Хирургическое вмешательство - Серена Никки

Неожиданно моргнул телефон Дмитрия, и он тут же достал свой смартфон.

— Папа, отвези нас на квартиру. Меня на работу вызывают, а Марьяне нужно отдохнуть.

— Что опять операция?

— Па… я же хирург, это моя работа. Очередной зацепер. Поломался изрядно, Николай просил подъехать, только что СМС получил. Там переломов столько, что как пазл его собирать будем.

— Может и мне к вам?

— Отец, возвращайся в Москву с Янкой, я вам уже доверил очень важную для нас пациентку.

— Думаешь, онколог с переломом не справится?

— Папа, мы сами. К тому же Иван Васильевич из отпуска вышел.

— Старый плут вернулся? Тогда соберете, с Василичем соберете. Ну что ж, будь, по-твоему, Дима, а опеку я беру на себя, не волнуйтесь…

Глава 27. Наш Аверин…

Глава 27. Наш Аверин…

Аня сидела на кушетке слева от кабинета УЗИ с растерянным видом. Когда из-за угла вышел Аверин, она его сразу и не заметила.

Все ее мысли теперь за этой дверью. Там сейчас обследовали брюшную полость Феде, а ее настойчиво попросили выйти в коридор, чего она никак не собиралась делать.

Врачу понадобилось не менее пяти минут, чтобы избавиться от беспокойной мамочки. Вначале он просто вежливо попросил Аню выйти, но после ему пришлось жестко выставить упирающуюся мамашку за дверь и закрыться на ключ изнутри.

Аня тут же услышала, как загомонили люди. К высокому мужчине в костюме небесного цвета сразу подошло несколько человек, и все заговорили одновременно, но он никого не перебивал. Аверин всем и сразу ответил на все вопросы, и с легкой улыбкой принял горячие слова благодарности, ответив, что это его работа. Сам он уже давно увидел Аню и, отвечая другим, неотрывно смотрел на нее.

Анна, когда поняла, кого обступили люди, сразу разволновалась. Она видела Николая другим, немного растерянным, тихим, скромным человеком, а этот врач, даже казался гораздо выше того ночного гостя, что пил у нее кофе на веранде. Медицинский костюм ему очень шел. В нем он становился совершенно другим: твердым, уверенным в себе, располагающим с первого взгляда, ему не было страшно довериться.

Николай кивнул головой женщине, пожал протянутую руку мужчине, еще раз улыбнулся и пошел в сторону кабинета УЗИ. Аня встала и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Так они и сошлись, практически не дыша, и, смотря друг на друга.

— Аня, — нарушил первым молчание Аверин, — здравствуйте.

— Добрый день, Николай Владимирович.

— Просто, Коля, — запнулся Аверин на секунду, — если можно. Мне так будет, приятнее.

Аня опустила глаза и улыбнулась.

— Можно.

— Аня… прости… — прошептал Аверин. Он чувствовал вину, за то, что сразу не разобрался в чем причина недомогания Феди, ведь можно было ему самому их привезти в больницу еще тогда.

— Что… — в тот же миг снова подняла она свои васильковые глаза и утонула в его почти таких же синих.

— Николай Владимирович!

Между Авериным и Аней неожиданно просунулась рука с несколькими листками, и наваждение улетучилось. Аня и Николай вспомнили, где они находятся. Звуки, которые вмиг исчезли, резко вернулись.

— Кх-кх.

Прочистила горло Вера и грозно глянула на Аню. Ей не понравилось, что их босс стоял так близко к этой ненавистной пигалице с наглым взглядом. Николай тут же понял, что он действительно недопустимо близко подошел к Анне и отступил на два шага назад, взяв в руки листы.

— Благодарю, Вера.

Он быстро просмотрел все три документа и одобрительно кивнул головой. Вера же стояла на месте и буравила острым взглядом нахалку, которая явно волновала Аверина. Женщины чувствуют, когда мужчина кем-то увлечен, а тут какая-то незнакомка практически из-под носа уводит того, на кого открыта «охота», точнее охота за его деньгами, ведь о чувствах тут речи не идет.

Никогда раньше такого не случалось, чтобы Николай Владимирович лично распоряжался насчет какого-либо пациента. Всех на уши поднял, а самое вопиющее, он лично перепроверял все результаты и потребовал подготовленные обследования по мальчику нести сразу к нему. Хотя и это можно было бы стерпеть, всякое бывает, может, какой-то уж совсем особенный пациент, но чтобы Аверин лично бегал в поисках пациента по этажам, ну это точно, ни в какие рамки не лезет! Да еще за женщиной!

Для незамужней женской половины хирургического отделения это был удар под дых. Обычно женщины бегают за Авериным, а он снисходительно им улыбается. Но сегодня мир перевернулся с ног на голову. И Вере было особенно важно до мелочей рассмотреть эту мегеру, на которую босс смотрит, не отрывая глаз.

— Вера.

— Что?! — всполошилась та, застигнутая врасплох за разглядыванием Ани.

— Вы свободны.

— Да-да, — попыталась коллега провести, словно невзначай, ладошкой по его руке, но это вышло неуместно и комично, что даже Аня улыбнулась.

Вере стало неприятно, что ее выходка сразу же раскрылась. Она не могла уйти просто так, поэтому прошла не более пяти шагов и тут же развернулась.

— Николай Владимирович, Вы бы еще дальше отошли от этой особы.

— А что такое, Вера? — серьезно поинтересовался Аверин.

— Да она бешеная!

— В каком смысле? — не удержалась от возмущения Аня, но тут же сузила глаза и поджала губы.

— На всех кидается, совершенно неуправляемая особа. На нее все врачи, где ее пацан проходил обследования, жаловались.

— Апчхи! — неожиданно громко чихнула Аня и выпалила, — врет!

Аверин глянул на Анну нежным взглядом и улыбнулся, что сразу же зафиксировала Вера и от злости топнула ногой. Она так резко развернулась на каблуках, что чуть не потеряла равновесие.

* * *

— Сумасшедший дом! — ворвалась Вера в процедурный кабинет.

— Что произошло? — меланхолично поинтересовалась Катерина, которая в этот момент подписывала пробирки с кровью.

Вера зло размахивала руками и прохаживалась туда-сюда.

— Эта! Жу-ко-ва — дрянь!

— Хм, кто такая? Первый раз слышу? Из какого отделения? Что у нее линзы ярче твоих? — усмехнулась Катерина, не отрываясь от работы.

— Ага, посмейся, Катя. Тебе весело, да?

— А чего мне грустить? Мне некогда ваши склоки собирать.

— Эта, — выдавила с силой из себя Вера, — не из наших. Она сына приволокла на операцию. А делать ее собирается, знаешь кто?

— Кто?

— Сам Аверин. Представляешь? Королевна явилась.

— И что? В первый раз что ли? Верунчик, Николай Владимирович столько операций детишкам делает, что всех и не упомнишь, а если из-за каждой матери этих самых пациентов душу рвать, никаких нервов не хватит. Успокойся ты, да делом займись. Там тебя анестезиолог искал, и в перевязочной что-то хотели…

Кате было все равно, чем так обеспокоена Вера, и потому просто машинально задавала вопросы, которые