#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

— Ты так говоришь, будто я — маленькая девочка, — сказала я, твердя себе, что должна держать себя в руках. У него есть Каролина. А у меня есть только воспоминания.

— Иногда мне так и кажется. А иногда… — он замолчал.

— Что? Договаривай.

— Нет, ничего. И если хочешь, сегодня я буду ночевать с тобой.

— Хочу, — сказала я зачем-то. — И насчет денег — мы их найдем.

Он лишь улыбнулся уголками губ.

— Сколько я тебе должна за замок? — спросила я.

— Нисколько.

— Эй, серьезно! — возмутилась я.

Ничего ответить Даня не успел — зазвонил его телефон.

— Да, — ответил он тут же. — Нет, извини, встретиться не получится. Завтра — тоже.

Только по этой одной фразе я поняла, что звонит Серебрякова. И старательно стала делать вид, как интересен мне пол.

— Я потом все объясню, хорошо? И…. Каролина. Не плачь. Пожалуйста. Я же знаю, что ты плачешь.

«Я зи зьнаю, сто ти плятись», — мысленно передразнила я его. Каролина обиделась на то, что он не пришел на свидание. А теперь еще и завтра не пойдет. Хитрая девочка. Знает наверняка, что Матвеев не любит слезы — теряется, как многие парни.

— Мы с тобой поговорим. Хорошо. Хорошо. Хорошо.

Он трижды повторил это слово, прежде чем сбросил вызов. И с каждым новым разом его лицо становилось все более уставшим. Кажется, Каролина умела кушать мозги.

— Езжай к ней, — хмуро сказала я, хотя не хотела этого больше всего на свете. — Не стоит из-за меня ссориться.

Даня сердито на меня глянул.

— Даш, не стоит придумывать того, чего нет. Мы не ссоримся. И это вовсе не из-за тебя.

— Как скажешь, — пожала я плечами и спросила вдруг: — Ты ее любишь?

Даня молча смотрел на меня.

— А сама как думаешь? — задал он странный вопрос.

— Я первая спросила.

— Ты с детства так говоришь.

— А ты с детства пытаешься уйти от ответа, — фыркнула я. Каролина выводила из себя все с той же силой.

Ответить Даня снова не успел — вновь зазвонил его телефон.

Он рывком достал его из заднего кармана джинсов и поднес к уху, даже не посмотрев на экран.

— Я же сказал — потом, — произнес Даня с некоторым тщательно скрываемым раздражением и вдруг осекся. — Добрый день. Извини, перепутал кое-что. Поговорить? — его голос стал удивленным. — Окей. Когда? Так срочно? Ну, хорошо. Буду.

Судя по всему, это была не Каролина, а кто-то другой. Кто-то, чьего звонка он совершенно не ждал.

— Мне нужно кое-куда съездить, — подтвердили мои мысли слова Матвеева. — Ты сможешь побыть одна?

— Конечно, — ответила я. — Езжай. Что-то случилось?

— Нет. Но один чел предлагает подработку. А мне она сейчас как раз нужна будет. Из клуба погнали, — вырвалось у него.

— За что? — удивилась я.

— Да из-за местных мажориков. Не бери в голову. Купить тебе что-нибудь? — внимательно посмотрел на меня Даня. Я покачала головой.

Он ушел, а я осталась одна — теперь было не так страшно, хотя мысли о том, что произошло вчера, все равно лезли в голову. Конечно, кто-нибудь мог бы сказать, что со мной ничего не случилось и я зря так нервничаю. И вообще, я сама дура и виновата в произошедшем — не надо было идти в гости к парню. Но говорить можно все, что угодно — фантазии и домыслы остаются фантазиями и домыслами до тех пор, пока подобная проблема не коснется лично.

Да, я была дурой. Которая хотела второй Вселенной. Которая хотела мести. Которая хотела заглушить душевную боль. Но я была искренней дурой, за что и поплатилась.

Я коснулась своей разбитой губы и снова вспомнила вкус поцелуя Влада — если его можно назвать поцелуем.

Вкус чего-то горьковатого и химического.

Таблеток.

Мне снова стало не по себе, и я на всякий случай проверила замки.

Убеждая себя в том, что все будет хорошо, я поговорила по телефону с мамой, которую уверила, что со мной в порядке, поболтала с папой и немного пообщалась с девчонками — сил писать сообщения в чате не было, и я просто кидала голосовые, в которых кратко обо всем рассказала.

Мой рассказ был бомбой. Я никогда не видела, чтобы Самира писала нецензурные слова, да еще в таком огромном количестве, изящно миксуя их с предлогами и частицами. Сашка пришла в ярость и заявила, что найдет Савицкого и отрежет ему все лишнее к чертям собачьим.

А Полина вдруг спустя четверть часа написала:

«Это я во всем виновата. Прости меня, пожалуйста, Даш, это я:(»

«В смысле — ты?» — спросила я изумленно.

«Надо было сразу тебе сказать, а я не стала. Потому что испугалась», — продолжала она.

«Говори теперь!» — потребовала Сашка.

«Перед тем как пригласить тебя на свидание, он меня о тебе расспрашивал», — призналась Полина.

«И?!» — не выдержала Самира.

«Он сказал мне, что ты ему нравишься, и попросил помочь, — писала Полина. — Стал спрашивать, что ты любишь, что не любишь… И я подумала, что надо ему помочь».

Полина долго набирала сообщение, но, кажется, все стерла — прислала лишь грустный смайлик.

«А дальше-то что?! Поля, говори давай!!!» — потребовала Сашка.

«Я все про тебя рассказала Савицкому,