Темное королевство - Джаггер Коул

— Настолько близки, что было больно, когда ее убили?

Она кивает.

— Да.

— Мне жаль, — тихо прорычал я. — За то, что ты потеряла друга.

Я поворачиваюсь и смотрю в окно.

— И его, я думаю.

— Спасибо, — тихо говорит она.

— И это единственный раз, когда ты услышишь это от меня.

Селеста хихикает.

— Иначе я была бы шокирована. — Она вздыхает. — В любом случае, я не часто ходила куда-то, вообще не ходила. Я думаю, потому что высоко контролируемое присутствие в сети может продать историю, но публично, вместе?

Она качает головой.

— Мы с Амиром были полной катастрофой. Я имею в виду, мы были похожи в лучшем случае на соседей по комнате. Не было никакой химии или чего-то в этом роде.

— Я чертовски надеюсь, что нет, — огрызаюсь я.

Она тихо смеется. Звук заполняет заднее сиденье машины, мою голову и внутреннюю часть моей груди. Я поворачиваюсь, барабаня пальцами по подлокотнику двери.

Селеста с любопытством хмурится.

— Ты почему-то нервничаешь из-за сегодняшнего вечера?

— Нет.

— Ты выглядишь...

— Я не нервничаю, я...

Я скрежещу зубами.

— Ненавижу.

— Что?

— Последние четыре года. Гребаный Амир.

Она хмурится.

— Адриан, сколько раз...

— Мне насрать, что он к тебе не прикасался. Я имею в виду, что мне было бы чертовски неприятно, если бы он это сделал, — рычу я. — Но даже без этого...

Мои глаза сужаются, когда я смотрю в боковое окно.

— У него было четыре года с тобой. А у меня нет.

В машине воцаряется тишина. Когда я оборачиваюсь, она смотрит на меня с любопытным выражением лица; ее глаза расширены, а рот открывается и закрывается, как будто она пытается понять, как сказать что-то.

Возможно, я тоже. Но прежде чем кто-то из нас успевает решить загадку, что сказать, машина останавливается перед отелем Regency, и момент упущен.

Мы на месте.

ГЛАВА 25

Я моргаю, мое лицо бледнеет, когда мы выходим из машины под вспышки фотокамер. Паника захватывает меня в свои цепкую хватку.

Но внезапно рука Адриана оказывается на моей спине, затем скользит по бедру и притягивает меня к себе. Когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, его штормовые голубые глаза завораживают меня, успокаивая.

— Это просто глупый прием для глупых, напыщенных болванов, — тихо рычит он. — И им плевать на нас с тобой. Мы никто.

— И все же, камеры мелькают перед нашими лицами, — бормочу я, поворачиваясь к нему.

Адриан пожимает плечами.

— Ну, не совсем никто. Но и не главное шоу. Пойдем.

Он тянет меня за собой по красной ковровой дорожке и вверх по лестнице в Большой бальный зал Regency.

— На первый взгляд, это благотворительное мероприятие, организованное несносным хедж-фондом, — рычит он. — Дело в том, что я являюсь крупным инвестором этого несносного хедж-фонда...

—...а на самом деле?

Он ухмыляется.

— Ну, я здесь, если это отвечает на твой вопрос.

Внутри Адриан берет два фужера шампанского с подноса. Он протягивает мне один из них, прежде чем его ладонь возвращается обратно на мою спину, крепко и властно. Мы пробираемся сквозь толпу, и вдруг впереди нас мужчина средних лет в очках восхищенно вскидывает брови и широко улыбается, направляясь к нам.

Адриан ворчит про себя, когда мужчина останавливается перед нами, сияя.

— Адриан, рад видеть тебя здесь.

Мой спутник ворчливо кивает.

— Взаимно.

Мужчина улыбается еще шире.

— Я хотел сказать тебе: мы с советом директоров хотим выразить нашу благодарность за то, что ты прояснил для нас тот вопрос.

Адриан тонко улыбается.

— А другая заинтересованная сторона?

Мужчина слабо улыбается.

— Ах, да, мы все еще работаем над тем, чтобы склонить совет в твою пользу по этому вопросу.

Глаза Адриана сузились.

— Убеждай лучше.

Его рука прижимается к моей спине, как будто хочет оттащить меня. Но мужчина улыбается, неловко протягивая мне руку.

— А вы, должно быть...?

Адриан вздыхает.

— Селеста, это Мартин Хиггинс, вице-президент Rutger Capital, поставщик бесплатного шампанского сегодня вечером. Хиггинс, это Селеста, моя сексуальная рабыня.

Я поперхнулась, расплескав шампанское, в то время как мое лицо покраснело. На лице Хиггинса тоже появляется румянец. Но потом он смеется, полагая, что это шутка.

Он ошибается лишь наполовину.

Он поворачивается и неловко улыбается мне.

— Ну, он забавный человек, не так ли?

— Не совсем.

Я протягиваю свою руку, и пожимаю руку другого мужчины.

— Ну, приятно познакомиться с вами, Селеста.

— И с вами, Мартин.

Мне небезызвестен ядовитый взгляд Адриана, когда наши руки соприкасаются. Это чистая ревность, которая заставляет меня одновременно закатывать глаза и покрываться мурашками от желания.

Мне не противно, что он такой собственник, когда дело касается меня. Напротив, мне это нравится.

— Нам нужно идти развлекаться. Но... Хиггинс?

Взгляд Адриана устремляется на мужчину.

— Достань мне решение совета директоров. Завтра.

— Конечно, Адриан, мы делаем все возможное...

— Завтра.

Адриан оттаскивает меня, прежде чем Хиггинс успевает сказать что-то еще, и тащит меня сквозь толпу. Мы едва успели пройти пять футов, как перед нами возникла фигура.

— Я хотел узнать, не появишься ли ты.

Я поднимаю глаза, мои брови вежливо изгибаются в знак приветствия.

Мужчина красив в классическом стиле. Темно-русые волосы зачесаны назад, чисто выбрит, ярко-голубые глаза, идеальные зубы, и очень богатый, изысканный покрой его явно сшитого на заказ смокинга.

Адриан ворчит.

— Одна из самых утомительных частей этой работы — приходить к такому дерьму, как это.

— Добро пожаловать в мой мир, — ухмыляется другой мужчина, прежде чем повернуться ко мне с любопытным взглядом. — Ты Селеста, не так ли?

Я смущенно улыбаюсь, пока Адриан вздыхает.

— Селеста, это Оливер Принц. Принц это Селеста.

Оливер тепло улыбается.

— Я наслышан о тебе.

Мои губы кривятся.

— О, правда?

Оливер усмехается.

— Только хорошее, уверяю тебя.

— Вот что делает его таким хорошим торговцем.

— Мое обаяние?

— Твоя способность улыбаться несмотря на ложь, Принц.

Я сильно пихаю Адриана локтем, пока Оливер хихикает.

— Знаешь, Селеста, твоя сестра недавно была в городе.

Я действительно знала это. И, возможно, в параллельной вселенной я бы попыталась наладить с ней контакт. Но, опять же, не близки — это то что нам подходит. И помимо того, что мы с ней не сходимся во взглядах практически ни в чем, я бы не хотела, чтобы опасность, преследующая меня, перешла на нее или ее детей.

— Я слышала, — улыбаюсь я Оливеру.

— Ты часто общаешься с ней в последнее время?

— Боюсь, не очень.

Он хмурится.

— Понимаю.