Измена дракона. Ненужная жена требует развода - Юлий Люцифер

class="empty-line"/>

Аврелия поставила королевскую печать поверх футляра.

— Откроем в Крайтхолле при мастере Фале.

Ридан подошел к двери часовни и резко поднял руку:

— Тихо.

Все замерли.

Снаружи ветер принес звук.

Не море.

Металл.

Кайрен, стоявший у окна, выругался:

— Всадники.

Аврелия мгновенно спрятала футляр под плащ и передала одному из королевских стражников.

— В карету нельзя. Перехватят на дороге.

Ридан уже отдавал приказы:

— Двое к заднему выходу. Лорд Кайрен, с леди Эвелиной.

Кайрен вытащил меч.

— Наконец-то моя бесполезность закончилась.

Нина посмотрела на Марка.

Он был белым как мел.

— Они знали, — сказала она.

— Я не говорил!

— Тогда ваши сопровождающие успели передать.

Марк зажмурился.

— Прости.

— Не время.

В дверь часовни ударили.

Первый удар был проверочным.

Второй — сильнее.

Ридан встал у входа с мечом. Его люди заняли окна. Тая дрожала, но держалась рядом с Ниной. Аврелия вытащила короткий клинок. Она выглядела так, будто судить и резать при необходимости умеет одинаково сухо.

Снаружи голос:

— Именем дома Вейров, откройте! Лорд Роувен обязан вернуться под защиту своего кредитора!

Кайрен тихо сказал:

— Как мило. Они даже убийство оформляют как финансовую процедуру.

Нина спросила:

— Сколько их?

Ридан ответил:

— Не меньше восьми.

— Наших?

— Шесть, включая меня и лорда Кайрена. Плюс леди Морн.

— И я, — сказал Марк.

Все посмотрели на него.

Он достал короткий кинжал. Рука дрожала, но он встал между Ниной и дверью.

— Я уже один раз спрятался.

Нина не успела ответить.

Дверь разлетелась.

В часовню ворвались люди в темных плащах с пепельными амулетами на груди.

Первый упал почти сразу от удара Ридана. Второго встретил Кайрен — без шуток, быстро, зло, с неожиданной легкостью. Аврелия ударила третьего рукоятью в горло и развернулась к следующему. В маленьком пространстве стало тесно от металла, дыхания и криков.

Тая вскрикнула, когда один из нападавших рванулся к Нине.

Марк бросился наперерез.

Неумело.

Но вовремя.

Клинок врага полоснул его по плечу, Марк вскрикнул, но удержался и вцепился в мужчину всем телом. Нина схватила с алтаря тяжелый каменный подсвечник и ударила нападавшего по руке. Кость хрустнула. Мужчина выругался, меч выпал.

— Не трогать мою сестру! — заорал Марк.

Нина замерла на долю секунды.

Потом Ридан ударил нападавшего сзади, и тот рухнул.

Бой длился, наверное, меньше минуты.

Но Нине показалось — целый день.

Когда все закончилось, на полу лежали трое чужих, двое были ранены и связаны, остальные отступили к лошадям. Один из людей Ридана бросился за ними, но капитан остановил:

— Назад! Пластина важнее.

Кайрен стоял у двери, тяжело дыша. На щеке у него была царапина. Аврелия вытирала клинок о плащ нападавшего с таким лицом, будто это был неприятный, но ожидаемый пункт программы.

Марк сидел на полу, зажимая плечо.

Тая уже рвала подол нижней юбки на перевязку.

— Не надо, — пробормотал он. — Я…

— Молчите, лорд Марк, — резко сказала Тая. — Вы и так слишком много лет молчали не там.

Нина посмотрела на нее.

Тая покраснела, но продолжила перевязывать.

Марк вдруг тихо рассмеялся и закашлялся от боли.

— Эви бы сказала мягче.

Нина подошла к нему.

— Нет. Эви слишком часто говорила мягче. Видите, куда нас это привело.

Он поднял на нее глаза.

— Ты правда не она.

Опасная фраза.

Аврелия повернула голову.

Кайрен тоже.

Нина опустилась перед Марком на корточки, игнорируя боль в метке.

— Я та, кто дочитывает ее письма вслух.

Марк смотрел на нее долго.

Потом кивнул.

— Тогда дочитай все.

— Начнем с вашего полного признания.

— Да.

Он сказал это без сопротивления.

На обратном пути футляр с пластиной спрятали не у Нины, не у Марка и даже не у Аврелии. Его положили в двойное дно лекарского ящика одного из королевских стражников, а сверху Аврелия велела сложить окровавленные бинты. Кайрен сказал, что это самое уважительное место, где когда-либо перевозили родовую реликвию Роувенов.

Нина почти засмеялась.

Почти.

На повороте к Крайтхоллу их встретил черно-золотой дракон.

Он сидел на выступе скалы над дорогой, огромный, как кусок ночи, в котором горит расплавленное золото. Крылья были сложены, когти впивались в камень, глаза смотрели на дорогу так, будто каждый, кто приблизится с оружием, уже мертв, просто еще не знает.

Тая замерла у окна кареты.

— Милорд…

Марк побледнел.

Нина смотрела на дракона и чувствовала странное, ненужное облегчение.

Не романтическое.

Не женское.

Просто звериная часть мира сказала: дорога до замка будет закрыта для врагов.

Дракон опустил голову.

Не к карете в целом.

К ней.

Медленно.

Почти как поклон.

Нина не подняла руку. Не улыбнулась.

Только сказала тихо:

— Сегодняшнее спасение не отменяет вчерашнего предательства.

Тая услышала и замерла.

Дракон, конечно, не мог услышать через ветер и стекло.

Но, когда они проезжали мимо, он закрыл глаза.

Будто услышал.

В Крайтхолл вернулись к закату.

Во дворе уже ждали Аврелиины люди, Нэрис, Мавина и, к удивлению Нины, Октавия. Старая хозяйка смотрела на раненого Марка, на кровь