Остров миллиардеров. Часть 2 - Оливия Хиллиер

написать эти клятвы. Я хотела убедиться, что все сказанное в этот миг станет лучшими словами, когда-либо сходившими с моих губ. Я хотела сделать их настолько величественными и настолько глубоко трогающими твое сердце, чтобы ты мог прокручивать их в голове снова и снова, когда потребуется, на протяжении всей нашей совместной жизни.

Она сделала паузу.

— Но потом я поняла: как бы я ни любила грандиозные жесты, это не отражает твою суть и не отражает нас как пару. Самое важное для нас обоих — именно то, о чем сказал ты. Это мелочи. И, как и ты, я клянусь тебе, что именно мелочи всегда будут моим главным приоритетом в этом браке.

Молли глубоко вдохнула.

— Потому что я вижу нашу совместную жизнь как уверенность в том, что, что бы ни случилось, у тебя всегда будет кто-то, на кого можно опереться, с кем можно поговорить, с кем можно быть честным, даже когда это трудно. Я вижу этот брак как союз двух людей, которые обещают всегда поддерживать друг друга в нужные моменты — когда кто-то из нас чувствует, что падает, или нуждается в руке, чтобы подняться. Я вижу этот брак как совместное обязательство изо всех сил делать каждый следующий день лучше предыдущего. Быть рядом в те моменты, которые нам выпадает разделить, и с надеждой смотреть на все то, что мы хотим создать. Я люблю тебя безусловно, Генри Бентли, и мне не терпится провести остаток жизни с тобой.

И вот так просто кольцо оказалось на пальце Генри, свидетельства о браке были подписаны, и они скрепили свой союз поцелуем. На фоне заиграла более ритмичная музыка, а новобрачные подбежали к нам за объятиями.

Генри обнял меня первой, и, пока его руки крепко сомкнулись вокруг меня, у меня перехватило дыхание, а к горлу подступила тошнотворная волна.

Это больше не было шуткой.

Я своими глазами наблюдала за развязкой, и моя сестра действительно только что вышла замуж за этого чертова убийцу.

Он наконец разомкнул крепкие объятия, и я с трудом заставила воздух снова наполнить легкие.

— Я так рад, что ты здесь, Элиза, — прошептал он мне на ухо. — И я также рад, что ты чувствуешь себя лучше.

Он отстранился, уставившись мне прямо в глаза, пока мое сердце бешено колотилось в груди.

Знал ли он, что единственным моим желанием было убраться отсюда? Знал ли он то, что знала я, или я просто была слишком взвинчена прямо сейчас?

Я просто стояла и смотрела на него. Я не могла даже выдавить из себя улыбку. Реальность произошедшего наконец накрыла меня, когда я вглядывалась в его небесно-голубые глаза.

— Давайте выпьем, — сказала я.

— Да, конечно, давайте праздновать. В конце концов, теперь я твой брат, — подмигнул он.

Я обернулась и увидела, как Рейвен, словно по команде, открывает бутылку шампанского и раздает всем бокалы.

— За счастливую пару! — произнесла Рейвен, наполняя наши бокалы.

— За счастливую пару! — хором отозвались все.

Я едва слышно прошептала эти слова себе под нос и смотрела, как Генри обнимает мою сестру за плечи, крепко притягивая к себе и словно заявляя на нее свои права.

Пока солнце садилось за океан, звучала музыка, а еда и вино подавались одно за другим. Я сбилась со счета, пытаясь вспомнить, сколько бокалов выпила и сколько еды вообще съела. В основном я старалась избегать и сестру, и Генри, что было несложно, ведь по Молли тоже было заметно: говорить со мной она не рвалась.

Единственный разговор у меня состоялся с Генри — пара ни к чему не обязывающих фраз о том, как прекрасна Молли, и о дизайнере его смокинга, который оказался его хорошим другом.

Рейвен пила еще больше меня и весь вечер перетягивала внимание на себя.

Я оказалась на краю причала, потягивая очередной бокал игристого. Я заметила Лотту, шагавшую взад-вперед перед букетами красных роз. Подойдя ближе, я увидела, как она судорожно что-то печатает в телефоне.

— Что происходит? — прошептала я, пытаясь прочитать ее сообщения через плечо, но она быстро опустила телефон.

— Это мой бывший.

— Что случилось? Он приедет или нет? — прошептала я ей на ухо.

Он ведь явно не мог быть далеко. Солнце уже почти полностью зашло.

— Дорогая, он говорит, что все еще ждет посылку. Ювелирка так и не пришла.

Черт.

Как я могла быть такой глупой?

Я забыла организовать фальшивые помолвочные кольца. Все это совершенно вылетело у меня из головы. О боже, это могло стать самым крупным провалом в моей жизни. Как я могла упустить такую важную деталь?

Я же собиралась просто заказать случайные украшения и отправить их на вертолетную площадку.

— Черт, — тихо ругнулась я сквозь зубы.

— Ты не знаешь, где она может быть? Может, ее доставили не по тому адресу? У тебя есть чек от курьера или хотя бы фотография, где они ее оставили?

— Честно говоря, я даже не знаю, где сейчас мой телефон, — солгала я.

Он был у меня в комнате, но пробираться туда не имело смысла, ведь подтверждать было нечего. Если бы я ушла с вечеринки прямо сейчас, когда ко мне и без того было приковано больше взглядов, чем хотелось бы, это могло вызвать подозрения.

Мне нужно было уйти.

Я должна была вырваться отсюда.

Но я не могла смотреть на сестру и не могла думать о том, что оставляю ее здесь с ним.

— Я не знаю, где он, понятия не имею. Ты можешь просто попросить его приехать в любом случае?

Лотта недоуменно нахмурилась:

— Зачем?

— Ну, разве у вас с Рейвен нет подарка, который он должен доставить? Не переживай из-за колец. Я разберусь с этим в другой раз, но вы же не можете упустить свой подарок.

Лотта вздохнула.

— Мы ничего не организовывали. Мы пытались. Но мы обе были после такого дикого похмелья, что ни о чем не смогли договориться, так что с нашей стороны тоже ничего не будет.

— О, ладно. Ну а ты разве не хочешь, чтобы он приехал просто показать ему, как отлично ты выглядишь и чего он лишился?

Я была в отчаянии. Я потела и чувствовала, как дрожит мой голос. Мне нужен был еще один бокал вина.

Я посмотрела на стол перед собой, взяла два полных бокала шампанского и осушила один единым махом. Но Лотта была уже слишком навеселе, чтобы вообще заметить, как неумеренно я пью сегодня вечером.

— Элиза, ты с ума сошла? Нет. Я и не собиралась звать его сюда. Это