Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1 - Селина Катрин

Мне было тепло.

Хорошо.

Глюкоза поступала в вены и растворялась в крови, мой организм её потреблял как нечто живительное и важное. Надо бы скинуть эту руку, надо бы уйти от этого мужчины, но мне слишком нравилось лежать с ним рядом. И я заснула.

А проснулась от громкой вибрации. В первую секунду я не поняла, что происходит, да и во вторую тоже. Лишь моргнув несколько раз, я обнаружила, что Кассиан пытается выключить мой коммуникатор. Вчера вечером я стянула громоздкий браслет с запястья и установила на беззвучный режим. Очевидно, последний закончился.

— Сколько времени?

— Рано ещё. Шесть сорок восемь, — прошептал Кассиан над самым ухом. — Спи столько, сколько хочешь.

Но стоило услышать это «шесть сорок восемь», как сердце сорвалось с якоря и понеслось галопом, будто кто-то нажал аварийный запуск. Сон мигом рассыпался.

Как шесть сорок восемь?! Работа, Лея, школа… Лея! Ох, хорошо, что Матильда осталась с ней на ночь!

— Дай коммуникатор. — Я требовательно протянула руку, и цварг, вздохнув, положил устройство.

— Пропущенных у тебя тьма, но, думаю, уж как-нибудь справятся… — пробормотал он недовольно.

Остаток фразы я уже не слушала, потому что экстренно листала сообщения. И чем больше листала, тем меньше они мне нравились. Матильда писала, что всё хорошо и Лея быстро уснула, даже ни о чём не спрашивала. Затем были сообщения от Софи, вначале вежливо-культурные, что у неё есть информация по Монфлёру, затем панические, что, оказывается, он вовсе не инспектор… Я смахнула, не дочитывая. Вот что Глот пытался вчера передать. Если бы я связалась с секретаршей, то этой ночи с Кассианом с высокой вероятностью не случилось бы.

Дальше коммуникатор показывал затишье аж на пять с половиной часов, сообщение от Матильды «собираемся в школу, вызвали такси», пропущенный звонок от неё же, затем два неизвестных и какой-то противоестественный шквал пропущенных от Софи. Я прокручивала строки, как кардиолог просматривает кривую ЭКГ, уже зная: вот-вот придёт инфаркт. Сердце забилось чаще, будто пытаясь компенсировать моё запоздалое осознание: что-то случилось.

Почему столько звонков? Почему Софи в истерике?

Я встала с кровати, но, запутавшись в простыне лодыжкой, покачнулась и чуть не упала. Кассиан вовремя поймал меня под локоть.

— Стой, ты куда?

— Прости, мне надо идти…

***

Кассиан Монфлёр

Я в упор не понимал, что происходит. Вот ещё минуту назад передо мной была уютная, разомлевшая со сна кошечка с малиновой кисточкой, которую хотелось ласкать и гладить, а теперь — утонувший в параллельной реальности взгляд, бледные скулы и часто бьющаяся жилка на шее. Даже бета-колебания и те стали слабо выраженными, блёклыми, будто её мозг пытался от чего-то отгородиться.

Эстери оглянулась явно в поисках одежды. Один её чулок висел на спинке кресла, второй валялся на полу в дверном проёме. Она продолжала озираться в поисках, где же всё остальное. Это мне категорически не понравилось.

— Ты пришла вчера без одежды.

Я выразительно поиграл бровями, напоминая о жарком свидании. Ждал ответной искры, полушутки, фразы вроде «и ты до сих пор не оправился, да?» — а получил лишь отстранённый кивок.

— А, хорошо, тогда просто надену пальто.

Фокс поднялась и как кукла на шарнирах принялась подбирать те немногие элементы гардероба, которые имелись в моём номере. Я, честно говоря, опешил.

Наденет пальто на голое тело и пойдёт… Простите, куда?!

— А куда ты поедешь? — хрипло спросил я, сдерживая желание сжать её запястья и вернуть обратно в постель.

— Мне надо в офис. Что-то случилось, слишком много пропущенных звонков от Софи.

— Так напиши ей. Спроси, что произошло.

— Ты не понимаешь… — Она отрицательно качнула головой, и малиновые пряди разметались по ключицам.

Я поймал себя на том, что даже такая, только что проснувшаяся Фокс без макияжа и идеальной укладки невероятно притягательна. Если обычно я видел грациозную богиню, закованную в броню из контроля и остроумия, то сейчас передо мной предстала богиня настолько тёплая и живая, что у в груди заходилась вселенная. Не женщина — а искушение какое-то!

— Что-то случилось, я чувствую! У меня такой бизнес… Да, не очень чистый, ты был прав, когда говорил мне это в лицо. Бывают клиенты-нулевики, бывает… ох, да всякое! Не обо всём можно писать…

— Но сказать голосом можно?

— Иногда да.

Она продолжала метаться по моей спальне, заламывая руки и явно волнуясь слишком сильно. Я не выдержал, спрыгнул с кровати, обхватил Эстери за осиную талию и притянул к себе.

— Кассиан, сейчас не время! — Она с силой замолотила по моей груди и, судя по бета-фону, испугалась, будто я могу её принудить к чему-то.

Я тут же ослабил хватку и посмотрел в фиалковые глаза:

— Успокойся. Сейчас ты умоешься, оденешься в те вещи из моего гардероба, которые тебе подойдут, и позвонишь Софи. В офис в таком состоянии ты не поедешь.

Она удивлённо моргнула.

— Ладно.

***Эстери Фокс

Кассиан буквально втолкнул меня в санузел, где я умылась, причесалась и заплела косу. К этому моменту сам цварг принёс несколько мужских сорочек и штанов на выбор. Свободная рубашка Кассиана мягко обняла плечи, а ткань всё ещё хранила тепло его рук и запах. Я застегнула все пуговицы и подняла воротник-стойку. Нашла широкий кожаный пояс и затянула на талии, завязав крупным узлом и сделав тем самым из рубашки что-то вроде короткого стильного платья. От спортивных штанов отказалась. В моде, как и в бизнесе, всё решают нюансы: мужская рубашка на женском теле в сочетании с босыми ногами и расстёгнутыми пуговицами — это пошлость и транспарант «у меня был секс вот с этим мужчиной». В сочетании с дорогими аксессуарами и каблуками этот же элемент гардероба — дерзкий вызов, эдакий эпатаж в стиле Кровавой Тери. А маска Кровавой Тери — моя броня.

Руки действовали на автомате. Всё происходящее напоминало наркотический сон, в котором ты вроде бы понимаешь, что пора просыпаться, но тело не слушается. Или не хочет.

Я уселась на край постели, прочистила горло, включила коммуникатор и дрожащими пальцами набрала секретаршу.

— Босс! — Голограмма вспыхнула прямо передо мной: размытая, дёргающаяся, с ужасом в глазах и распухшим от слёз лицом. Это было настолько нетипично для неё, что внутри напряглось всё ещё сильнее. — О, звёзды, вы живы! С вами всё в порядке?! Он… он…

— Софи, дыши. Я знаю, что Кассиан Монфлёр