Остров миллиардеров. Часть 2 - Оливия Хиллиер

Джеки сделала прическу и макияж, отдав предпочтение высокой завитой укладке и свежему тону лица, подчеркивавшему ее естественную красоту. Она решила остаться в своем сером шелковом брючном костюме, чтобы выглядеть профессионально в качестве нашей ведущей.

— Так, дамы. Мне пора спускаться. Увидимся примерно через двадцать минут, когда вы пойдете к алтарю, — сказала Джеки.

Я кивнула, пока она смотрела на меня так, будто собиралась податься вперед и обнять меня. Но вместо этого она повернулась ко мне спиной и направилась прямо к лифту.

— Так, тебе нужно что-нибудь еще? Есть еще что-то, что нам нужно сделать прямо сейчас? — спросила Лотта.

— Нет-нет. Все хорошо. Я просто хочу спуститься туда. Я готова.

— Можно мне остаться с Молли наедине на минутку, если вы не против? — спросила Элиза.

К горлу подступил ком, и я попыталась его сглотнуть. Я сжала руки, чтобы перестать дрожать от дикой тревоги, разливавшейся по всему телу. Элиза все еще не могла посмотреть на меня и едва обмолвилась парой слов с тех пор, как поднялась сюда. Мне нечего было ей сказать, да и слушать от нее ничего не хотелось.

— О, конечно. Мы как раз спустимся вниз и увидимся, когда ты будешь идти к алтарю, — сказала Лотта, радостно хлопнув в ладоши.

И Лотта, и Рейвен обняли меня, прежде чем последовать за Джеки к лифту.

Как только двери лифта закрылись, я окаменела.

Моя сестра наконец посмотрела на меня. Она сжала губы и непрерывно моргала, сдерживая слезы.

Меньше всего мне сейчас хотелось видеть слезы сестры. Вчера я уже насмотрелась на ее слезы на всю жизнь — на те, которые она столько лет держала в себе. Никогда не думала, что скажу это, но я хотела вернуть прежнюю, холодную Элизу.

Я не могла справиться с той эмоциональной версией сестры, которую только что встретила.

Единственные слезы, которые мне хотелось видеть, — слезы счастья. А Элиза пришла сюда явно не за этим.

— Если ты здесь ради еще одной мольбы заставить меня передумать, я не хочу этого слышать. Потому что я приняла решение, и это то, чего я хочу. Я говорила тебе. Так что все, что ты собираешься мне сказать прямо сейчас, честно говоря, будет не более чем пустой тратой воздуха.

— Я здесь не для того, чтобы пытаться изменить твое решение, Молли. Я не настолько глупа. Ты можешь думать, будто я не знаю, что ты за человек, но я знаю. Есть вещи, которые я не совсем понимаю, но тебя я знаю. Когда ты что-то вбиваешь себе в голову, ты не остановишься, пока не получишь это. У тебя есть эта непоколебимая вера в себя, которая мне всегда в тебе нравилась.

Она сглотнула, стоя передо мной и сцепив руки.

— Честно говоря, я всегда восхищалась тобой и тем фактом, что прямо сейчас ты стоишь здесь, окруженная всем, о чем даже мечтать не могла. На это действительно прекрасно смотреть.

— Ты не думаешь так на самом деле, Элиза. Не пытайся играть со мной в доброту. Мне не нужен этот спектакль. Я тоже знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Ты ни за что не смиришься с тем, что я делаю прямо сейчас, и ни за что не сможешь порадоваться за меня. Я знаю, как сильно ты хочешь, чтобы я передумала и ушла.

Я скрестила руки на груди.

— Так давай без концертов. Давай просто перестанем играть в сестер и станем настоящими. Ты можешь знать какие-то мои стороны, а я — твои, но мы никогда искренне не поймем друг друга. Чем быстрее мы это примем, тем лучше. Выжимать из себя эти отношения просто утомительно. Так что если ты хочешь натянуть сегодня улыбку — натягивай. А если нет — мне уже тоже все равно. С меня хватит актерства. С меня хватит попыток выдавить из себя эту связь.

Я сделала паузу.

— Ты создала свою собственную семью с Джорданом, а я прямо сейчас создам свою с Генри. Так давай закончим все прямо сейчас. Я могу организовать тебе трансфер домой утром. Черт, да я могу устроить его сразу после церемонии, если хочешь.

Элиза сделала паузу, уставившись на меня настолько безэмоционально, что казалось, будто она смотрит сквозь меня, словно меня здесь и вовсе нет.

— Знаешь что, Молли? Я должна сказать, что эта поездка была лучшей в моей жизни, и я говорю это совершенно искренне. Мне кажется, эта поездка действительно позволила мне узнать тебя лучше, чем когда-либо прежде. На поверхность выплыло столько всего…

Она тяжело сглотнула.

— Я понятия не имела, что тебе было так больно внутри. Я понятия не имела о тех историях, которые ты сама себе внушила и которые являются откровенной ложью. Я ненавижу то, что всю жизнь ты считала себя виновницей гибели мамы и папы, и я ненавижу то, что ты думаешь, будто я лишь притворялась твоей сестрой.

Она покачала головой.

— Ничто из того, что я делала для тебя, не было притворством, Молли. Все это было лишь моими попытками любить тебя, заботиться о тебе, оберегать тебя и желать тебе лучшего. То, как я проявляла свою любовь, не всегда выглядело позитивно. Я могу казаться резкой, холодной и гиперопекающей. Но никогда не думай, что моя любовь к тебе была наигранной.

Элиза посмотрела мне прямо в глаза.

— Я люблю тебя до самой глубины твоей души. Всегда любила и всегда буду любить. Единственное притворство, на которое я пойду, — это сегодняшний день. Сегодня я буду улыбаться, хотя глубоко внутри никогда не пойму, почему ты выбрала это для себя. Но я буду улыбаться, потому что люблю тебя. Я буду улыбаться, потому что это то, чего ты хочешь. Я буду улыбаться ради тебя.

Элиза изогнула губы в вежливой улыбке, словно чертов робот.

— Отлично. Это просто замечательно. Теперь это все, что ты хотела сказать? Потому что я бы очень хотела пойти и выйти замуж, — ответила я, отводя взгляд и пытаясь пройти мимо нее.

Но она шагнула мне навстречу, схватила меня за плечи и толкнула назад.

— Нет, я не закончила. Мне нужно сказать еще кое-что, — произнесла она, пока я недовольно вздыхала, скрестив руки на груди. — Мне нужно, чтобы ты знала: после всего этого времени, какими бы тяжелыми тебе ни казались наши отношения, я любила, люблю и всегда буду любить тебя. После этого момента я