Ветер Перемен - Ольга Токарева

закончилось. Майер, посмотрев на портрет, сразу вспомнил юношу, когда-то повстречавшегося в лесу, сходство было поразительным. Умение владеть собой очень пригодилось, чтобы поведение Вета не показалось весьма странным — он привлёк всё внимание к себе, громко сказав: «Ваше величество, мы прибыли сообщить, что вам необходимо как можно скорей покинуть дворец». Громкий голос Майера вывел Вета из оцепенения и напомнил, с какой целью они прибыли сюда. Дальше он мало что помнит из всего происшедшего за целый день: всюду снующие люди, на лицах многих застыло выражение какой-то обречённости. Как назло, принцесса наотрез отказалась покинуть замок и сказала, что будет ждать вестей от генералов. К счастью, население города, нагрузив телеги детьми и пожитками, медленно покидало столицу. Город стал пустым и безжизненным, только караульные всё так же несли свою службу. Вестей с полей сражений пока не было.

Покои принцессы Маликандры по приказу Вета перенесли в одну из комнат рядом с тронным залом. На третью ночь они с Майером стояли в карауле у её дверей. Тревога людей и предчувствие беды, казалось, передались и замку. Зловещая тишина расползлась по пустым залам, ночная птица тяжело заухала, пролетая мимо открытого окна принцессы, своим криком разбудив её. Ей стало страшно, очень одиноко и больно. Вспомнив родителей, она расплакалась. Как жалко, что их нет и руки матери не обнимут её и не успокоят, и нет рядом отца, который смог бы развеять и отогнать все её страхи. Страшно, очень страшно остаться одной в городе и в замке, хотя во дворце она не одна, она знает, что у дверей стоят солдаты, которые до последнего вздоха будут защищать её. Чтобы хоть как-то успокоиться, она встала с постели и подошла к двери. Часовые на посту о чём-то разговаривали. От их мирного разговора ей стало легко и спокойно. Она уже собиралась вернуться в кровать, но так и замерла, услышав слова одного из солдат.

— Ты уже три дня ходишь сам не свой. Это всё из-за случая в тронном зале.

— Да, мне показалось, что лицо на одном из портретов похоже на меня.

Майер замолчал, а когда заговорил Вет, уже не смог дальше лгать.

— Я все три дня думал, сходство ли это, всё возвращался и возвращался к первой нашей встрече. И знаешь, что я решил? Что ты и есть последний потомок из рода властителей Королевства драконов.

Вет хотел возразить, но Майер перебил:

— Да, это сейчас ты возмужал, повзрослел, и совсем трудно узнать в тебе того юношу, которого я встретил десять лет назад. Но тогда ты был так молод, что ещё не мог скрывать свои чувства. Помнишь, я спросил, сколько тебе лет, и ты ответил: сто сорок лет. Ведь тогда я решил, что ты спятил. Да, тогда ты смог обернуть всё в шутку, но вот слёзы у стен родного города ты не смог удержать, тогда всё было от чистого сердца. Так позволь задать тебе один вопрос, чтобы раз и навсегда освободить от ноши, которую ты несёшь, — где ты был столько лет?

Помолчав, Вет понял, что отпираться нет смысла.

— Я стал Ветром Перемен.

После этих слов ему стало легко и свободно, и он сам не понял, как начал рассказывать историю своей жизни. А принцесса, закутанная в одеяло, сидела под дверью и с замиранием сердца слушала рассказ потомка королей Королевства драконов. Слёзы медленными струйками стекали по её щекам, но она совсем их не замечала. Когда же незнакомец за дверью закончил свой рассказ, она вернулась в кровать, но всё продолжала плакать и заново переживала услышанное. Ей было глубоко жаль принца, и она поняла, что, оказывается, рядом живут люди, о которых она совсем ничего не знает и судьба которых намного трагичнее её судьбы. Дракон — хранитель давно покинул тело Вета и наблюдал за действиями принцессы, когда она сидела под дверью. Конечно, он не чувствовал никакой угрозы своему хозяину, но слёзы девушки не оставили его равнодушным. Он проявился, встал у её кровати, дыхнул на неё своим спокойным мирным дыханием. Принцесса увидела сквозь слёзы стоящего возле кровати синего дракона, но не испугалась. Наоборот, казалось, с его появлением в душе появились мир и покой, она не заметила, как уснула, все страхи отступили, освободив место прекрасным сновидениям.

Когда Вет закончил рассказ, Майеру даже с его пониманием мира сложно было понять и переосмыслить сказанное, но не верить он тоже не мог, потому что понимал: всё сказанное — чистая правда. Только куда пойдёшь с этой правдой, да и кому что можно доказать? И он понимал, что некому. Никто не поверит, да и раскрывать или нет свою тайну — желание только самого Вета, а не его. Все дальнейшие рассуждения прервала прибывшая новая смена караула. А они пошли немного вздремнуть. За три дня им удалось сделать это дважды, да и то с перерывами. На этот раз случилось так же. Не успели они погрузиться в мир сновидений, как прибыл посыльный с плохими вестями. Армия разбита, и Вет впервые пожалел, что смалодушничал и насильно не отправил принцессу с обозами покидающих столицу. Он приказал немедленно запрячь лошадей и вывезти оставшихся из города, в том числе и саму принцессу. Это он поручил Зару и ещё двум солдатам, а сам с Лешаром, Майером и остальными солдатами вышел за ворота города — хоть ненадолго задержать врага, чтобы дать отступавшим время. Прислуги оказалось мало, Зар посадил оставшихся и принцессу на коней, и они последними покинули город. Только не учёл он одного — упрямства принцессы. Ей по молодости лет казалось, что она не должна покидать замок, и что если она останется, то чёрные колдуны, видя такое мужество, не разрушат город. Узнал об этом Зар случайно, когда они были уже далеко от города. Лошадь, на которой скакала «принцесса», вывихнула ногу. Зар предложил ей своего коня, произнеся при этом «ваше величество». Служанка неожиданно покраснела и рассказала всю правду о том, что принцесса осталась во дворце, а вместо себя переодела и отправила её, зная, что все знавшие принцессу в лицо уже давно уехали. Зар даже растерялся, потом, разозлившись, пустил коня назад, но по дороге понял, что потеряно время. Какие события разворачиваются сейчас у стен города, было страшно даже представить. Он повернул коня и поскакал к знакомой беседке. Когда увидел её, казалась, что расстояние совсем не уменьшается. Когда наконец подъехал, спешился и побежал к стоящей колонне, попытался сдвинуть