Шепот о тебе - Кэтрин Коулc

способ. — На ее губах заиграла хищная улыбка. — Родители Пола были слишком легкой добычей. В Сиэтле нападения случаются постоянно. Не стоило им убегать в большой город, поджав хвост.

Меня затошнило. Родителей Пола сломили поступки их сына так, что они уже никогда не стали бы прежними. Но и этого для Эмбер оказалось мало.

— С Рэнди было сложнее. Ему плевать на родителей. Эти никчемные люди живыми приносят больше вреда, чем мертвыми. Пришлось проявить фантазию. Джо был для Рэнди всем, поэтому и он должен платить.

В дверях показалось движение, солнце за спиной большой фигуры слепило глаза. Меня накрыла волна облегчения. Помощь.

Но фигура заговорила:

— А ты едва все не испортила, когда решила сыграть в Рэмбо возле полицейского участка.

Голос был слишком знакомым.

Он вошел в покосившийся сарай, свет сдвинулся, и я увидела лицо, которое знала почти всю жизнь.

— Джуд?.. — выдохнула я.

— Привет, Малышка Уильямс.

Эмбер злобно зыркнула на него:

— Я не собиралась упускать шанс свести с ней счеты. Она чуть не лишила меня работы.

На челюсти Джуда дернулся мускул:

— А ты чуть не угробила весь наш план.

Ее горло покрылось красными пятнами:

— Без меня у тебя бы не было доступа к полиции, как тебе было нужно. Ты бы не знал, где они ищут. Кто у них в подозреваемых.

— Вот только у меня нет доступа, потому что ты сама себе его обрубила, когда схлопотала отстранение. Твой характер тебе только вредит, Эмбер.

Она покраснела еще сильнее:

— Я получила отстранение из-за нее!

Джуд двинулся так быстро, что его рука стала размытым пятном. Мгновение назад Эмбер стояла, и вот — тихий хлопок, и она рухнула на пол, как кукла, у которой обрезали нитки.

Дыхание у меня сбилось, шок холодной волной прокатился по телу, отнимая все.

— Ты… ты…

Джуд фыркнул:

— Сделал тебе одолжение. Она просто бредила тобой. Не знаю, почему. Наверное, сохла по Холту, как и половина нашего выпуска.

Имя Холта он произнес так, будто это худшее оскорбление. Но я не могла отвести взгляда от Эмбер. Тьма в сарае была единственным милосердием — я видела лишь недвижимую тень.

Джуд щелкнул пальцами:

— Сосредоточься, Рен. Так неинтересно, если ты в ступоре.

— Интересно? — прошептала я.

Улыбка Джуда расползлась шире:

— Я ждал этого годами. — Его лицо резко потемнело. — Эти идиоты просто не смогли немного потерпеть. Все было бы кончено еще десять лет назад, будь Рэнди и Пол достаточно умны, чтобы выполнить приказ.

Прошлое и настоящее перемешались у меня в голове в уродливую мозаику.

— Ты… ты был там.

Слова, что преследовали меня все это время, прозвучали теперь его голосом. Правильным голосом:

— Где, черт возьми, Холт? Они нужны оба.

Теперь он улыбался еще шире, с каким-то болезненным самодовольством:

— Людьми легко манипулировать. Нужно лишь найти правильные ниточки. Вот как с нашей маленькой подружкой. — Он кивнул на Эмбер, все так же лежавшую на полу. — В ней столько злости. Нужно было лишь направить ее. Я помог ей с этим. А она дала мне то же, что и Рэнди с Полом, — прикрытие. Никому из копов и в голову не приходило, что я могу быть причастен. Ни к чему. Ну и что, если из-за этого число трупов чуть-чуть выросло?

Оцепенение отступало, уступая место тошноте, накатывающей все сильнее. Я пустила этого человека в свой дом. В свою жизнь. Он обнимал меня, когда я разваливалась на части, рыдала по Холту, по своему сломанному телу. Все это время именно он был спусковым крючком для всего.

— Зачем?

Это был единственный вопрос, который я могла задать. Потому что мне отчаянно нужно было понять, зачем он так упорно рвал мою жизнь на куски, шаг за шагом.

На челюсти Джуда снова дернулся мускул, пальцы крепче сжали пистолет.

— Он должен это почувствовать.

Я моргнула, пытаясь осмыслить смысл этих слов.

— Кто? — хотя внутри уже поднималось липкое, тошнотворное предчувствие.

— Не притворяйся дурой. Ты знаешь. Я бы почти подумал, что ты должна быть мне благодарна. Он бросил нас обоих в грязи. Но нет, ты просто раздвинула ноги, как только он вернулся.

Тошнота накрыла еще сильнее.

— Холт любит тебя. Всегда любил…

— Он предатель! Он знал, как мне хреново дома. Знал! Но все равно свалил. Стоило ему решить, что ты — любовь всей его чертовой жизни, как для меня и Криса у него больше не осталось времени.

— Это неправда. Он…

Рука Джуда взметнулась, и по щеке хлестнула горящая боль.

— Заткнись! Ты ничего не знаешь! У него было все. А у меня — ничего. Но хоть на время у меня была семья Хартли. Пока ты не появилась и не украла их у меня тоже.

В голове звенело, картинка двоилась. Во рту расплылся металлический привкус крови. Я попыталась подняться, но после удара Эмбер и теперь Джуда все вокруг плыло.

— Ты хотел убить нас обоих тогда ночью. Потому что мы причинили тебе боль. — А теперь мы все страдали. Чьи-то жизни снова рвались на части. Почему для некоторых ответом на боль становится только новая боль? Передать этот груз другому, чтобы притвориться, будто шрамы исчезли? Это никогда не работало. Оставляло лишь вдвое больше разрушений.

Взгляд Джуда стал ледяным:

— Я хотел, чтобы вы оба мучились. Но больше всего, чтобы мучился Холт. Хотел, чтобы он смотрел, как жизнь уходит из твоего тела, прежде чем я заберу его. Медленно. Чтобы он прочувствовал все.

К горлу подступила горькая желчь, я с трудом ее проглотила.

— Джуд… не надо.

Его губы снова растянула улыбка:

— Извини, Малышка Уильямс.

Он вытащил телефон из заднего кармана:

— Может, прошло и десять лет, но мы все равно посмотрим, как он будет страдать.

41

Холт

Шэдоу тихо заскулила на заднем сиденье, пока Нэш несся с горы, как одержимый.

Телефон Грей зазвонил в третий раз, прежде чем она ответила:

— Если твоя девушка застряла в каком-то сексуальном угаре и поэтому опоздала на обед, передай ей, что она понижена в должности.

— Грей? — мой голос был таким хриплым, что я едва его узнал.

Ее тон изменился мгновенно:

— Что случилось?

— Рен не с тобой?

— Нет. Я уже пятнадцать минут жду ее в Dockside. Думала, она с тобой.

В животе сжался мерзкий клубок страха и ярости. Камеры в доме были мертвы, а архив за последние два часа стерт. Все было не так.

Я попытался сказать что-то и не смог. Как подобрать слова, чтобы озвучить свой худший кошмар? Прочистил горло: