обстановка стала более расслабленной и открытой. Покончено с менталитетом «мужского клуба». Больше взаимовыручки, меньше стараний быть жестким, лишь бы добиться успеха. Я даже позволил немного покрасить стены, а письменные столы все оформлены в индивидуальном стиле. По понедельникам мы едим пироги, а вторник – день тако! Ты верно считала: такие детали действительно очень важны. И ты была права, говоря, что я ничего не замечаю вокруг! Мне стоит прислушиваться не только к акулам бизнеса, ведь лучшие идеи часто идут от мелких рыбок – им просто нужно давать возможность проявлять себя. Все эти изменения безмерно улучшили работу в компании. Не знаю, почему я так долго был придурком! И конечно же, Уилл уволен. Табита и еще несколько человек тоже заявили на него. Но я уверен, ты уже знаешь об этом. У него теперь появится судимость в биографии.

Да, полиция рассказала мне все, но на самом деле у меня было не так уж много времени, чтобы в это вникать. Гораздо проще постоянно пребывать в своем воображаемом мире.

– Тиби страшно переживает. Она хотела бы извиниться перед тобой лично. Вики тоже. – Феликс издал короткий смешок. – Я думаю, Вики переживает это хуже всех. Она не умеет ошибаться. Я так понимаю, ты не отвечаешь на их звонки?

– Я слишком занята, – сказала я, отвернувшись и уставившись в карту.

– Даже поговорить с Лотти времени нет? – мягко спросил Феликс. – Она тоже беспокоится. И скучает по тебе. Они все скучают.

Я ощутила легкий укол вины. Я действительно чувствовала себя неловко перед Лотти, но все еще не была готова увидеть кого-нибудь из Лондона.

– Сначала я закончу серию, а потом поговорю с ними.

– Ты ведь увидишь их в следующем месяце, не так ли? – спросил Феликс. Когда я в замешательстве посмотрела на него, он склонил голову набок, снова скрестив руки на груди.

– В следующем месяце?

– На вечере подписания книг.

Внутри у меня все сжалось, и я стиснула зубы. На телефоне было десять пропущенных звонков от моей агентши. Меня ждало международное событие. На встречу приедут авторы эпического фэнтези и научной фантастики со всего мира.

– Я не пойду, – сказала я. Ни за что на свете я не стала бы: а) возвращаться в Лондон, б) выставлять себя напоказ перед толпами людей или в) покидать эту пристройку. Небольшое мероприятие у Гарри – это одно. Мне и правда понравилось общаться с подростками, и я была рада, что мне удалось собраться с силами и сделать это перед отъездом из Лондона. Но сейчас речь шла совершенно о другом!

– Ты должна пойти, чтобы обсудить сделку с Netflix, – сказал Феликс. Я в удивлении заерзала на стуле и пристально посмотрела на него.

– Что ты об этом знаешь? Ты разговаривал с Мэдлин? – в моем тоне слышалось раздражение. Сначала Майки, а теперь Мэдлин. Неужели все просто ходят и судачат обо мне у меня за спиной?

– Она тоже о тебе беспокоится, – тем же ласковым голосом сказал Феликс.

Я закатила глаза. Мэдс беспокоилась исключительно о своих пятнадцати процентах!

– Люси, она говорит, что сейчас объем твоей выработки просто безумен! Она считает, тебе нужно сбавить обороты.

Я нахмурилась, услышав это. Предположим, что Мэдс была заинтересована только в том, чтобы зарабатывать на мне деньги. Но тогда она была бы только рада таким «безумным» результатам.

– Я не буду ничего подписывать и не буду заключать никаких сделок с Netflix, – сказала я, снова поворачиваясь к Феликсу спиной. – Я просто хочу сидеть в своем сарайчике и работать над книгами.

– Хорошо, любимая, – тихо сказал Феликс. Мне пришлось сморгнуть слезы, которые внезапно навернулись на глаза. Когда я повернулась сказать, чтобы он уходил, дверь пристройки за ним уже закрылась.

Наконец-то, подумала я. Он отступил.

Глава 30. Я никогда не был главным

Люси

Я по-настоящему вернулась в реальность, только почувствовав эту вибрацию. О, и огромная дыра в том месте, где раньше было окно, тоже приводила в чувство!

– Что еще за чертовщина? – пробормотала я, стягивая наушники с функцией шумоподавления.

– Привет, – сказал дядька с другой стороны дыры. Он улыбнулся мне так, словно это