Ветер Перемен - Ольга Токарева

голос матери. «Прекратите эти напрасные убийства и отпустите мою дочь. Она ничего не знает. Я покажу, где он находится». Она развернулась и пошла. Принц пошёл за ней, схватив меня за руку, потащил за собой. Мама прошла тронный зал и стала спускаться по лестнице, которая вела в подземелье. Мы оказались перед железной дверью, сделанной очень необычно: пять кругов соединялись между собой цепями. Сначала она нажала третий круг — цепь задвигалась и от двери отделилась одна её часть, затем нажала оставшиеся круги — дверь пришла в движение, цепи поднимались то вниз, то вверх, выдвигались и задвигались отдельные её части, и в какой-то миг всё стихло и дверь открылась. Мы оказались в огромном зале, где рядами стояли сундуки, набитые золотом, серебром и драгоценными камнями. В самом конце зала стоял трон, на котором сидел отец.

«Как ты посмела привести их сюда?» — закричал он матери. «Пока ты сидишь здесь, они убивают твой народ и убьют твою дочь!» — «Она мне уже не дочь, я получил за неё всё что хотел, пусть забирают её и убираются в свои пещеры». — «Как ты можешь такое говорить? Ты потерял разум, это золото свело тебя с ума. Прошу, опомнись!» — «Золото, это моё золото. И за то, что предала меня и показала место, где оно находится, ты заслуживаешь наказания, как и твоя дочь, ослушавшаяся меня».

Он вскочил с трона, подбежал к матери и ударил ножом прямо ей в сердце. Я вскрикнула и опять потеряла сознание. Меня опять привели в чувство, и принц с искажённым от злобы лицом опять кричал: «Смотри, смотри, и это тоже сделала ты». Я хотела закричать, но голос застыл во мне и не смог вырваться на свободу. Я хотела плакать, но окаменевшие слёзы не текли из моих глаз. Я могла только смотреть, всё больше и больше холодея от пережитого ужаса. Из оцепенения меня вывел отец, закричавший на весь зал: «Убирайтесь вон отсюда!»

Принц с холодным спокойствием ответил: «Мы уйдём, но сначала заберём всё, что принадлежит нам по праву». — «По какому праву?» — не унимался отец. «По праву обманутого жениха. Твоя дочь унизила меня перед моим народом, а я этого не прощаю».

Он приказал слугам вытаскивать сундуки. Отец бросился защищать своё богатство, но тут же был пронзён мечом. Я смотрела на мёртвых родителей, а в ушах стоял крик других детей, потерявших родителей, и крик матерей, потерявших своих чад.

Всё что я смогла — сказать, что наказана сполна, что принц может забрать все богатства, отданные за меня. На это услышала дикий смех, а затем он ответил: «Если думаешь, что я наказал тебя, то глубоко ошибаешься. Я платил этими сокровищами за тебя и заставлю тебя охранять их вечность».

С этими словами он поволок меня и усадил на трон. «А сейчас, так как твоих родителей больше нет, я преподнесу тебе самый ценный подарок. Такой подарок не получала ни одна принцесса». Он махнул рукой, и в зал внесли мечи. Он надел перчатки, взял мечи за рукояти и со словами: «Так будешь вечно охранять эти богатства» вонзил в меня мечи, добавив: «Краун дей вит тиндер вактаур».

Двойная боль пронзила моё тело. Ледяной холод окутывал и пел мне песню, я падала в чёрную бездну. Отойдя от трона и любуясь сделанным, он ещё раз с ухмылкой произнёс: «Краун дей вит тиндер вактаур».

Эти слова я слышала каждый раз, когда кто-то из пленников, завидев мечи, подходил к трону и пытался вытащить их, но только брался за один из мечей, как тут же сгорал.

— По-моему, припоминаю какие-то непонятные слова. Слышал их перед тем как вытащить мечи из твоего тела. Что же они обозначают? — спросил Вет.

— Лишь тот, кто сможет повторить, — прошептал дракон.

— Так просто! — удивился Майер.

— Если бы было всё так просто, как кажется на первый взгляд… Справится лишь тот, кто сможет точно наоборот повторить движение мечей. Я до сих пор не понимаю, как тебе это удалось.

— Я ничего не видел кроме мечей, торчавших из тела девушки. Мной двигало только одно желание — избавить её от них. Очнулся, только когда они были у меня в руках.

Майер обнял Ани, прижал к себе, стал гладить по голове, тихо шепча на ушко:

— Сколько тебе пришлось пережить… Какая страшная смерть и вековое страдание души, заточенной в проклятом месте. Я боюсь тебя потерять, но иногда кажется, что я неправ, и ты имеешь право на свободу. Уговариваю себя — отпусти её, а когда представлю, что больше не увижу тебя, меня одолевает такое отчаяние, что готов расстаться с жизнью, только чтобы не терзать свою душу разлукой с тобой.

Аниэль посмотрела на Майера.

— Я хочу быть рядом с тобой. Зачем мне небо и свобода, если рядом не будет тебя? Если мы встретились, значит, судьба сжалилась над нами и подарила великое чувство за все наши мучения.

Они ещё долго стояли рядом и говорили слова любви. Вет давно ушёл. Непонятное чувство тревоги нахлынуло на него. Может, это из-за рассказа Ани? Идя по улице города, он старался отвлечь себя воспоминаниями о своей жизни. Да, у него была тяжёлая судьба, но он ведь мужчина, а то, что пережила Ани, ни с чем не сравнимо.

Следующие дни не принесли облегчения, он ходил как слепой — ни занятия, ни любимый конь не смогли отвлечь от внутренней тревоги. И только на следующий день, когда принесли известия о вторжении врагов, всё стало понятно.

Все северные земли были захвачены чёрными магами, поэтому на Большом совете в Королевстве драконов решили, что численность нападающих слишком велика, если верить скудным донесениям о наступающей армии. Для отпора врагу необходима не просто армия одного королевства, а армия, во многом превосходящая противника в численности, которая смогла бы устоять и дать отпор. Поэтому были разосланы гонцы, призывающие всех мужчин встать на защиту королевства и в ближайшее время прибыть под стены Дрэквона. Прибыл туда и Лешар с сыновьями. Вет, узнав, что прибыла рота солдат из Таинбурга, выбрал время и пошёл навестить старых знакомых. Вот и ещё одно непонятное чувство переполняло его по дороге — радость и предвкушение встречи со старыми знакомыми. Как приятно жить и осознавать, что ты не одинок. Лешара он узнал сразу, тот совсем не изменился, только кое-где виднелись первые седины. Но вот его сыновей узнал